Материал: госы-

В произведении достигнуто максимальное стремление к прозаизации стиха, повествовательности уделена главенствующая роль. Автор использует деревенскую сказовость. Выражена системой звуковой организации, повторяющимися мотивами, перекличками, смысловыми параллелизмами: (противопоставление колхоз – кулак; повторяющийся исходный мотив «биографии» Кулагина: «Сидел человек на усадьбе»; мотив создания озера).

«Страна Муравия» (1936) – второе крупное эпическое произведение Твардовского. Сам автор считал, что именно с этой поэмы он начался как поэт.

Структурная композиция во многом схожа с некрасовской поэмой «Кому на Руси жить хорошо». Главный герой, Никита Моргунок, уезжает из дома странствовать в поисках страны Муравии, где можно выбрать себе землю только для себя без «коммунии» и «колхозии». (19 Глав)

В длину и в ширину – кругом своя.

Посеешь бубочку одну – и та твоя.

Моргунок в «Злотоглавое село» кулаков, которые не хотят ничего отдавать в колхозы, потому постоянно пируют и тратятся как в последний раз. Описание их пира похоже на один сплошной хаос.

Далее приезд к свояку, который отговаривает уезжать, потому что нужны рабочие руки, однако Моргунок всё равно уезжает.

Встречает попа Митрофана – подробный рассказ о судьбе церковников в новую эпоху (но Митрофан не теряет надежды и ходит по свету в поисках тех, кому нужна его вера).

Моргунок встречает других странников. На привале ему сквозь дрёму рассказывают сказку-метафору о старом домике, в котором дед с бабкой не хотели жить по новым порядкам, но затем течение реки (то есть, новой власти) унесло их далеко от родной земли на чужой двор, в результате приходится принять, что пора жить по-новому.

Моргунок представляет, будто встречается с самим Сталиным, готовит для него речь с просьбой устроить жизнь богато при нововведениях.

Встреча с соседом Ильёй Кузьмичом, который теперь тоже бродит по свету с сыном, прося подаяния. Ночью Кузьмич крадёт у Моргунка коня, вдобавок бросая сына. Моргунок тащит телегу на себе и берёт мальчишку с собой.

Проходит через село, где над ним все смеются за нелепый вид. Встреча с цыганами, Моргунок хочет найти у них своего коня, но его там нет.

Вторая встреча с попом Митрофаном, тот на коне Моргунка, узнав героя, бросается прочь.

Никита приезжает на базар, чтобы найти своего коня и встречает Кузьмича, который попрошайничает. Он пытается требовать с него коня, но тот растворяется в толпе.

Встреча с трактористом, попытки выяснить где купить коня приводят в деревню Острова. В деревне ещё осталось единоличное хозяйство, но в противовес этому

там нищета и разруха. Местные счастливы тому, что свободны, но Никиту не устраивает такой вариант жизни

Приезжает в колхоз. Описание колхозной жизни, как исключительно удачной, зажиточной и счастливой, потому что все друг с другом делятся. Пример образцового колхозника – председатель Фролов. Свадьба в колхозе, которая полностью отличается от пирушки кулаков своей простотой, искренним добродушием и радостью людей.

Встреча со стариком из Киева. Тот говорит Моргунку, что никакой Муравии не существует и советует вступить в колхоз.

Образ Никиты Моргунка при всей обобщенности и фольклорности несет в себе реальные черты человека 1930-х гг.: это крестьянин-единоличник, которого одолевают сомнения в необходимости колхозов.

Сюжет поэмы построен так, чтобы убедить Никиту в торжестве колхозного идеала, раскрывающегося в картине коллективного сева. Но автор показывает, что в эти годы сомневался не только один Никита.

Основная идея в поиске лучшей жизни и где эту жизнь найти. Вывод автора: счастливая жизнь не даётся просто так, чтобы добраться до неё, нужно именно трудиться, причём общим трудом.

