низким уровнем национального дохода. Ее основные товаропроизводящие районы образовывали локальные рынки, включенные в мировое капиталистическое хозяйство. Всевозраставшая доля продукции земледелия — в первую очередь риса — уходила на внешний рынок, почти не участвуя во внутреннем обмене. Увеличение производительности крестьянского хозяйства мало изменило его потребительский характер. Денежные доходы — особенно значительные в хозяйствах крестьян центральной равнины — складывались за счет экспорта риса. Товаризация земледельческого рисопроизводящего хозяйства в Таиланде не стала товаризацией производства; земледелие оставалось прежде всего способом существования населения. Поэтому процессы внутренней дезинтеграции перевешивали процессы интеграционные. Дезинтеграция давала себя знать в отсутствии межотраслевых связей, слабом взаимодействии отраслей хозяйства, обслуживавших внутреннее потребление. В земледелии складывалась особая полупатриархальная разновидность мелкотоварного уклада, включенного в мировое капиталистическое хозяйство через посредство ряда промежуточных звеньев — торговых, административно-финансовых, миграционных. А это сказывалось на типе развития мелкотоварного хозяйства— основы локально-земледельческой формы капитализма, которая достраивалась благодаря китайским иммигрантам до национальной его формы.
Иммиграция китайцев в Таиланд шла с территории южных провинций Китая. К 1910 г. она достигла пика: увеличение китайского населения в Таиланде превышало прирост местного населения. В 1910г. был повышен подушный налог с китайцев, и их иммиграция стала сокращаться, но доля китайцев в населении продолжала увеличиваться за счет детей от смешанных браков — лук чин. Китайское население, распадавшееся на несколько диалектных групп, концентрировалось в околостоличном районе, на юге и юго-востоке страны, где складывалось плантационное хозяйство по производству технических культур (каучук) и пряностей (перец). По мере сооружения железных дорог китайское население продвигалось в глубь страны. Дальше других в глубинные районы продвинулись хайнаньцы: они создали местные рынки на самых труднодоступных территориях, построили мелкие судоверфи, ввели в обиход деньги там, где они еще редко употреблялись. В столице, где требовались квалифицированные рабочие, преобладали китайцы из диалектной группы кантонцев. Никогда не покидали морские
396
порты хэцзяньцы — торговцы, владельцы судов, матросы. Скупка, переработка, экспорт местной продукции стали делом китайских деловых общин. Западные торговые фирмы выбирали богатый китайский торговый дом, знакомый с европейскими методами ведения торговли, для выполнения посреднических операций. Вокруг таких домов местными китайцами создавались торговые объединения — конги, в которые входило пять-шесть торговых домов, владевших пароходными линиями, множеством лавок и складов. Налаживалась разветвленная торговая сеть, для каждого звена которой были обеспечены прибыль и быстрая оборачиваемость капитала. Финансировали торговые операции китайские банки. Китайские общины Бангкока оказались владельцами многих торговых домов, банков и крупнейших рисорушек. Главы общин получали местные титулы, иногда занимали посты в государственном аппарате, демонстрируя традиционную норму — единство богатства, морали и власти. Потомки знатных китайских семей и сейчас находятся в числе таиландской элиты, близкой ко двору. Деятельность китайской деловой общины вносила в сиамское общество понятие бизнеса, в том числе концепцию частной собственности. Конфуцианская этика, требовавшая от китайского клана накопления материального достатка, легко приспосабливалась к буржуазным нормам.
К 1910г. в Бангкоке, насчитывавшем 700 тыс. жителей, возник пригород Сампенг, населенный по преимуществу китайцами. Здесь размещались магазины китайских торговых фирм, банки, мастерские, строительные конторы, рисорушки, лесопильные предприятия. Китайский капитал из сферы торговли переходил в обрабатывающую промышленность.
Экономический подъем первого десятилетия XX в. — «период грюндерства» — сказался на государственном бюджете Сиама, дал возможность увеличить его доходную часть. На этой основе была закончена реформа в армии: к 1910 г. в ней насчитывалось 10 дивизий, для вооружения были закуплены винтовки системы «Маузер» и горные пушки фирмы Крупна. Руководили реорганизацией армии принц Чира, получивший военное образование в Дании, и принц Питсанулок, прошедший военную подготовку в России. Французская пресса отзывалась о последнем как об очень знающем человеке. В 1911 г. в Сиаме появился первый самолет, доставленный из Франции, куда были направлены три тайских офицера ддя обучения летному делу.
