Материал: Том 4. Восток в Новое время. Кн.2

Наиболее серьезным и противоречивым по последствиям новшеством стало введение куриальной системы, обеспечивавшей некоторые преимущества для мусульманской верхушки. Имущественный ценз для избирателей-мусульман был установлен более низкий, чем для индусов. Это объяснялось тем, что в общем мусульмане обладали меньшими капиталами, чем индусы. Для мусульман были зарезервированы 10,7% мест в Пенджабе и 25% — в Бенгалии. Это было меньше, чем доля мусульман

внаселении двух провинций, но больше, чем они смогли бы получить в случае прямых выборов. В период подготовки реформы конгрессисты приветствовали ее как «великий шаг вперед», однако после принятия закона они испытали разочарование. Вопреки их ожиданиям, не было введено

избираемое большинство в Имперском совете, он не получил права контроля за бюджетом, выборы не были прямыми. Введение куриальной системы особенно возмутило либералов, которые рассматривали ее как уступку реакционным мусульманским кругам и попытку расколоть национальное движение. Не удовлетворила реформа и тех мусульман, которые к тому времени вошли в политическую жизнь в составе Мусульманской лиги. Они требовали резервирования за ними процента мест, равного доли мусульман в населении провинций.

Все же реформа, как и репрессивные меры, привела к установлению определенного спокойствия. Годы между 1908-м и началом Первой мировой войны можно рассматривать как период консолидации колониального режима. Казалось, что англичане справились с основными проблемами и их власть незыблема как никогда.

379

Демонстрацией незыблемости стал визит в Индию (впервые в истории) английского короля (одновременно — императора Индии) Георга V в 1911 г. В этом последнем качестве он был коронован

вДели на пышном съезде всех вассальных князей (дарбаре). На приеме он объявил, что столица Британской Индии переносится из Калькутты в Дели и что раздел Бенгалии отменяется. На месте провинций Западная и Восточная Бенгалия учреждались три: Бихар-Орисса, Бенгалия и Ассам. Вскоре индийским офицерам было облегчено продвижение по службе, им разрешили получать английские военные награды и ордена.

Вице-король лорд Хардинг провозгласил «политику умиротворения». Он вернулся к «керзоновской» тактике «защиты индийских интересов» в Британской империи. Так, он публично критиковал Закон об иммиграции, принятый южноафриканским правительством и имевший антииндийскую направленность, и выражал сочувствие движению против этого закона под руководством М.К.Ганди. Он настоял на включении индийцев в комиссию по расследованию действия этого закона и, когда закон был отменен, стяжал лавры защитника индийцев. Его популярность в Индии и уверенность англичан в прочности своей власти были столь велики, что во время Первой мировой войны они вывели из страны и отправили на фронт почти все английские и значительную часть синайских войск. Однако подспудно происходила такая перегруппировка сил, которая вскоре после войны поставила колонизаторов перед практически неразрешимыми проблемами. Если покушение на Хардинга в 1912 г., когда он официально въезжал в новую столицу, Дели, можно считать случайным эпизодом, то процессы в политических партиях были гораздо серьезнее.

Прежде всего, англичане стали терять свои позиции среди мусульман. Если справедливо мнение, что англичане проводили в Индии политику «разделяй и властвуй», то следует признать, что в 1911-1914 гг. они потеряли все плоды этой политики. Отмену раздела Бенгалии можно рассматривать как победу ИНК и тем самым национально-освободительного движения в целом. Конгресс именно так это и расценил. Но для мусульман подобное решение было «самой позорной изменой в истории индийской [британской] политики», как выразился один из видных лидеров ИНК Мухаммед Али (1878-1931). В целом политика Великобритании на Востоке, недружественная в отношении мусульманских стран, производила на мусульман отталкивающее впечатление. Увидев, что мусульмане не могут положиться на англичан, Лига стала дрейфовать в лагерь национально-освободительного движения, записав в свою программу в 1912г. пункт о «стремлении добиться конституционными средствами решительного реформирования существующей системы управления». К руководству в Лиге пришли новые люди, некоторые из них были одновременно членами Конгресса. В 1913г. Лига конкретизировала, какого именно «изменения системы управления» она хотела бы: был выдвинут лозунг предоставления Индии статуса доминиона. Таким образом, программные установки Конгресса и Лиги стали по существу идентичными.