Хотя данная поэма считается одобряющей коллективизацию и устройство колхозов (что заметно по субъективному отношению к колхозникам и кулакам), на протяжении всего сюжета заметна неоднозначность нового уклада в общественном сознании. Людям тяжело отказаться от индивидуального хозяйства в пользу общего труда, от устоявшихся укладов жизни и естественного стремления к богатству ради коллективного хозяйства. Это видно на примерах той же сказки об унесённой рекой избушке, на примере нищей, но свободной деревни, и, даже, в самих рассуждениях Никиты Моргунка, который находится на распутье своего жизненного пути (уже 38, а ума или достатка всё ещё нет). Чтобы успешно строить новый общественный уклад, людям приходится положиться на слепую веру, причём не в бога, как раньше, а в новую идеологию, социализм. Как говорит старик в конце: «бог есть, но он уже не правит».

«Путь к социализму»

«Страна Муравия»

«Василий Теркин»

«Дом у дороги»

Лирика

В юности начал писать стихи. В 1925 г. в газете «Смоленская деревня» было напечатано первое стихотворение «Новая изба»

Пахнет свежей сосновой смолою.

Желтоватые стены блестят.

Хорошо заживем мы семьею

Здесь на новый советский лад!

А в углу мы «богов» не повесим,

И не будет лампадка тлеть.

Вместо этой дедовской плесени

Из угла будет Ленин глядеть.

стихотворение «Гость» 1933

«Я убит подо Ржевом»

Я — где крик петушиный На заре по росе;

Я убит и не знаю, Наш ли Ржев наконец?

И у мертвых, безгласных, Есть отрада одна: Мы за родину пали, Но она — спасена.

Наша вечная слава — Невеселый резон.

И беречь ее свято, Братья, счастье свое — В память воина-брата, Что погиб за нее.

«Рассказ танкиста»

Был трудный бой. Всё нынче, как спросонку, И только не могу себе простить: Из тысяч лиц узнал бы я мальчонку, А как зовут, забыл его спросить.

1942

«Размолвка»

Я пойду зеленой кромкой Вдоль дороги. Рожь по грудь. Ничего. Перехвораю. Позабуду как-нибудь.

Широко в полях и пусто. Вот по ржи волна прошла… Так мне славно, так мне грустно И до слез мне жизнь мила.

1935

«Мы на свете мало жили»

Знаем мы теперь с тобою, Как любовь свою беречь. Чуть увидим что такое — Так сейчас же топим печь

1938

Я иду и радуюсь

Я иду и радуюсь. Легко мне. Дождь прошел. Блестит зеленый луг. Я тебя не знаю и не помню, Мой товарищ, мой безвестный друг.

Друг мой и товарищ, ты не сетуй, Что лежишь, а мог бы жить и петь, Разве я, наследник жизни этой, Захочу иначе умереть!..

День пригреет (просто природа)

Пастернак

Путь: Музыка- философия-поэзия

Философия любви Пастернака гораздо шире понятия

любви к женщине. Она включает в себя весь мир и несомненно имеет религиозный смысл.

Связь с Маяковским.

Похож по метафорам. В начале излишне метафоричен, метафора перестает быть средством.

«О, как он велик был! Как сеткой конвульсий Покрылись железные щеки, Когда на Петровы глаза навернулись, Слезя их, заливы в осоке!»

Похож по неточным рифмам. Совем не похож по ощущению поэзии (Что-то природное, а у М. оружие)

Пейзаж в ранней лирике.

НЕ природа похожда на человека, а человек на природу. «Ты так же сбрасываешь платье, Как роща сбрасывает листья...». Но и природа тоже уподобляется человеку. Суть- границы нет.

«Плачущий сад»: «Ужасный! - Капнет и вслушается»

Лирика:

Февраль! Достать чернил и плакать! Писать о феврале навзрыд...

Это одно из первых его стихотворений, в котором он, по сути, определяют всю дальнейшую поэтическую про­ грамму, ироническим образом отвечая на классический русский вопрос: «Что делать?» В этих строках заключено целостное отношение Пастернака к миру как чуду неслу­ чайному, которое требует молитвы, а не радикальных преобразований.

В ранних стихах мало я. Я- проводник между миром и стихами. Поэзия- губка, впитывающая мир.