Развитие местного предпринимательства благоприятствовало укреплению бюрократической структуры, ее модернизации, не приводя к развитию национального капитализма, что сказалось на политическом поведении местных социальных групп. Китайская буржуазия в Таиланде, как и
рабочий класс, ощущала себя частью Китая. Проживая в Таиланде, китайцы оставались подданными китайской империи: в соответствии с указом императорского двора в Пекине 1909 г., ребенок, родившийся вне пределов Китая, но имеющий отцом китайца, считался китайцем. Китайская буржуазия Сиама с начала XX в. активно участвовала в антиимпериалистической борьбе, застрельщиком которой выступала буржуазно-помещичья оппозиция в самом Китае. Проводимые в Бангкоке кампании бойкота товаров европейских и японских фирм поражали современников отличной организованностью. В 1905-1906 гг. в Бангкоке был проведен антиамериканский бойкот, в Сингапур и Гонконг было направлено требование не
397
ввозить в Сиам товары американского производства. «Нигде так ясно, как в Бангкоке, — сообщал в Петербург глава русской миссии, — не проглядывает политическая подкладка всех подобных движений китайских масс. Живя свободно под покровительством азиатского правительства, вдали от давлений пекинской политики и мандаринов, здешние китайцы всегда представляли из себя очаг всех патриотических революционных брожений».
С китайской общиной в Бангкоке была связана деятельность Тунмэнхуэя (Китайского революционного объединенного союза), созданного Сунь Ятсеном в Токио в 1905 г. Союз поддерживали видные лидеры местной китайской общины. С 1906 г. в Бангкоке стала выходить газета «Менам Синбао» («Менамский еженедельник»), поддерживавшая революционные идеи Сунь Ятсена. Правда, затем газета изменила свою ориентацию и стала выступать в защиту маньчжурской династии. С 1907 г. стал выходить другой печатный орган на тайском и китайском языках, пропагандировавший идеи Сунь Ятсена, помогший основать в Бангкоке отделения Тунмэнхуэя. Зимой 1908 г. в Бангкоке побывал Сунь Ятсен, восторженно встреченный местной китайской общиной, открывшей сбор средств в поддержку Союза. В 1908-1911 гг. отделения Союза были созданы в провинциальных городах Сиама. С деятельностью Союза связано основание китайских школ. Китайская буржуазия в Бангкоке оказывала существенную финансовую помощь китайским революционерам в 1909-1911 гг., когда готовилась Синьхай-ская революция.
Сиам в эти годы стал пристанищем и для вьетнамских революционеров. Их лидер Фан Бой Тяу (1867-1940) эмигрировал в эту страну в 1908 г., здесь он вел большую политическую работу среди вьетнамских и китайских эмигрантов, поддерживал отношения с местным отделением Тунмэнхуэя.
Победа Синьхайской революции была встречена с ликованием местной китайской общиной. В декабре 1911 г. в Гуандун прибыла группа революционеров из Таиланда и Вьетнама, посетившая позднее Нанкин. Она получила заверения в поддержке со стороны временного революционного правительства Сунь Ятсена.
За ходом и успехами революции в Китае следила значительная по численности прослойка лук чин, из членов которой формировались низшая бюрократия и интеллигенция. Будущий основатель Народной партии Приди Паномионг, родившийся в 1901 г. в провинции Аютия в семье торговца из диалектной группы чаоч-жоуцев, по его словам, «в детстве внимательно следил за событиями Синьхайской революции 1911-1912 гг., возглавляемой доктором Сунь Ятсеном, и особенно за сражениями между императорской и республиканской армиями».
Из этой интеллектуально-профессиональной среды вышли первые местные революционеры, выдвинувшие идею преобразования монархии в Таиланде в республику. Их выступление приурочивалось к 1910 г., когда на трон должен был вступить новый монарх. Готовившая революционный переворот организация руководствовалась радикальными западными идеями, вступавшими в резкий конфликт как с конфуцианством, так и с буддизмом. Число приверженцев новых идей было невелико, и после неудачной попытки переворота в 1912 г. имена революционеров были вычеркнуты из памяти народа официальной пропагандой монархического национализма.
398
Последний представлял сплав буддийско-конфуцианских и западных консервативных идей. Его идеологом был сам правитель Таиланда — Вачировут (1910-1925). Первым из таиландских принцев он был в 1893 г. направлен для получения образования в Англию, обучался в Оксфорде, служил в британской армии. В период учебы побывал в ряде европейских стран (Франция, Италия, Испания). Был хорошо знаком с европейской литературой, переводил на язык таи произведения У.Шекспира, увлекался театром. В Бангкоке он создал при дворе театральную труппу, в которой сам участвовал. Идеям революционного преобразования общества он противопоставил национализм и патриотизм, разработав понятие нации. Как верховный покровитель буддизма он выступил в защиту осво-
бодительных войн. В 1911-1912 гг.— в период Синьхайской революции — опубликовал серию статей, в которых доказывал, что революционные пути общественных преобразований не подходят для азиатских стран, им чужды понятия демократии и конституционной формы правления. В предвоенные годы создал много песен, поэм, пьес патриотического содержания. Высоко ценил японский кодекс чести — бусидо, основал бойскаутские организации и военизированные организации «диких тигров», через них стремясь поднять воинский дух для борьбы «азиатской расы» с колониализмом.
