Материал: Авторы книги известные правоведы, члены рабочей группы по подготовке проекта Гражданского кодекса Российской Федерации

Глава 14. Доверительное управление имуществом как правоотношение
810
лично должником, что следует из ст. 416 ГК. Кроме того, в силу п. ст. 450 ГК договором может быть предусмотрено любое основание для отказа от его исполнения (одностороннего расторжения).
В связи с изложенным представляется, что наделение учредителя и доверительного управляющего правом на отказ от договора доверительного управления при невозможности его исполнения лично доверительным управляющим не может служить свидетельством особого доверительного характера их взаимоотношений, а последнее обстоятельство не может признаваться отличительным признаком правоотношений, связанных с доверительным управлением имуществом.
Кстати, уже в первых комментариях к нормам о доверительном управлении имуществом, помещенным в части второй ГК, обращалось внимание на то, что не следует придавать юридического значения названию соответствующего типа обязательств, поскольку элемент доверительности не является особенностью данных правоотношений. Так,
по мнению В.А. Дозорцева, исходные положения о доверительном управлении содержатся впервой части ГК… Строго говоря, это четкие обязательственные отношения, не имеющие специально доверительного характера о доверительности можно говорить только в том же смысле, как применительно к договору поручения, комиссии и т.п.»
1
. Е.А. Суханов подчеркивает, что никаких лично-доверительных отношений (как, например, в договоре поручения) между сторонами этого договора не предполагается. Термин доверительное применительно к управлению поданному договору носит условный характер и не имеет юридического значения»
2
Наиболее полно вопрос о возможности отнесения договора доверительного управления имуществом к категории лично-доверительных
(фидуциарных) сделок был исследован Л.Ю. Михеевой
3
. В плане постановки этого вопроса Л.Ю. Михеева подчеркивает, что необходимо
«прежде всего, разграничить фактическое доверие, оказываемое сторонами друг другу, и лично-доверительный характер правоотношения, а также отделить от него понятие личного исполнения должником своих обязанностей. Доверие, как правило, имеет место при совершении любых сделок, однако в большинстве случаев оно не имеет правового значения, те. не отражается на возникающем правоотношении 1
Дозорцев В.А. Указ. соч. С. 532.
2
Комментарий части второй Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. С. 239.
3
См Михеева Л.Ю. Указ. соч. С. 76–80.
4
Михеева Л.Ю. Указ. соч. С. 77.

1. Понятие и сфера применения
811
В результате проведенного сравнительного исследования договора доверительного управления, договора поручения, договора комиссии и агентского договора Л.Ю. Михеева приходит к выводу о том, что договор доверительного управления не является фидуциарной сделкой.
«…Лично-доверительным характером в российском гражданском праве обладают, в сущности, лишь отношения из договора поручения. Более того, – пишет Л.Ю. Михеева, – … не может быть фидуциарного правоотношения в связи, которая основана на возмездном совершении действий в пользу другого лица Наименование же данного института в ка- кой-то степени сложилось исторически (в противовес доверительной собственности. Термин доверительное, по-видимому, связан лишь с необходимостью отграничить его от иных видов управления имуществом»
1
Нам остается лишь присоединиться к этому заключению, отметив,
что личность доверительного управляющего конечно же имеет для учредителя доверительного управления серьезное значение. Это объясняется повышенным риском утраты имущества, передаваемого в доверительное управление, что требует определенного доверия выступающему в качестве доверительного управляющего. Однако речь идет о такой степени риска и такой мере доверия (фактического свойства, которые присущи и многим другим правоотношениям покупатель, предоставляющий предоплату, или продавец, продающий крупную партию товаров в кредит владелец счета и вкладчик по депозиту, помещающий свои денежные сбережения в определенный банк комитент, передавший комиссионеру имущество для реализации, а также субъекты некоторых иных правоотношений в равной мере несут риск утраты своего имущества и должны доверять своим контрагентам. Поэтому лично- доверительный характер правоотношений не может служить квалифицирующим признаком именно доверительного управления имуществом.
Некоторые авторы усматривают в доверительной собственности
(трасте) и доверительном управлении имуществом определенное сходство (по целями выполняемым задачам) с правом хозяйственного ведения государственных и муниципальных унитарных предприятий и правом оперативного управления учреждений и находят возможным проводить сравнительный анализ указанных институтов, заканчивающийся не в пользу права хозяйственного ведения и права оперативного управления.
Так, в свое время (до появления договора доверительного управления в ГК) К.И. Скловский пришел к следующему выводу Если уж сравнивать траст с хозяйственным ведением, тов пользу траста и то, что он куда более юридически определен … ив мировом праве может быть сопоставлен с аналогичными институтами Есть все основания счи-
1
Михеева Л.Ю. Указ. соч. С. 80.

