занимающихся определенной деятельностью. К числу конститутивных признаков институционального дискурса относят следующие параметры профессиональной речи: 1) профессионально осмысленная предметная сфера; 2) инструментарий; 3) профессиональные оценки качества работы; 4) профессионально маркированные стратегии коммуникативного поведения; 5) профессиональная самопрезентация. Всякий институциональный дискурс использует определенную систему профессионально ориентированных знаков или, другими словами, обладает собственным подъязыком (специальной лексикой, фразеологией) [46, с. 368].
Выделение институционального типа дискурса специалистов в области ОБДД с позиций социолингвистики вполне оправдано. Сотрудники ГИБДД как социально-профессиональная группа символически выделяются в обществе на основании ряда признаков:
1)сакральный характер профессии (сотрудники правоохранительных органах МВД России принимают присягу, клянутся служить закону), служба в полиции имеет характер особого служения народу;
2)наличие особой этики сотрудника правоохранительных органов, специфических норм поведения;
3)наличие разработанного и постоянно пополняющегося подъязыка (профессионального языка);
4)разработанная система ритуальных знаков (униформа, жезл, жетон, специальные приборы, предназначенные для осуществления кон- трольно-надзорной функции в области ДД, знаки ДД и т.д.);
5)специально разработанные формы ведения документации [4]. Цель коммуникации специалиста в этой области состоит в формиро-
вании у всех участников ДД общественно значимых стереотипов транспортной культуры и, тем самым, в повышении их правосознания. В соответствии с потребностью общества в самоорганизации и самосохранении проводится интенсивная работа по формированию и совершенствованию социального взаимодействия, качества которого должны соответствовать современному состоянию развития его культуры, важнейшей составляющей которой является язык.
§ 2. Составляющие компоненты дискурса
Дискурсивное измерение речевой коммуникации анализируется с учётом достижений лингвистики текста, прагмалингвистики, социолингвистики, лингвокультурологии, лингвосемиотики, теории речевых жанров и теории дискурса. Лингвистика текста, концептуально и терминологически противопоставляющая «… текст, погруженный в ситуацию реального общения, т.е. дискурс, и текст вне такой ситуации …» [19], рассматривая текст как процесс, учитывает обстоятельства общения и характеристики коммуникантов (коммуникативная модель представления текста). В этой
16
связи язык следует изучать с позиций статусно-ориентированного дискурса, реализуемого в рамках профессиональной деловой коммуникации. Составляющими компонентами дискурса являются концепт, фрейм, сценарий общения, виды и сферы коммуникации, социальные роли коммуникантов, характер отношений между ними. Речевая коммуникация как объективно имеющий место в обществе процесс не может не отражаться в индивидуально присваиваемой коммуникантом концептуальной картине мира. Предполагается, что в когнитивной картине мира языковой личности существует прагматическая схема – представления о том, чем является коммуникация как взаимно соотнесенные действия участников, какие формы она имеет, как её следует осуществлять.
М.Л. Макаров с своём исследовании «Основы теории дискурса» приводит следующие размышления о фрейме: «Фрейм – это такая когнитивная структура в феноменологическом поле человека, которая основана на вероятностном знании о типических ситуациях и связанных с этим знанием ожиданиях по поводу свойств и отношений реальных или гипотетических объектов. По своей структуре фрейм состоит из вершины (темы), т. e. макропропозиции, и слотов или терминалов, заполняемых пропозициями. Эта когнитивная структура организована вокруг какого-либо концепта, но в отличие от тривиального набора ассоциаций такие единицы содержат лишь самую существенную, типическую и потенциально возможную информацию, которая ассоциирована с данным концептом.
Кроме того, отнюдь не исключено, что фреймы имеют более или менее конвенциональную природу и поэтому они способны определять и описывать то, что является самым «характерным» или «типичным» в данном социуме или обществе с его этно- и социокультурными особенностями. Скажем, фрейм «семья» по-разному организован в сознании жителей южнокорейского села, немецкого города, дагестанского аула или индусской деревни: разными оказываются и слоты, и их количество, и наполнение (явно отличаются роли и статусы членов семьи, их права и обязанности, отношение к родственникам по мужской и женской линии, включенность третьего-четвертого поколений). Такие когнитивные модели – это базис для интерпретации дискурса.
