Всех, кто так или иначе взаимодействует с бизнес-инкубатором, можно условно разделить на внутренних (те, кто присутствуют в бизнес-инкубаторе на постоянной основе или с определенной периодичностью) и внешних агентов (те, кто появляются в бизнес-инкубаторе время от времени, или вовсе являются случайными единоразовыми посетителями). Как правило, к внутренним участникам БИ относятся административный персонал бизнес-инкубатора; привлеченные или задействованные на постоянной основе различные эксперты, консультанты, менторы и другие лица, которые обучают и помогают стартапам в продвижении их бизнеса; это сами резиденты БИ (стартапы); к внешним участникам можно отнести потенциальных резидентов, которые часто имеют право участвовать в различных мероприятиях БИ, а также проходить прединкубационные программы, это выпускники бизнес-инкубаторов, которые часто поддерживают связь с другими участниками БИ; это субъекты инвестиционной-финансовых институтов, которые присматриваются к резидентам на всех этапах инкубирования, как к потенциальными проектам для инвестиций (частные инвесторы, бизнес-ангелы, субъекты государственных и инвестиционных фондов, субъекты кредитных банков и пр.); это и различные российские и зарубежные партнеры самого бизнес-инкубатора, среди которых чаще всего как раз оказываются и инвестиционно-финансовые организации, предметные организации и другие; это различные научно-образовательные учреждения, которые могут выступать как в качестве партнеров, так и быть структурной организацией, в рамках которой фигурирует бизнес-инкубатор; так же это могут быть различные государственные и муниципальные учреждения. Итак, это основные субъекты в рамках деятельности бизнес-инкубаторов, однако, это не исчерпывающий список в контексте бизнес-инкубатора. Все они так или иначе взаимодействуют в рамках деятельности бизнес-инкубатора и образуют социальную сеть. Они могут взаимодействовать в реальном времени и месте, собираясь на кроссплатформенных площадках, то есть на различных мероприятиях, конференциях, образовательных мероприятиях, так и общаясь в меньших масштабах тет-а-тет, то есть потенциальный инвестор с командой резидентов, или сами резиденты в неформальной обстановке и т.д.
Но почему мы вообще можем говорить о том, что бизнес-инкубатор - это не просто место, где стартапы на льготных условиях выращивают свой бизнес, имея преимущества в виде различных образовательных программ, консультационных услуг и менторского наставничества, а место, где конструируются и самовоспроизводятся сети, в которых циркулирует полезная информация, а также возрастает уровень доверия? Экономико-социологический подход к теории социальных сетей, который имеет более долгую традицию, чем подход экономической теории, рассматривает индивида в качестве единицы сети и исследует взаимодействия и информационные потоки в качестве соединяющей линии между людьми [Granovetter 1973; Freeman 1978]. Американский социолог Марк Грановеттер утверждал, что любое экономическое действие между людьми укоренено в социальных отношениях и сильно зависит от них. В рамках теории социальной укорененности рынок транзакций вовсе не отделен от человеческих эмоций между участниками рынка, а транзакции укоренены в постоянные социальные отношения. Новый взгляд в теории социальной укорененности делает акцент на том, что участники рыночных отношений, укорененные в сети, доверяют друг другу, демонстрируя тем самым реципрокность этих отношений, а также нацеленность на долгое сотрудничество, а не простой эгоистический интерес, целью которого является максимизация собственной прибыли [Granovetter 1985]. «В концепции укорененности вместо этого подчеркивается роль конкретных межличностных отношений и их структур (или «сетей») при производстве доверия и сдерживании мошенничества. Не секрет, что люди предпочитают иметь дело с индивидами, чья репутация им известна» [Грановеттер, 2002, С.52].
Что же такое социальная сеть, о которой говорил Марк Грановеттер? В современном классическом понимании, социальную сеть можно охарактеризовать как некоторый набор отношений или связей между акторами (под которыми понимаются, как индивиды, так и организации) [Пауэлл, Смит-Дор Л 2003]. В рамках данной теории можно выделить следующие ключевые понятия:
· Связь между акторами. Характеризуется содержанием или типом отношений (потоки информации или ресурсов, помощь советом или дружеское участие, наличие общего персонала или членов в советах директоров и так далее). Любой тип отношений можно представить, как связь
· Форма или сила отношений. Это сочетание нескольких составляющих: количество времени, сколько длятся отношения между акторами, эмоциональная интенсивность, близость и взаимность (то есть обоюдность)
o Сильные связи можно определить гомогенностью, родством и транзитивностью
o Слабые связи, как правило, характеризуются структурными дырами
· Плотность сети определяется отношением прямых связей в сети к общему возможному количеству связей
· «Эгоцентричная сеть» организации - некоторая совокупность отношений между организацией и тем, с кем она связана, определяется в рамках того, насколько организация находится в центре анализа. Либо о позиции организации в более крупной сетевой системе, часто описываемой с точки зрения степени ее расположения относительно центра или значимости
· Категория центральности [centrality] - описывает ту степень, в которой тот или иной актор связан со многими другими акторами данной системы, и (в некоторых версиях) степень, в какой эти другие акторы, в свою очередь, сами связаны со многими другими [Пауэлл, Смит-Дор Л 2003, C.69-70; Granovetter 1973].