По словам западных исследователей, Вачировут был странной и противоречивой фигурой. Он впервые сформулировал идеи объединения правителя, религии и нации. Право последней на существование он оправдывал прогрессом и усвоением западных норм жизни. В его позиции нашло отражение опасение перед той ролью, которую играли в жизни страны китайские иммигранты. Он выступил за ассимиляцию последних тайским обществом, осудив революционные идеи, привносимые китайцами, как опасные для существующего порядка. Заслон для «развращающего влияния» Запада он видел в буддизме. Постепенно идеи монархической национальной консолидации становились массовой идеологией, вытесняя на окраины государства милленаристские концепции и социальные утопии буддийского мессианства.
После начала Первой мировой войны правительство Таиланда, основываясь на III Гаагской конвенции, выступило с декларацией о нейтралитете.
Глава 10
КОЛОНИАЛЬНАЯ ЭКСПЛУАТАЦИЯ ЛАОСА ФРАНЦИЕЙ
(1900-1914)
Впервые десятилетия XX в. французские власти в Индокитае продолжали корректировать границы Лаоса и его административную структуру. В 1904г. Франция и Сиам подписали договор, по которому к французским владениям в Лаосе были присоединены части Луангпхабанга и Тямпассака, находившиеся на западном берегу р. Меконг. (За это Франция отказывалась от права экстерриториальности для своих подданных в Сиаме.) Так на юге возникла провинция Бас-сак, губернатором которой в 1905 г. стал потомок правившей в начале XIX в. в Тямпассаке династии. По новому франкосиамскому договору 1907 г. граница провинции Бассак на западе стала проходить по хребту Дангрек. Французская администрация Лаоса сосредоточила в своих руках всю судебную власть. Главой судебной администрации Лаоса стал верховный резидент, он назначал судей из числа лаосских чиновников. В провинциях были созданы суды первой и второй инстанций для разбора гражданских и уголовных дел, их председателями стали начальники провинций — французские резиденты. Во Вьентьяне находился верховный суд, председателем которого назначался юрист, а членами — начальник канцелярии верховного резидента и один из высших лаосских чиновников. Однако судебные кодексы были изданы только в 1927 г. Так была ликвидирована традиционная система судопроизводства, основанная на обычном праве и отправлении правосудия местной властью.
Впериод 1904-1905 гг. окончательно решилась судьба династии Луангпхабанга: править стал принц Сисавангвонг (1905-1959). Столичная знать поддерживала другого претендента на трон — принца Пхетсалата из рода махаупаха-тов. В этой группе знати были очень сильны антифранцузские настроения; чтобы нейтрализовать их, колонизаторы передали Пхетсалату пост премьер-министра, одновременно признав его чао мыанга Вьентьяна (1914-1920). Местная администрация стала комплектоваться людьми, лично ему преданными.
В1915г. была упразднена королевская казна; в соответствии с конвенцией 1917г. во владении короля были сохранены дворец с принадлежащими ему службами, земля под дворцом, ритуальные слоны и некоторые леса. По «цивильному листу» в бюджете, который начал составляться с 1915 г.
французскими колониальными властями, учитывались расходы королевской семьи: представительства короля, ритуальные праздники, ремонт дворца; общая сумма бюджета равнялась 50 тыс. индокитайских пиастров. Такие же «цивильные листы» имели махаупахат (6 тыс. пиастров),
латсавонг и латсабут (по 3 тыс. пиастров).
Французы «упорядочили» финансы Лаоса: с 1914г. все население с 18 до 60 лет обязано было платить подушный налог в размере от 15 до 20 пиастров
400
(освобождались тасэнги, найбаны и солдаты). На Лаос распространили единые для Французского Индокитая налоги: поземельный (с частных земель и плантаций), подоходный, с патентов — на право заниматься торговлей и промышленной деятельностью, косвенные налоги — с торговли опиумом, солью, алкогольными напитками. Лаос являлся крупнейшим поставщиком опиума, торговля им была очень прибыльна, принося колонизаторам огромные доходы. Облагались налогом и владельцы слонов. Собираемые налоги поступали в общеколониальный бюджет и частично в бюджет протектората Лаоса. Небольшая доля поступлений выделялась в провинциальные и муниципальные бюджеты.