Консолидировался и Конгресс. Начали восстанавливаться связи между «умеренными» и «крайними». «Крайние» стали отказываться от насильственных методов борьбы, а «умеренные» усвоили уроки массовых движений. В 1912г. был принят новый устав Конгресса. Впервые были разработаны правила избрания делегатов

380

на ежегодные сессии. Целью было провозглашено «достижение самоуправления в составе Британской империи конституционными средствами».

Начало XX в. ознаменовалось дальнейшим развитием индийской промышленности. В 1914г. в Индии было уже 260 текстильных фабрик с 6 млн. веретен и 100 тыс. ткацких станков. К 1911-1912 гг. местные ткани заняли 46% в потреблении. Во время Первой мировой войны, в 1916-1917 гг. стоимость проданных на рынке местных тканей впервые превысила стоимость импортных. Протяженность индийских железных дорог составляла в 1911—1913 гг. 26,2 тыс. миль. Создавались и другие отрасли промышленности. За 1900-1914 гг. число акционерных компаний, зарегистрированных в Индии, выросло с 1360 до 2552. Их оплаченный капитал увеличился с 362 млн. до 721 млн. рупий. Появились и частные коммерческие банки, принадлежавшие индийцам. Знаковым стало основание Джамшетджи Татой, вопреки сопротивлению колониальных властей и бойкоту со стороны английского капитала, металлургического завода в Джамшедпуре в 1911 г. В 1915 г. он же построил первую гидроэлектростанцию.

К началу Первой мировой войны численность наемных рабочих в цензовой промышленности достигла 1 млн. человек.

Укрепление позиций национальной буржуазии в экономике страны и количественный рост рабочего класса сыграли свою роль в последующем подъеме национально-освободительного движения.

Глава 7 НЕПАЛ В 1885-1914 гг.

В период правления премьер-министра Вира Шамшера (1885-1901) Непал, ослабленный борьбой внутри правящего семейства, полностью превратился в полуколонию Великобритании. Раздоры в среде Рана позволяли вмешиваться во внутренние дела страны и закреплять проанглийскую ориентацию ее правящих кругов, от которых английские покровители требовали избегать кровопролития в ходе дворцовой борьбы.

Непал интересовал англичан как источник пополнения колониальной армии. В начале XX в. в англоиндийской армии имелось 10 гуркхских полков общей численностью около 25 тыс. человек. Ежегодно в них набиралось 1500 новобранцев. Гуркхи участвовали во всех войнах, которые вела Британская империя, а также в подавлении восстаний в ее колониях. Колониальные власти Индии были заинтересованы в Непале также в качестве поставщика сырья, в первую очередь леса. В связи с открытием торгового пути из Индии в Тибет через Сикким Непал потерял роль торгового посредника. Со своей стороны, Шамшеры рассматривали колониальную администрацию Индии в качестве основной опоры своей власти. Непал демонстрировал полную поддержку политики Англии в Азии, в частности, проявлял понимание озабоченности англичан «русской угрозой». В 1904 г. Непал полностью поддержал английскую военную экспедицию в Тибет.

После 1885 г. проявились признаки стагнации непальского общества. Некоторые историки справедливо говорят о «загнивании непальского феодализма», в силу конкретных исторических причин достигшего предела своего развития. В конце XIX — начале XX в. не происходило качественных изменений в сельском хозяйстве. Ремесло переживало упадок, вызванный конкуренцией с импортными товарами. Отсутствовали какие-либо признаки развития собственной промышленности. Не было условий для первоначального накопления капитала и формирования торгово-промышленного городского слоя, города приходили в упадок. Все большую роль в торговле играли индийские торговцы — марвари и агравала. В этот период руками индийских переселенцев происходило освоение тераев. В связи с активным железнодорожным строительством в Индии возросла потребность в шпалах, поэтому индийские подрядчики организовали в Непале заготовку и вывоз леса. За счет экспорта терайского риса и леса в 90-х годах Непал имел положительное сальдо в торговле с Индией. Однако большая часть экспортных доходов шла на личное потребление Рана. Значительную часть импорта составляли предметы роскоши.

До 1885г. в Непале проявлялись две противоречивые тенденции: первая — постепенное превращение земельных наделов в частную собственность, вторая — усиление государственного контроля над всеми видами собственности.