Поэзия! Греческой губкой в присосках Будь ты, и меж зелени клейкой

Тебя б положил я на мокрую доску Зеленой садовой скамейки.

Расти себе пышные брыжжи и фижмы, Вбирай облака и овраги,

А ночью, поэзия, я тебя выжму

Во здравие жадной бумаги.

(«Весна»)

Написал книгу «Сестра моя — жизнь» летом 1917 года

«Сложа весла»

Традлиция и новое:Пастернак отталкивается от традиции: любовная пара в лодке описана им лишь в первой строфе, далее через утверждение, что «это» (в смысле «любовь») может «случиться со всяким», он отношение двоих отодвигает на второй план, а описывает охваченные страстью природу, вселенную, влюбленные становятся лишь одной из частей свидетельства о силе страсти.

Пересказ: герой на берегу рядом со стоящей лодкой ждет прихода возлюбленной, в ожидании ощипывает лепестки с ромашек. Постепенно ожидание возлюбленной теряет для него свое значение, и все его мысли и чувства устремляются к звездам, небосводу, щелканью птиц, он забывает о конкретном времени («века напролет»).

«Когда разгуляется» 1950-е: «Во всём мне хочется дойти / До самой сути», «Быть знаменитым некрасиво»

«Ночь»

Антиколыбельная, эпизод бдения в Гефсиманском саду, когда Христос просит учеников не спать, пока он будет молиться. художник — это тот, кто с Христом, это тот, кто не спит. Все не спим, находимся в заговоре против страшных сил, которые погубили Христа, — мы все вместе. Ночь перестаёт быть страшной, если мы не спим, если мы делаем своё дело. Летчик и художник сходны.

ПЕРЕЧИСЛЕНИЯ – КАТАЛОГИ

(«Тени вечера волоса тоньше»- Горы, страны, границы, озера,  Перешейки и материки,  Обсужденья, отчеты, обзоры,  Дети, юноши и старики.)

Стремился к простоте, детскому взгляду на мир. В ранних он этого не находил. Но Федякин находит)) (В сборниках «Близнец в тучах» и «Поверх барьеров», в книге «Сестра моя жизнь»)

В ранней- хаос, сангвиник

В поздней- упорядоченность, меланхолик, более ясная форма, а содержание сложнее, христианство!

Наделение природы человеческим в любое время («Август»- Как обещало, не обманывая, Проникло солнце утром рано», Сложа весла «Ивы нависли, целуют в ключицы, / В локти, в уключины — о погоди, / Это ведь может со всяким случиться!»)

Поэтическая работа- служба «Когда разгуляется» «Природа, мир, тайник вселенной, Я службу долгую твою, Объятый дрожью сокровенной, B слезах от счастья отстою.»)

Благодарность Богу, жить- счастье- «В больнице»

«Кончаясь в больничной постели,  Я чувствую рук твоих жар.  Ты держишь меня, как изделье,  И прячешь, как перстень, в футляр".

Книга «Сестра моя – жизнь»

Написана в 1917 году, но опубликована полностью в 1922.

Сам Пастернак считал, что книга не была написана, а дана ему, он как бы медиум просто.

А еще – это новый жанр! Книга стихов. Какие у этого жанра особенности?

· Это собрание разнородных стихотворений, глав

· В ней есть скрытый лирический сюжет

· Она прочно связана с исторической эпохой:

В кашне, ладонью заслоняясь,

Сквозь фортку крикну детворе:

«Какое, милые, у нас

Тысячелетье на дворе?»

(«Про эти стихи»)

Что за лирический сюжет? У нас есть история любви девушки (Елены Виноград) и Пастернака. Композиция совершенно трехчастная: вспышка –

любовь – разрыв. Внутри – десять циклов (Не время ль птицам петь, Книга степи, Развлечения любимой, Занятье философией, Песни в стихах, чтобы не скучала, Романовка, Попытка душу разлучить, Возвращение, Елене, Послесловье)

При этом, на самом деле, это книга еще и о революции. Такая же трехчастная структура – восторг февраля, потом лето – революция во всю, Пастернак катается на дачу к своей возлюбленной и «расписания поездов грандиознее Святого писания», и, наконец, осень – сухость, грозное ожидание трагедии: «Нашу родину буря сожгла. / Узнаешь ли гнездо свое, птенчик?»