В 1900-1914 гг. Франция пыталась создать условия для привлечения частных инвестиций в свои
колониальные владения. Хотя приток капиталов в Лаос не был широкомасштабным, были заложены кофейные плантации, начато сооружение дорог и портов с использованием труда местного населения, по традиции обязанного выполнять трудовую повинность в пользу государства. Община из органа социальной защиты земледельческого населения долин и горских народов была искусственно превращена в орган мобилизации населения на работы в пользу государства колонизаторов. С использованием такой традиционной формы труда в Лаосе были построены дороги, в их числе дорога от Куанг-Чи до Са-ваннакета для вывоза оловянной руды. Недра, богатые полезными ископаемыми, стали собственностью французского капитала. Для привлечения в колонии инвесторов организовывались выставки, издавались газеты и журналы, создавались общества по изучению страны, которые знакомили с ее богатствами. Средства на финансирование строительных работ и освоение недр частично покрывались за счет бюджетов Индокитая и протектората.
Вначале XX в. Лаос использовался в качестве рынка сбыта промышленных товаров. Во внешней торговле он был привязан к метрополии, так как другие страны не допускались на лаосский рынок. Французские товары продавались в Лаосе по цене на 15-20% выше мировых. Завозимые товары, хотя и низкого качества, подрывали местное ремесленное производство. Использовался Лаос и как источник дешевого производства сельскохозяйственных и естественных продуктов и сырья. Вывозились рис, кукуруза, скот, шкуры, ценные породы дерева — тик, железное, сандаловое, а также лекарственные растения, бензойная смола, кардамон и др.
Французские торговые фирмы в Лаосе были филиалами более крупных объединений, утвердившихся во Вьетнаме. Часть французских капиталов в Лаосе была вложена в речное судоходство, электрификацию и электроснабжение городов.
Колониальные власти вели небольшое капитальное строительство в городах. Лаос был окраиной французских колониальных владений в Индокитае, и его освоению уделялось мало внимания; тем не менее проникновение французского капитала в эту страну нарушило традиционный уклад, в первую очередь горских народов, и вызвало, начиная с первых лет XX в., их противостояние. В 1901 г. начались выступления горцев против принудительных работ и роста налогов. Они охватили провинции Саваннакет, Такек и Сараван, вызвав панику во Вьентьяне. Против восставших, вооруженных примитивным оружием, были двинуты части регулярной амии. В долинных районах восстание было довольно быстро подавлено, но продолжалось в горных районах вплоть до 1907 г.
401
В1910 г. на плато Боловент вспыхнуло восстание, в котором приняли участие народности, населявшие горные склоны. Поводом послужили поборы с племен. Руководил восстанием вождь племени лавен Онг Кео, ведший войну партизанскими методами, т.е. заманивая отряды французских войск в джунгли и там с ними расправляясь, перехватывая обозы с продовольствием и оружием. Блокада французами районов восстания не дала результатов; тогда командование французских отрядов пошло на вероломство: Онг Кео пригласили на «переговоры», во время которых его убили. Но восстание возглавил брат убитого, Онг Камма-дан, создавший новые базы сопротивления. Он призвал членов своего племени и других племен, населявших горные склоны, не платить налоги, уклоняться от мобилизации на принудительные работы и службу в армии. Французское командование вынуждено было бросить на борьбу с повстанцами крупные силы и даже авиацию. Лишь в 1936 г. восстание было подавлено.
Одновременно с этим восстанием, в 1914-1916 гг., наблюдалось движение против французов на севере Лаоса (антифранцузские выступления начались в северных районах еще в 80-е годы XIX в.). Руководил восстанием принц из мы-анга Сингха, после подавления движения бежавший в Китай; его владение было превращено французскими властями в округ.
В1918 г. началось новое восстание племен в горах Северного Лаоса. Его причиной стала мобилизация населения на выполнение трудовой повинности. Это восстание вскоре перестало носить местный характер и вылилось в общую борьбу с колонизаторами на всей территории Верхнего Лаоса. Для подавления восстания колониальные власти вызвали подкрепления из Ханоя и Сайгона и к 1922 г. сумели его задушить.
Вдолинах земледельцы, не обращая внимания на приватизацию земли колониальными властями, сохранили архаичный способ свободной заимки земли. Поэтому колониальный Лаос не знал аренды земли крестьянами и крестьянского безземелья. Все это смягчало положение земледельцев, к тому же сохранивших отношения патернализма с местной элитой, выступавшей с националистических позиций; последняя была поддержана буддийским духовенством.