382

После 1885 г. обе тенденции слились в одну, поскольку владельцы прав на землю, все более приобретавших черты частной собственности, были представителями семьи, не только управлявшей, но и владевшей всем государством как частной собственностью. Рана непосредственно владели огромным земельным фондом на правах бирта. Кроме этого, они получали доход от монополии на торговлю некоторыми видами товаров и от различных поборов и подношений. Из годового бюджета страны в 40 млн. рупий 30 млн. шло непосредственно на содержание членов правящего семейства. Имея огромные средства, Рана не вкладывали их в развитие страны, а переводили в иностранные банки или тратили на поддержание роскошного образа жизни.

Вокруг Рана постепенно складывался слой клиентских семей. Патронатно-семейные отношения, носившие наследственный характер, именовались чакари. Высокопоставленный патрон набирал чиновников в подведомственный департамент из числа клиентуры. Клиенты часто становились откупщиками. Иногда они назначались главами административных единиц, границы и названия

которых периодически менялись.

Вконце XIX — начале XX в. страна переживала глубокий экономический кризис. Это выразилось в сокращении населения. С 1911 г., когда была проведена первая перепись, по 1920 г. население страны уменьшилось на 64 960 человек при общей численности около 6,5 млн. Отчасти депопуляция может быть объяснена потерями в Первой мировой войне. Однако известно, что многие гуркхи после отставки оставались в Индии в расчете найти какую-нибудь работу. Убыль населения отмечалась и в последующие годы. Во многом она объясняется переселением непальцев в Индию, Сикким и Бутан. Основной поток переселенцев, как и в предшествующие столетия, направлялся с запада на восток. В начале XX в. в Восточной Индии, Сиккиме и Бутане проживало 2 млн. непальцев. Дарджилинг стал одним из важных культурных и политических центров индийских непальцев.

Всвязи с ростом числа членов правящего семейства (в начале XX в. Рана насчитывали 70 семей) в период правления Чандра Шамшера (1901-1929) все Рана были разделены на три класса: А, В и С. В основу деления был положен принцип родовитости. В класс А включались Рана, породнившиеся с родом Шах. Рана классов В и С являлись потомками от браков Рана с чхетри и представительницами племен, а также незаконнорожденные. Рана А, в свою очередь, распались на несколько семейных групп. В рамках Рана воспроизводились кастовые стереотипы, свойственные непальской кастовой системе. Рана А могли занимать высшие государственные посты, в том числе пост премьер-министра. Рана В и С считались «провинциальными господами», они могли назначаться губернаторами дистриктов, начальниками местных гарнизонов и чиновниками среднего уровня. Деление Рана на три класса вносило определенный порядок во взаимоотношения внутри семейства, однако таило угрозу раскола и изоляции правящей группировки. Несмотря на паразитизм и беспрерывную борьбу за власть, Рана вплоть до Первой мировой войны пользовались поддержкой большинства непальских феодалов и крестьянства. Недовольство накапливалось в среде некоторых местных элит и крестьянства тераев. В жесткой оппозиции правительству Рана находились представители господствующего класса, лишенные земель и

384

постов, жившие в эмиграции и не имевшие связи с родиной. В стране же не отмечалось какихлибо антиранистских выступлений.

Правление Рана ознаменовалось застоем в области образования, поэтому режим Рана стал для непальцев синонимом обскурантизма. Строгая самоизоляция страны, направленная на предотвращение проникновения в Непал свободомыслия, сдерживала развитие культуры. В стране практически отсутствовали школы и больницы, в то же время Рана тратили огромные средства на строительство роскошных дворцов. В их декоре проявилась свойственная непальской элите склонность к подражательству и эклектике.

Рана не заботились о сохранении культурного наследия. Например, были утеряны богатые и самобытные традиции непальской архитектуры. XIX век стал плодотворным для непальской

поэзии, большинство поэтов были брахманами. Творчество Бханубхакты Ачарьи (1814-1868) стало важным этапом в развитии непальской литературы и в становлении литературного языка непали (он прославился прежде всего поэтическим переложением «Рамаяны» на язык непали). Название «непали» утвердилось в начале XX в., до этого старый непали именовался «кхас-кура», «горкхали» или «парбате». Примерно в это же время за общенепальским государством окончательно утвердилось название «Непал». В конце XIX в. среди немногочисленных образованных непальцев появились ростки национального самосознания.