В то же время фреймом порой называют набор эпистемических единиц, которые определяют наше восприятие стульев, журналов, бананов и других объектов действительности. Например, фрейм «комната» включает слоты стены, потолок, пол, окно и дверь, трёхмерность замкнутого пространства комнаты, точку зрения относительно данного объекта (вне или внутри, где)» [29]. При этом М.Л. Макаров разделяет мнение Т.А. ван Дейка, сформулировавшего идеи, подводящие к пониманию феномена прагматической схемы коммуникации: «Различие между концептами как таковыми и организацией концептуального знания во фреймы является не вполне чётким – теория допускает размытые границы между ними» [12].
17
Сценарий или, по-другому, сценарный фрейм содержит стандартную последовательность событий, обусловленную некой повторяющейся ситуацией. Они организуют поведение и его интерпретацию. Для сценариев характерны ситуативная привязанность и конвенциональность. Как фрейм, так и сценарий трактуются в терминах памяти, поскольку являются не только информационными структурами. Они сообщают о результатах, конечных состояниях, по которым и запоминаются, являясь механизмами, объясняющими достижение понимания с использованием накопленного ранее знания, а предварительное знание является тем типом информации, который хранится в памяти. По мнению большинства учёных, сценарии не хранятся в памяти в готовом виде. Их строят по мере необходимости, в процессе восприятия речи, чтобы осуществить интерпретацию дискурса, используя накопленный ранее опыт и информацию, размещенную на разных уровнях памяти. Сценарий может быть использован либо поведенчески, либо когнитивно: в первом случае человек реально проигрывает его, строя свое поведение в соответствии с конкретным сценарием; во втором – мысленно, например, интерпретируя текст. В случае поведенческой реализации сценария доминирующим типом знаний оказывается процедуральный. Темой сценария является тип деятельности, соотносящий цель и способ её достижения, а слотами – модели отдельных действий, их последовательность и порядок.
Значительный интерес у исследователей вызывает вопрос о взаимодействии разных типов знаний и когнитивных структур в коммуникативном процессе. По мнению М.Л. Макарова, «предмет деятельности «назначен» потребностью одного или нескольких участников коммуникации или же всей группы как совокупного субъекта общения. Сама потребность формируется внешней или внутренней, субъективной ситуацией, как правило, предшествующей акту общения. Потребность, переходя в мотив речевой деятельности на основании когнитивной интерпретации предметной ситуации, в акте референции делает эту ситуацию объектом дискурсивного действия. В любом диалоге прямо или непрямо даётся репрезентация структуры референтной ситуации, происходит дискретизация объектов и отношений внутри неё, приписывание определенных признаков тем или иным объектам и отношениям, происходит тематизация референтной ситуации, состоящей из объектов (или одного объекта), отношений между ними, их признаками. В дискурсе предмет общения, его объект обычно задает тему, по развитию которой можно судить об особенностях моделирования референтной ситуации» [29, с. 156].
На процесс диалогического взаимодействия наряду с предметнореферентной ситуацией влияет наличие некоторой коммуникативной общности, диады, малой группы или большого социума, т.e. совокупного субъекта деятельности и общения. Отношения в нём могут быть самыми разными: от совпадения мотивов и целей участников (полная кооперация), до
18
их полного конфликта, даже антагонизма, когда получение положительного результата одним сопряжено с нанесением ущерба другому, что наиболее ярко видно на примере взаимодействия людей с противоположными, взаимоисключающими целями (например инспектор ДПС ГИБДД /нарушитель ПДД).
Ван Дейк рассматривает речевые акты как составную часть социального взаимодействия [12]. В их структуру входят говорящий и слушающий, определённые цели, намерения, действия (высказывания, обладающие определенными характеристиками) говорящего, коммуникативная ситуация и происходящие события. Понимание высказываний в речевых актах базируется на общих концептах, категориях, правилах и стратегиях. Предложенные им понятия концептов, фреймовых концептуальных систем как когнитивных факторов понимания в речевой коммуникации указывают на возможность выделения прагматической схемы коммуникации в качестве личностно значимого фреймового когнитивного образования, обусловливающего коммуникативную активность личности говорящего и личности реципиента в целостном акте речевой коммуникации.