Чем дольше актор имеет отношения с другим актором, или включен в определенную сеть отношений, тем больше концентрация доверия в этих отношениях. Идя в парикмахерскую, или выбирая себе партнера по бизнесу, многие люди скорее всего будут руководствоваться в первую очередь репутационными аспектами того или иного индивида или организации, а получение информации о репутации и доверие к ней чаще всего происходит в сети, где существует высокий уровень доверия. М. Грановеттер говорит о том, что информация, которая вытекает из хозяйственных отношений, основанных на собственном опыте, имеет преимущества по некоторым причинам:
) Эта информация является дешевой
) Людям свойственно доверять себе, а значит, эта информация является полной, подробной и точной
) Длительные отношения между индивидами стимулируют их поддерживать доверие, чтобы и дальше осуществлять транзакции
) сильные ожидания доверия, которые возникают в результате длительных экономических отношений, обычно наполняются содержанием и воздерживают индивидов от оппортунистического поведения [Грановеттер 2002, С.52].
Репутационный статус и степень доверия в сети бизнес-инкубатора являются очень важными составляющими, как для развития самого БИ, так и для развития предпринимательской деятельности резидентов БИ. Например, чем выше уровень репутации бизнес-инкубатора, тем в большей степени будет спрос среди стартапов на его услуги, и тем в большем количестве бизнес-инкубатор сможет заключить качественные партнерские контракты со своими контрагентами, а также привлекать высококвалифицированных экспертов и менторов. Соответственно, и сами инвесторы будут больше доверять и инвестировать в стартапы тех бизнес-инкубаторов, у которых хорошее репутационное положение на рынке. Кроме того, чем жестче критерии отбора в бизнес-инкубатор, и чем более высокие требования БИ предъявляет кандидатам в резиденты в БИ, тем более высококвалифицированной оказывается группа резидентов бизнес-инкубатора. Тем самым, можно сделать первое предположение данной исследовательской работы в рамках теории социальной укорененности:
П 1: Участники бизнес-инкубатора склонны доверять друг другу и налаживать социальные связи между собой.
Эмпирическое исследование социолога Брайана Уцци показало, что социально укорененные транзакции происходят гораздо реже, чем рыночные, так как они являются наиболее предпочтительными способами взаимодействия между участниками рынка, когда речь идет об особо важных транзакциях и приносят больше пользы для всех игроков, чем обычные рыночные сделки. Он исследовал сетевые связи между всеми нью-йоркскими фирмами, занимающимися производством качественной женской одежды. Один из важных выводов, который сделал Уцци, заключается в том, что укорененные связи между действующими участниками сети - посредниками подготавливают почву для сотрудничества между третьими лицами и, тем самым, способствуют постепенному формированию новых партнёрских пар. Посредники, связанные взаимными ожиданиями доверия и реципрокности, обмениваются ресурсами, которые постепенно передаются к новому сетевому партнеру, который знаком с одним посредником, но не знаком с другим [Уцци 2007, C.53-54]. Сама укорененность «может возникнуть как из вещного, так и из социального обмена; появившись, она оказывает воздействие на протекание трансакций, довольно трудно объяснимое при помощи имеющихся экономических факторов» [Уцци 2007, C.53-54]. То есть бизнес-инкубаторы и являются теми посредниками, которые связаны укорененными отношениями участниками бизнес-инкубатора и подготавливают платформу для возникновения новых укорененных связей между участниками. Резиденты, которые становятся укорененными в социальные сети бизнес-инкубатора, получают по сети как овеществленные ресурсы (в виде обучения, различных консультационных услуг, помещения для работы и т.д.), так и возможности социального обмена с партнерами БИ. Кроме того, бизнес-инкубаторы являются площадкой, где взаимодействуют резиденты между собой, а административный персонал должен правильно направлять и координировать их взаимодействие и информационные потоки. Следовательно, можно сделать промежуточное предположение, что бизнес-инкубатор является посредником, который постоянно воспроизводит и расширяет вокруг себя социальную сеть, в которую постепенно включаются те или иные участники рынка и становятся укорёнными в данной сети.
