Материал: Ширяева Т.И. Концептуальные основы участия юридического лица в качестве потерпевшего

ловным делам иных категорий уголовно-процессуальный закон не предусматривает обязательное письменное оформление факта примирения, в то время как при участии в уголовном процессе в качестве потерпевшего юридического лица представление подобных документов приобретает особую значимость. Обусловлено это тем, что представитель потерпевшего юридического лица, наделенный соответствующими полномочиями, предоставляя при наличии соответствующего полномочия заявление о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, действует на основании собственного волеизъявления. Воля же юридического лица может быть реализована только посредством действий его органов, выступающих в соответствии с законом, от имени организации. Подобная позиция нашла свое подтверждение и при анкетировании юристовпрактиков. Так, при ответе на вопрос, имеет ли право представитель потерпевшего юридического лица подавать заявление о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон (ст. 25 УПК РФ), 81,2 % респондентов ответили, что имеет, но только при наличии документа, подтверждающего примирение сторон.

В юридической литературе неоднократно высказывались предложения о необходимости законодательного закрепления соглашений, заключаемых в рамках института примирения в уголовном процессе. Так, Л. В. Лобанова и Л. Н. Лянго указывают на то, что «правильнее было бы прекращение уголовного дела на основании не заявления потерпевшего, а мирового соглашения последнего с лицом, совершившим преступление»1. Разработчики УПК РФ прямо назвают в качестве документа, регламентирующего обязательства обвиняемого по возмещению вреда, причиненного преступлением, «примирительный договор»2 . Л. А. Воскобитова предлагает оформлять примирение и достижение согласия о порядке возмещения вреда «документально в виде договора или соглашения, которые будут положены в основу заявления потерпевшего, требуемого в соответствии со ст. 9 УПК РСФСР»3.

1Лобанова Л. В., Лянго Л. Н. К вопросу о природе освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим // Вестник Волгоградского гос. ун-та. Волгоград, 1997. Вып. 2. С. 99.

2См.: Ананьин А. Проект УПК требует серьезной доработки. От версии Вячеслава Киселева к варианту Елены Мизулиной // Рос. юстиция. 2000. № 10. С. 6.

3Воскобитова Л. А. Судебная власть и медиация. Идеи восстановительного правосудия // Юридические аспекты конфликтологии: сб. ст. / под общ. ред. И. В. Петровой. Ставрополь, 2000. С. 200.

151

Помимо предложений об оформлении примирения в виде отдельного документа, составляемого непосредственными участниками криминального конфликта – обвиняемым (подсудимым) и потерпевшим, в литературе высказывались и другие точки зрения. Так, X. Д. Аликперов полагает, что заглаживание вреда в порядке ст. 76 УК РФ может происходить в форме достижения «договоренности об отсрочке возмещения причиненного вреда на определенный срок» и считает, что такого рода договоренность обязательно должна фиксироваться в протоколе или акте о примирении, составляемом следователем, дознавателем, прокурором или судом1. Данное предложение имеет определенное практическое значение в плане обеспечения исполнения уже достигнутых соглашений, однако согласиться с предложением об оформлении примирения протоколом нельзя. Обусловлено это тем, что государство не должно принимать участия непосредственно в процедуре примирения и выработке его результатов, следовательно, примирение не должно оформляться и в процессуальных актах должностных лиц. Протокол служит оформлением следственных действий 2 , к которым примирение не относится. Исходя из изложенного, целесообразно согласиться

смнением ученых, которые считают, что примирение сторон должно

быть оформлено в отдельном документе, составляемом непосредственно подсудимым (обвиняемым) и потерпевшим3.

Уголовно-процессуальное законодательство не содержит указания на возможность заключения каких-либо соглашений при примирении сторон, но и не запрещает их существование, что не способствует единообразному пониманию их правового статуса правоприменителями. Так, в некоторых случаях в доверенности на представление интересов потерпевшего юридического лица в уго-

ловном судопроизводстве указывается полномочие представителя на заключение мирового соглашения4. Несмотря на то, что граж-

1См.: Аликперов Х. Д. Освобождение от уголовной ответственности в связи

спримирением с потерпевшим // Законность. 1999. № 6. С. 13.

2См.: Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: учебник / отв. ред. П. А. Лупинская. М., 2004. С. 277.

3См., напр.: Василенко Н. Н. Указ. соч. С. 128; Рубинштейн Е. А. Указ. соч. С. 161; и др.

4 См.: Уголовное дело № 1-106/07 // Архив Заволжского районного суда г. Ярославля.

152

данское законодательство не препятствует заключению соглашений и в рамках института примирения в уголовном процессе, такое соглашение нельзя признать мировым соглашением, заключаемым

врамках гражданского судопроизводства1 (п. 1 ст. 39 ГПК РФ), так как для его законности необходимо возбуждение гражданского дела

всуде, чего не происходит при прекращении уголовных дел в связи с примирением сторон. Более того, в гражданском процессе мировое соглашение обеспечено принудительной силой государства (п. 2 ст. 39 ГПК РФ). В связи с этим актуальным является вопрос о необходимости уголовно-процессуального регулирования таких соглашений и их содержания.