Не всегда схема эксплицируется полностью, наоборот, вербализоваными оказываются только отдельные составляющие: сами объекты или их отношения и признаки. Лингвистически это выражено в употреблении соответствующей данной схеме лексики, реляционных структур, индексов возможного мира. Если образ референтной ситуации проступает в глобальной теме, т.e. в том, о чем говорят, то образ ситуации общения чаще всего связан с тем, как (в широком смысле) говорят, что тем самым делают. Важную роль в конструкции когнитивного образа ситуации общения играют метакоммуникативные компоненты внутренней организации дискурса, элементы дейксиса – социальный дейксис, языковые символы коммуникативной дистанции и социальных (ролевых) отношений общающихся, и дейксис дискурса, языковые индексы, маркирующие его структуру, помогающие сориентироваться в тексте самого диалога.
Деловое общение как профессиональную коммуникативную деятельность характеризуют такие качества, как стандартизованность и конвенциональность, обеспечивающие регулируемость, управляемость общения. Под конвенциональностью понимается система прагматических конвенций, регулирующих диалоговое взаимодействие коммуникантов на различных речевых уровнях (от речевого акта до сценария). Интересным представляется и факт разграничения институциональных и неинституциональных типов высказываний рядом зарубежных учёных (Дж. Остин, Дж. Сёрль, П.Ф. Стросон, К. Бах, Р. Харниш). Двумя последними из названных выше выделяются четыре основных «коммуникативных» типа иллокутивных актов: Констативы, Директивы, Комиссивы и Межличностные социальные формулы. Эффективы и Вердиктивы относятся ими к конвенциональным речевым актам, которые существенно отличаются от комму-
19
никативных. Их главная особенность заключается в том, что они меняют положение дел в рамках какого-либо социального института. К конвенциональным актам относятся разнообразные ритуализованные речевые действия: крещение, посвящение, голосование, арест, признание виновным
иневиновным, запрещение и подобное. Эффективы, привнося изменения в какое-то институциональное положение дел, конвенциональны постольку, поскольку они имеют эффект в силу взаимного принятия этого говорящим
ислушающим (например, наложение штрафа за неправильную парковку). Вердиктивы являются суждениями, официальная значимость которых конвенционально «встроена» в тот или иной институт (составление протокола о вынесении штрафной санкции за нарушение ПДД).
Вцелом, конвенциональные речевые акты (и эффективы, и вердиктивы) обусловлены социальным институтом, являясь его неотъемлемым, внутренне присущим элементом. Высказывания такого рода меняют институциональный статус людей и/или вещей, создают новые институциональные права и обязанности. В соответствии с этим возникает проблема взаимообусловленности конвенциональных речевых актов и социальных ролей. Успешно осуществить конвенциональный речевой акт, характерный для определённого института может только исполнитель соответствующей социальной роли, произнеся высказывание в соответствующий момент конвенционального, ритуализованного события, как, например, выявление инспектором ДПС ГИБДД факта нарушения ПДД участником ДД, успешно реализует данный речевой акт.
Статусно-ролевое общение основано на ожиданиях того, что ЯЛ будет соблюдать речевые нормы, свойственные её положению в обществе и определяемые характером взаимоотношений с собеседником. Каждая роль состоит из специфического набора прав и обязанностей. Представления о типичном исполнении той или иной роли складываются в стереотипы ролевого поведения. Они формируются на основе опыта частой повторяемостью ролевых признаков, характеризующих поведение, манеру говорить, двигаться и т.п. Ролевые признаки речевого поведения проявляются только в коммуникативном взаимодействии языковых личностей. В современной социолингвистике выделяют два типа ситуаций ролевого общения: симметричные и асимметричные. Первые характеризуются равенством социального статуса собеседников. Вторые демонстрируют разное положение участников коммуникации на общественной лестнице. В повседневном речевом общении языковая личность переключается с одних стереотипов ролевого поведения на другие. Речевое переключение имеет большое значение, так как успех коммуникации в значительной степени зависит от того, насколько говорящий и слушающий владеют формами языка, соответствующими данной ситуации.
20