Особой популярностью среди исследований последних лет пользуется теория «структурных пустот» Рональда Берта, который как раз уделяет большое внимание роли посредников в конструировании социальных сетей. Беря за основу понятие «социального капитала» П. Бурдье и Дж. Коулмена, он говорит, что структура сети, в которой укоренены организации и индивиды, представляет собой некоторый социальный капитал, то есть информацию, которая циркулирует в данной сети и то, каким образом члены данной сети используют ее [Burt 2000]. Информация, циркулирующая в рамках каждого кластера, то есть тесно связанных между собой людей, со временем становится гомогенной. По Берту, «структурная пустота» - это некоторый соединяющий элемент, который связывает два или более несвязанных между собой кластера внутри сети. Таким образом, те сети, в которых есть подобные «структурные пустоты», обладают огромным преимуществом, так как посредствам них от одного кластера к другому в относительно короткие сроки может перетекать разнообразная информация [Burt 2015, P.150]. Ключевых фигур своих работ Берт называет брокеры сети, или предприниматели [network brokers or entrepreneurs]; они способны «конструировать мосты» [bridge] поверх структурных дыр. Он говорит о том, что люди не могут знать о всей циркулирующей информации сети во всех кластерах одновременно, даже если подобная информация довольно высокого качества, однако существуют люди - брокеры, которые информированы лучше или раньше, и которые обладают преимуществами. Таким образом «наведение мостов» [brokerage] между структурными пустотами повышает ценность кооперации [Burt 2015, P.150]. Однако наличие структурных дыр вовсе не означает, что люди абсолютно не знакомы друг с другом, в отличии от теории Б. Уцци, который говорил, что через посредников «перетекают» ресурсы к незнакомым друг с другом людей. По словам Берта, «люди или кластеры людей, между которыми существуют структурные дыры, могут сидеть в соседних офисах, видеть и здороваться друг с другом, однако они сфокусированы на своих действиях и не следят за действиями других людей» [Burt 2015, C. 151]. В контексте исследования сетевых взаимодействий в бизнес-инкубаторе, представители административного персонала бизнес-инкубатора могут являться теми самыми брокерами, которые наводят мосты в существующих структурных дырах между стартапами и внешними агентами рынка, а также среди группы стартапов внутри БИ. Важно не просто наличие брокера, но и его статусные позиции в структуре сети и разнообразие и качество его связей. О том, что «доступ к людям, занимающим стратегически значимые позиции и выполняющим роли посредников», важен, говорят известные исследователи социальных сетей У. Пауэлл и Л. Смит-Дор в своей работе «Сети и хозяйственная жизнь»: «Слабые связи выводят индивидов на информацию, которую они едва ли получили бы в пределах своей непосредственной сети. А посредники соединяют между собой различные социальные миры, связывают сети и делают возможными новые комбинации ресурсов» [Пауэлл У., Смит-Дор Л., 2003, C.65].
Являясь посредниками, бизнес-инкубаторы позволяют снизить транзакционные издержки резидентов в виде затраченного времени на поиск необходимых контрагентов. Известный социолог Ховард Олдрич в соавторстве с другими исследователями утверждают, что стартапы гораздо дешевле получают доступ к ресурсам, используя свои сетевые связи, нежели с помощью рыночного обмена. Более того, сети могут предложить стартапам такие ресурсы, которые и вовсе не были бы доступны на рынке. Исследователи говорят, что предприниматели могут увеличить диапазон действий с помощью своих собственных сетей и получить доступ к ограниченным ресурсам не доступным в ином случае [Dubini, Aldrich 1991, P. 308]. Олдрич и Фиол утверждают, что отношения фирм с другими носителями информации конструируются посредством взаимных обязательств и ожиданий, которые основаны на нормах реципрокности и равенства. Чем в большей степени фирма взаимодействует с другими агентами рынка, тем в большей степени она становится центром совместной сети. А фирма, которая занимает центральную позицию, может достигнуть лучших показателей в своей инновационной деятельности, посредством доступа к разнообразной информации [Tan et al 2015, P. 1192]. «Разнообразие связей [diverse ties] обеспечивает готовый доступ к информации о возможностях и угрозах. Способность влиться в обширные потоки информации облегчает получение поддержки для своих действий и блокировку противников» [Пауэлл Смит-Дор Л 2003, C.65].
Таким образом, исходя из всего сказанного выше, я делаю следующие два предположения относительно социальной сети бизнес-инкубатора:
П 2.1: Ключевым звеном в социальной сети бизнес-инкубатора является административный персонал бизнес-инкубатора
В рамках данного параграфа настоящего исследования, я рассматриваю экономико-социологические подходы, а также эмпирические исследования бизнес-инкубаторов, проведенными зарубежными авторами о том, какими признаками и свойствами может обладать социальная среда резидентов в бизнес-инкубаторе, а также через призму каких концептов можно ее рассматривать. После анализа теоретической рамки и выведения основных понятий и концептов, я делаю два предположения о социальной среде в бизнес-инкубаторе.