Учитывая значимость соглашения о примирении при решении вопроса о судьбе уголовного дела, факт примирения должен найти закрепление в отдельном документе, составляемом непосредственно подсудимым (обвиняемым) и потерпевшим. Учеными-про- цессуалистами неоднократно высказывали предложения о том, что документ о примирении и заглаживании вреда, составляемый обви-

няемым (подозреваемым) и потерпевшим, следует именовать «примирительное соглашение»2. Во-первых, это название отражает существо и содержание документа, составленного по итогам примирительной процедуры для разрешения конфликта. Во-вторых, использование термина «соглашение» указывает на процессуаль-

ную природу документа, что отличает его от документов матери- ально-правовой природы: договора, акта и др.3. По нашему мнению, с данным предложением можно частично согласиться и именовать документ о примирении потерпевшего и обвиняемого (подсудимого)

«соглашение о примирении».

При причинении преступлением вреда юридическому лицу сле-

дует исходить из того, что от имени организации соглашение о примирении может быть заключено только его руководителем или иным уполномоченным на это законом и учредительными документами его органом4. Думается, что во всех случаях примирения по уголовным делам такое соглашение должно заключаться в пись-

1См.: Василенко Н. Н. Указ. соч. С. 125–126.

2См.: Там же. С. 129–130; Рубинштейн Е. А. Указ. соч. С. 169–170; и др.

3См.: Рубинштейн Е. А. Указ. соч.

4Там же. С. 161.

153

менной форме и не зависеть от суммы возмещения имущественного ущерба, как это предусмотрено в гражданском праве (п. 1 ст. 161 ГК РФ допускает заключение устного договора на сумму, не превышающую десяти минимальных размеров оплаты труда).

В теории уголовно-процессуального права отсутствует единое понимание содержания соглашения о примирении. Так, некоторые ученые отмечают, что понятие «мировое соглашение» в рамках института примирения в уголовном процессе отражает «компромисс в имущественной сфере»1. Другие ученые-процессуалисты определяют, что «его заключение зависит не только от разрешения вопросов о порядке и условиях восстановления имущественной сферы потерпевшего, но и от удовлетворения его моральных потребностей (приобретение чувства безопасности, устранение виктимологических страхов, признания вины и раскаяние обвиняемого (подозреваемого), появления чувства доверия к последнему, устранения внутриличностного конфликта и т. д.)»2. Поскольку моральные потребности могут быть присущи только физическому лицу, в случае участия в уголовном процессе в качестве потерпевшего юридического лица представляется целесообразным придерживаться первой точки зрения и рассматривать заключение примирительного соглашения как компромисс между потерпевшим юридическим лицом и подсудимым (обвиняемым) в имущественной сфере.

Содержание соглашения о примирении должно отвечать его назначению и соответствовать нормам права. Поскольку прекращение уголовного дела в связи с примирением сторон по своей правовой сути означает отсутствие у потерпевшего каких-либо требований к обвиняемому3, оно предназначено для фиксации факта примирения между потерпевшим и обвиняемым (подсудимым) и обязательств последнего по возмещению причиненного преступлением вреда. Поэтому в соглашении о примирении должен найти отражение не только факт самого примирения сторон криминального конфликта, но также и разрешение вопросов о порядке, условиях, способах, размере возмещения вреда, причиненного преступлением.

1Головко Л. В. Альтернативы уголовному преследованию в современном праве. СПб., 2002. С. 497.

2Василенко Н. Н. Указ. соч. С. 125.

3См.: Шнитенков А. В. Освобождение от ответственности в связи с изменением сроков давности // Уголовный процесс. 2007. № 5. С. 33.

154

То есть применительно к юридическому лицу в данном случае следует говорить об отражении обстоятельств, свидетельствующих о возмещении причиненного преступлением вреда. При этом стороны самостоятельно определяют способ его возмещения. Фиксация этих обстоятельств может включать в себя описание действий, свидетельствующих о признании вины, раскаянии обвиняемого (подсудимого), понимании им последствий совершенного преступления, принесение извинений и др.

На основании вышеизложенного целесообразно закрепить в уго- ловно-процессуальном законе положение о необходимости письменного оформления примирения и достижения согласия о порядке, способах, размерах и условиях возмещения причиненного преступлением вреда в форме соглашения о примирении, которое должно подаваться в суд, а также следователю или дознавателю, наряду с заявлением потерпевшего, или его законного представителя, или представителя о прекращении уголовного дела. Копия соглашения о примирении приобщается к материалам уголовного дела.

Рассматривая участие потерпевшего юридического лица в суде первой инстанции, нельзя не остановиться на его роли при особом порядке судебного разбирательства. Указанный порядок судебного разбирательства предусмотрен разделом X УПК РФ и имеет место при вынесении приговора без проведения судебного разбирательства по ходатайству обвиняемого, который согласился с предъявленным ему обвинением. В ходе изучения судебно-следственной практики было выявлено, что 32,72 % уголовных дел, по которым потерпевшими являлись юридические лица, рассматривались с применением особого порядка судебного разбирательства, поэтому рассмотрение особенностей процессуального положения юридического лица как потерпевшего при проведении судебного разбирательства в особом порядке имеет не только теоретическое, но и важное практическое значение.

Особый порядок принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением является одним из видов упрощенных судебных производств по уголовным делам1, «…суть которого заключается в принятии судебного решения при

1 См.,напр.:Бочкарев А. Е. Указ.соч. С. 167;ДубовикН. П. Указ. соч. С. 5;идр.

155