Французская колониальная администрация не развивала в Лаосе системы образования, ограничившись направлением в страну вьетнамских чиновников и специалистов.
Европейское влияние с конца XIX в. сказывалось в архитектуре и искусстве Лаоса. В Луангпхабанге и заново отстраивавшемся Вьентьяне появились европейского типа здания вдоль прямых улиц, с магазинами на нижних этажах.
Глава 11
КАМБОДЖА В СОСТАВЕ ИНДОКИТАЙСКОГО СОЮЗА
(1887-1914)
Камбоджа была включена в состав Французского Индокитая (Индокитайский союз) как протекторат, организация которого была завершена указами 1889-1898 гг. У власти в Камбодже оставался правитель, он издавал законы, которые приобретали силу после утверждения их французским верховным резидентом. Правитель, будучи как бы на службе у французских властей, получал жалованье из доходов протектората. Доходы складывались из налогов, таможенных сборов, государственных монополий.
Правителю подчинялся совет министров из пяти человек, его председателем в соответствии с указом 1897 г. был французский резидент; при последнем создавался совет из высших чиновников протектората. Административный аппарат Камбоджи подчинялся резиденту, последний — губернатору, выполняя все его решения.
К началу XX в. Камбоджа была разделена на 14 провинций, во главе которых также стояли резиденты; им подчинялась местная администрация, состоявшая из большого штата чиновников. Резидент в числе прочих мер устанавливал налоги в своей провинции, следил за их поступлением.
Административно-политические меры, проводившиеся Францией в конце XIX в. в Камбодже, постепенно создававшие колониальное государство, имели целью экспроприацию природных богатств страны — в первую очередь земли и ее недр — у бывших собственников, передачу их французским капиталистам. Но для привлечения в Камбоджу крупных инвестиций требовалось провести ряд экономических мероприятий, открывавших путь в страну французским капиталам. К числу этих мер относилось — помимо экспроприации собственности — создание развитого внутреннего рынка, и прежде всего рынка рабочей силы.
Экспроприация земли в Камбодже была проведена путем захвата колониальной администрацией «свободных» земель, пустошей, а также общинных земель. Экспроприированная земля после проведения кадастра сдавалась в аренду общинникам и могла быть продана новым собственникам. К 1900г. в Камбодже уже было 15 французских земельных владений, в них обрабатывалось 235 га земли. Это были крупные хозяйства по производству различных сельскохозяйственных культур. Земля новых собственников освобождалась от налогов на первые пять лет.
Становление в Камбодже буржуазных отношений проходило очень медленно. В стране сохранялась традиционная натуральная экономика, постепенно разрушавшаяся товарно-денежными связями. По мере распада общины крестьянин становился единоличным собственником земли, обязанным вносить за нее налог
403
в денежной форме. Это заставляло крестьян переходить на производство экспортных культур, расширять посевы риса и кукурузы. Местное крестьянство становится зависимым от китайского, индийского, вьетнамского торгово-по-среднического капитала.
Отношения собственности на землю постепенно изменялись с помощью тех договоров, которые заключала французская администрация Камбоджи с правителем Нородомом, а затем Сисоватом (19041924).
Так, циркуляр от 29 декабря 1897 г. закрепил за правительством Камбоджи право «продажи или бесплатной уступки всех земель королевства с целью окончательно сделать эти земли собственностью их владельцев, а также для того, чтобы создать благоприятные условия для обработки максимального количества земли под посевы риса, постепенно увеличивая богатство земельных собственников, поскольку громадные земельные площади в стране остаются неиспользованными и свободными». Утверждая в Камбодже права буржуазной частной собственности на землю, французская администрация поставила целью проведение кадастра. 25 апреля 1902 г. был издан указ правителя Нородома, требовавший вывесить в каждой деревне списки владельцев земли с указанием ее количества. Этот указ был проведен в жизнь лишь в окрестностях столицы и в тех районах, где появились европейские земельные концессии. Составление кадастра продолжалось на протяжении всего периода протектората.
В 1904 г. под рисом было занято 300 тыс. га. В результате проводимой колониальными властями аграрной политики к началу Первой мировой войны площадь под рисом возросла и составила 500 тыс. га. Производством риса занимались крупные земельные собственники-плантаторы, а также арендаторы. Вывозилось 100-150 тыс. т риса.
Процесс концентрации земли, шедший с начала XX в., все же не привел к массовому обезземеливанию крестьянства в силу наличия большого массива свободных земель, освоение которых было не под силу небольшим земледельческим коллективам — семьям или союзам родственных семей. Развивалось мел-