Итак, стоит отметить, что стартапы, потенциальные и действующие резиденты бизнес-инкубаторов, в большинстве своем инноваторы. Для того чтобы запустить свой продукт или услугу, продвигать ее/его на рынке и занять устойчивую позицию на рыночной нише, стартапам необходимо изобретать что-то уникальное, инновационное, чтобы добиться предпринимательского успеха. Кроме того, чаще всего инновационный характер бизнес-идеи является одним из основных критериев в конкурсе для получения места в бизнес инкубаторе. В одной из своих работ Х. Олдрич говорит о том, что «инноваторы должны преодолеть ситуацию низкой когнитивной и социополитической легитимности» [Олдрич 2005, С.46]. В общем понимании когнитивная легитимация обозначает процесс, когда некое новое изобретение (новая форма) начинает восприниматься другими агентами рынка как нечто понятное и необходимое, когда общество готово принять эту инновацию. «Социополитическая легитимация описывает процесс, в результате которого формы получают статус приемлемых и правильных с точки зрения норм и законов данного общества» [Олдрич 2005, С.44].
Высококвалифицированные менторы и эксперты бизнес-инкубаторов, у которых есть большой опыт работы в реальной бизнес-сфере, могут помочь преодолеть стартапам низкий уровень когнитивной и социополитической легитимности. Они в большей степени, чем стартапы, могут объективно осознавать, что необходимо потребителям и на что может быть спрос в будущем, как монетезировать свою идею, а также как получить патент и продвинуть новый продукт или услугу на рынке. А сети, конструирующиеся в бизнес-инкубаторах, могут ускорять эти процессы. Х. Олдрич пишет: «Первоначальное сотрудничество начинается неформальным образом в сетях межфирменных отношений, однако впоследствии оно развивается в более формализованные стратегические альянсы [strategic alliances], консорциумы [consortia] и торговые ассоциации [trade associations] [Powell 1990].
Например, А. Ван де Вен и Р. Гаруд занимались исследованием высокотехнологичных отраслей (к примеру, разработка вживляемых слуховых аппаратов). Один из выводов, который они сделали, заключается в том, что независимые друг от друга акторы путем личного взаимодействия очень быстро узнают друг о друге, если разрабатывают инновации параллельно друг другу. Личное взаимодействие обычно происходит на различных мероприятиях, таких как конференции, форумы и пр., которые проводятся в схожих социальных/технических сферах. Таким образом, при условии постоянного взаимодействия, акторы создают вокруг себя социальные сети, что способствует институциональной легитимации [Олдрич 2005, С.48-49]. Таким образом, бизнес-инкубаторы позволяют стартапам не параллельно независимо развиваться друг от друга, а наоборот, создают кроссплатформенную площадку для взаимодействия стартапов друг с другом, за счет которого процесс легитимации может быть ускорен. Можно предположить, что, общаясь между собой, резиденты, которые разрабатывают свои стартапы в одной или схожей инновационной отрасли, находятся в конкурентном сотрудничестве по отношению друг к другу, они обмениваются опытом, дополняют знания друг друга в той или иной области, что ускоряет процесс разработки процесса или услуги. Более того, в процессе инкубирования может меняться и сам состав команды, то есть субъекты знания в случае перехода из одной команды в другую дополняют ее недостающими знаниями и навыками.
Целью большинства бизнес-инкубаторов является создание именно качественной кроссплатформенной площадки. На электронных страницах многих БИ можно увидеть, что главное преимущество (как они считают), которое они дают своим резидентам - это возможность взаимодействия различных участников рынка на одной площадке. Однако существуют различные подходы и бизнес-модели развития старта для достижения данной цели. К примеру, часть бизнес-инкубаторов специализируется в определенной области, такой как биомедицина, наукоемкие технологии, IT-технологии и пр., и выстраивают социальные сети строго согласно своей специализации. Другие бизнес-инкубаторы охватывают более широкую категорию игроков рынка и не имеют четкую отраслевую специализацию. Часть бизнес-инкубаторов в качестве своих потенциальных резидентов видят исключительно стартапы, которые находятся на посевной стадии развития. А другие, наоборот, работают с командами, которые уже вышли на рынок и осуществили первые продажи. Так или иначе, каждый бизнес-инкубатор имеет свою бизнес- модель, которой придерживается. Этот факт сильно влияет на то, насколько однородна или разнородна среда в бизнес-инкубаторе. Таким образом, необходимо задаться вопросом о том, насколько гомогенна или гетерогенна среда, в которой происходит инкубирование? «Склонность людей объединяться в группы в рамках общей социальной сети частично объясняется эффектом гомогенности, согласно которому контакты между похожими людьми возникают с большей вероятностью, чем между людьми с разными характеристиками» [Креховец, Польдин 2013; C.130-131].