Несмотря на преследование любого инакомыслия, в Непале и в еще большей степени среди непальских эмигрантов в Индии стали распространяться идеи просветительства, несшие определенный антиранистский и антифеодальный заряд. Непальское просветительство возникло под влиянием индийской общественной мысли. В 1896 г. М.Р.Джоши создал непальское отделение индийского общества «Арья Самадж». В начале XX в. Д.П.Сапкота начал издавать в Бенаресе журналы «Горкхали» («Гуркх») и «Джанмабхуми» («Родина»). В Непале и Индии началось издание и других журналов просветительской направленности. На страницах изданий, выходивших в Непале, критика Рана обретала формы причудливых и сложных иносказаний. В изданиях, выходивших в Индии, протест приобретал более конкретный характер. Количество изданий и тиражи были невелики. Круг авторов, как и круг читателей, — узок.

Идеи просвещения и прогресса не были чужды некоторым представителям Рана. Среди них были меценаты и сторонники реальных реформ. Склонность к гуманитарным реформам проявил Дев Шамшер (правил несколько месяцев в 1901 г.). Вир Шамшер начал строительство водопровода в Долине Катманду, основал библиотеку, разрешил проведение археологических исследований в Лумбини, предполагаемом месте рождения Будды. В начале XX в. была проведена подготовка к отмене рабства (оно было отменено в 1924 г.). Началось издание газеты «Горкхапатра». В Непале появились первые небольшие гидроэлектростанции и первый синематограф. Однако Непал оставался отсталым, изолированным государством, его правящая элита тормозила развитие страны.

После получения известия о начале Первой мировой войны премьер-министр Чандра Шамшер посетил британскую резиденцию и заявил о готовности предоставить в распоряжение Англии все военные ресурсы Непала. Официально Непал

385

не принимал участия в войне. Однако в составе англо-индийской армии на разных фронтах воевало 200 тыс. непальских гуркхов, 20 тыс. из них погибли. Более 16 тыс. солдат регулярной непальской армии в период войны несли гарнизонную службу в Индии. Первая мировая война дала толчок к идеологическому и организационному оформлению антиранистского движения.

Глава 8

ЦЕЙЛОН В ЭПОХУ ПРОБУЖДЕНИЯ АЗИИ

Впервое десятилетие XX в. стоимость экспорта цейлонского чая возросла до 163 млн. ф. ст. в год. Ключевые позиции в его производстве и экспорте продолжал занимать английский капитал. С конца XIX в. на Цейлоне стали развиваться каучуковые плантации, в 10-е годы XX в. занимавшие площади в 148 тыс. акров, при объеме экспорта 49 млн. ф. ст., а также плантации кокосовой пальмы, общая площадь которых равнялась 413 тыс. акров. В начале XX в. продукты кокосовой пальмы составляли 24% общего объема экспорта по стоимости. Часть кокосовых и каучуковых плантаций принадлежала местному капиталу. Его представители делали инвестиции в производство так называемых второстепенных экспортных культур, таких, как арековая пальма, табак, шоколадное дерево, цитронелла. Такая же иерархия соблюдалась и в обрабатывающей промышленности: фабрики по переработке чая и других важнейших плантационных культур находились в руках английских предпринимателей, местные же капиталы вкладывались, как правило, в мелкие текстильные и пищевые предприятия, в добычу графита и драгоценных камней.

Вотличие от британских плантаторов, предпочитавших нанимать на свои плантации сезонниковиммигрантов из Южной Индии, цейлонские плантаторы использовали местную рабочую силу. Экономические «сферы влияния» британского и местного капитала были разграничены, и нарушение установившихся границ редко имело место. К началу XX в. доля трех важнейших плантационных культур— чая, каучука и продуктов кокосовой пальмы— во всем экспорте страны составила около 90%. Узкая специализация экономики на производстве нескольких видов сельскохозяйственной продукции прочно привязывала Цейлон к мировому рынку, обусловливала зависимость его развития от колебания цен на важнейшие экспортные и импортные товары.

Многоукладная структура колониального цейлонского общества обусловила многообразие движений социально-политического протеста. Так, для цейлонского крестьянства, а также оппозиционно