О впечатлениях: Маяк был в восторге от книги и всюду ее цитировал. А Адамович уже позднее, например, пытался некоторые стихи переписать прозой, чтобы понять, о чем там – и у него не получалось, бред выходил. Так что стихи этой книги надо воспринимать, как единое полотно. Сам Пастернак потом книгу жутко ругал: «Слух у меня был испорчен выкрутасами и ломкою всего привычного, царившими вокруг. Все нормально сказанное отскакивало от меня».

Откуда названье? С одной стороны, это Франциск Ассизский, который говорил «братец тело», «братец ум» и тд; но с другой стороны, у Александра Добролюбова, молодого поэта-символиста, который впоследствии ушел странствовать, основал секту и умер в 1945 году, такой троп несколько раз упоминается в стихах. Сам Пастернак впоследствии писал о жизни: «Она цвела как альтер-эго, и я назвал ее сестрой». Жизнь в русском языке имеет два значение. Одно ― жизнь конкретного человека, второе ― жизнь как общий процесс, в который мы все вовлечены. Здесь в виду имеется именно родство со всем миром, с общей жизнью, которое достижимо только во время революции, во время великих потрясений.

Отдельная тема книги — лермонтовская, отразившаяся в её посвящении Лермонтову и в стихотворении, открывающем её первый цикл, — «Памяти Демона». Лермонтов был для Пастернака в то время «олицетворением

творческой смелости и открытий, основанием повседневного свободного поэтического утверждения жизни».

Вообще, в книге есть одноименное стихотворение – «Сестра моя – жизнь»:

«Сестра моя — жизнь и сегодня в разливе

Расшиблась весенним дождем обо всех,

Но люди в брелоках высоко брюзгливы

И вежливо жалят, как змеи в овсе»

Книга «Второе рождение»

У Пастернака была долгая пауза и только в 1930-1931 он выпустил следующий сборник: «Второе рождение».

Непосредственным импульсом к написанию большинства стихотворений стал разрыв поэта с его первой женой и его женитьба на Нейгауз.

«Второе рождение» – формула в художественном мире Пастернака, обозначающая особое состояние души, когда под воздействием сильного потрясения поэт как бы заново открывает для себя мир, заново рождается как лирик.

«Мне хочется домой, в огромность...» – стихотворение из открывающего сборник цикла «Волны» знаменует собой возврат поэта «к себе домой» - к лирике, преодоление им творческого кризиса:

«Мне хочется домой, в огромность

Квартиры, наводящей грусть.

Войду, сниму пальто, опомнюсь,

Огнями улиц озарюсь.

Перегородок тонкоребрость

Пройду насквозь, пройду, как свет.

Пройду, как образ входит в образ

И как предмет сечет предмет»

Быков (не самая лучшая экспертиза, но какая есть) считал, что ключевое стихотворение сборника: «Вторая баллада». Вот, что он о ней пишет: «Само

обращение к строгой форме — вполне в духе «Второго рождения», книги, где жизнь устраивается и формализуется. Однако во «Второй балладе» Пастернаку важна не только каноническая строгость, но и текучесть — сквозная рифма перетекает из строфы в строфу, спускается вниз по стихотворению, как капля по стеклу; и вся «Баллада» уникальна сочетанием покоя и смятения, бури под маской сна». И теперь цитата стихотворения:

«Я просыпаюсь. Я объят

Открывшимся. Я на учете.

Я на земле, где вы живете

И ваши тополя кипят.

Льет дождь. Да будет так же свят,

Как их невинная лавина…

Но я уж сплю наполовину,

Как только в раннем детстве спят»

Творческий путь м. Цветаевой

Факты.

1892-1941

Москвичка. Сестра Анастасия. Мать пианистка (умерла в 1906), воспитывала детей, отец открыл Музей изящных искусств (Пушкинский).

Трое детей.

1922-1939 эмиграция.

Ранняя МИЦ

1910- «Вечерний альбом»

1912- «Волшебный фонарь»

1913- «Из двух книг»

Они устроены как описание детского мира, детского рая, в центре которого находится мама, рядом с юной поэтессой, рядом с юным поэтом находится ее сестра, и этот мир описывается как рай. «Из рая детского житья…»:

«Из рая детского житья Вы мне привет прощальный шлете, Неизменившие друзья В потертом, красном переплете. Чуть легкий выучен урок, Бегу тот час же к вам, бывало, – Уж поздно! – Мама, десять строк!... – Но, к счастью, мама забывала. Дрожат на люстрах огоньки... Как хорошо за книгой дома! Под Грига, Шумана и Кюи Я узнавала судьбы Тома /…/»

«В Зале» датируется 1908-1910 годами, из первой книги Цветаевой:

Над миром вечерних видений Мы, дети, сегодня цари. Спускаются длинные тени, Горят за окном фонари, Темнеет высокая зала, Уходят в себя зеркала... Не медлим! Минута настала! Уж кто-то идет из угла. Нас двое над темной роялью Склонилось, и крадется жуть. Укутаны маминой шалью, Бледнеем, не смеем вздохнуть.

Посмотрим, что ныне творится Под пологом вражеской тьмы? Темнее, чем прежде, их лица,— Опять победители мы! Мы цепи таинственной звенья, Нам духом в борьбе не упасть, Последнее близко сраженье, И темных окончится власть Мы старших за то презираем, Что скучны и просты их дни... Мы знаем, мы многое знаем Того, что не знают они!

Вывод: говорит с модернистским умением формулировать о детских вещах

Мир детской- рай.

Зрелая МИЦ

Михаил Гаспаров писал, что зрелые стихи Цветаевой «начинаются с начала: заглавие дает центральный, мучащий поэта образ… первая строка вводит в него, а затем начинается нанизывание уточнений и обрывается в бесконечность» и еще «стихи зрелой Цветаевой становятся как бы концентратом такого поэтического мышления: цепь метафор, цепь ассоциаций по сходству, и все»

Гаспаров далее: из 1923 г., "Наклон":

Материнское - сквозь сон - ухо.

У меня к тебе наклон слуха,

Духа - к страждущему: жжет? да?

У меня к тебе наклон лба, -

и т. д.: "у меня к тебе наклон крови... неба... рек... век... беспамятства наклон светлый к лютне, лестницы к садам, ветви... всех звезд к земле... стяга к лаврам... крыл, жил..."

Тяга темени к изголовью

Гроба, - годы ведь уснуть тщусь!

У меня к тебе наклон уст

К роднику... -

и многоточие, обрыв на полустрочке.

Обратим внимание на эту оборванность - так обрываются многие стихотворения такого строя: этим как бы демонстрируется, что нанизывание аналогов в принципе бесконечно, настоящего выражения для невыразимого все равно не найти. Ранние стихи Цветаевой, закругленные концовками, писались с конца, начало подгонялось под конец.

Как говорил тот же Бродский, поэзия поздней Цветаевой представляет собой «стихи, которые мог бы написать Иов». Т.е. стихи отверженного миром человека, стихи, где сама она противопоставлена этому жестокому миру, где она живет правильно, а мир живет неправильно. Есть, конечно, важная оговорка: Иов все это совершал с верой в Бога, а в стихах поздней Цветаевой Бога нет, Бог не спасает. И это поэзия предельного отчаяния, очень мощная, очень сильная.

Вывод: взрослый мир- ад

«Книги в красном переплете» 1908 – о чтении и детстве

Из рая детского житья

Вы мне привет прощальный шлете,

Неизменившие друзья

В потертом, красном пререплете.

«Моим стихам, написанным так рано» 1913 - спонтанность свежесть первых стихов сравнивается с драгоценными винами

Разбросанным в пыли по магазинам,

Где их никто не брал и не берет,

Моим стихам, как драгоценным винам,

Настанет свой черед.