Глава 14. Доверительное управление имуществом как правоотношение
812
тать, что проблема траста в целом возникла именно из-за неясности конструкции хозяйственного ведения (оперативного управления) как способа создания наряду с ней иного весьма широкого вещного права с гораздо более определенным содержанием»
1
Уже после принятия части второй ГК, включающей в себя положения о договоре доверительного управления имуществом, к этой теме обратился П.В. Турышев, суждения которого по поводу соотношения институтов доверительной собственности (траста) и права хозяйственного ведения государственных и муниципальных унитарных предприятий отличаются особой оригинальностью. В частности, по мнению
П.В. Турышева, российское право вполне допускает возможность введения института доверительной собственности (траста) в чистом виде, так как имеет опыт регулирования отношений расщепленной собственности в виде имущества государственного предприятия, правомочия на которое имели и государство, и само предприятие»
2
Вот так Оказывается, что, конструируя право полного хозяйственного ведения для государственных предприятий в период, когда все основные средства производства являлись государственной собственностью, советское государство заботилось о регулировании расщепленной собственности и делилось своими полномочиями собственника с государственными предприятиями!
На самом же деле намеренно искусственная модель такого ограниченного вещного права, как право полного хозяйственного ведения
(а затем и хозяйственного ведения) государственных и муниципальных предприятий, создавалась в целях обеспечения хотя бы минимальных условий для участия в имущественном обороте совершенно особых организаций, не являющихся собственниками ни производственных фондов, ни выпускаемой ими продукции и товаров. А делалось это в конечном счете в целях сохранения права государственной собственности на основные средства производства. Именно по этой причине в советское время в качестве основных участников экономических отношений выступали товаропроизводители, не являвшиеся собственниками производимых ими товаров, – так называемые субъекты полного хозяйственного ведения.
При подготовке Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом переходного характера российской экономики и большого числа реально действующих государственных и муниципальных предприятий было принято решение сохранить в качестве самостоятельной организа-
1
Скловский К.И. Собственность в гражданском праве. Ставрополь, 1994. С. 79.
2
Турышев П.В. Траст и договор доверительного управления имуществом. Автореф. дис. канд. юрид. наук. МС. Понятие и сфера применения
813
ционно-правовой формы коммерческих организаций унитарное предприятие, обладающее ограниченным вещным правом на закрепленное за ними государственное или муниципальное имущество – правом хозяйственного ведения. Одновременно в целях защиты прав третьих лиц
(кредиторов унитарных предприятий) были ограничены правомочия собственника в отношении имущества, закрепленного за действующими государственными или муниципальными предприятиями, которые по существу были сведены лишь к согласованию сделок, связанных с распоряжением недвижимым имуществом (ст. 295 ГК).
Ограниченное вещное право хозяйственного ведения порождено административно-плановой экономикой и монополией государственной собственности на основные средства производства. Государство-соб- ственник никогда свое право собственности не расщепляло, а под влиянием изменяющихся экономических условий лишь ограничивало свои правомочия собственника по распоряжению государственным имуществом, закрепленным за государственными предприятиями, для обеспечения хотя бы минимальных условий для их участия в имущественном обороте.
О каком опыте существования расщепленной собственности (применительно к хозяйственному ведению) можно говорить, если собственник имущества унитарного предприятия – государство или муниципальное образование – сохраняет за собой право назначения руководителя унитарного предприятия, контролирует эффективность использования закрепленного за ним имущества и имеет возможность в любой момент по своему усмотрению реорганизовать или ликвидировать унитарное предприятие – субъект хозяйственного ведения.
Кроме того, право хозяйственного ведения неразрывно связано с созданием юридического лица в особой организационно-правовой форме унитарного предприятия и представляет собой необходимый признак такого юридического лица наличие обособленного имущества на вещном праве (ст. 48 ГК), в то время как передача имущества в доверительную собственность (траст) или доверительное управление никак не связана с процессом образования юридических лица представляет собой правоотношение, складывающееся между реально существующими, независимыми друг от друга субъектами имущественного оборота собственником имущества, доверительным управляющим, выгодоприобретателем.
Таким образом, доверительная собственность (траст), доверительное управление и право хозяйственного ведения объединяет лишь то обстоятельство, что во всех случаях речь идет об управлении чужим имуществом. Что же касается существа правоотношений, их правовой природы, оснований их возникновения и сферы применения, то указан

Глава 14. Доверительное управление имуществом как правоотношение
816
возможно лишь в том случае, если право на это предоставлено ему договором доверительного управления имуществом.
В-седьмых, правоотношения доверительного управления имуществом носят двусторонний и, как правило, возмездный характер. О двустороннем характере данного обязательства свидетельствует наделение доверительного управляющего правом на возмещение необходимых расходов, произведенных им при доверительном управлении имуществом, за счет доходов от использования этого имущества. Возмездный характер правоотношений доверительного управления имуществом вытекает из нормы, содержащейся в ГК (ст. 1023), устанавливающей, что доверительный управляющий имеет право на вознаграждение, предусмотренное договором доверительного управления имуществом.
Таковы характерные признаки доверительного управления имуществом, выделяющие его в самостоятельный тип гражданско-правовых обязательств. По своей целевой направленности рассматриваемые правоотношения, видимо, могут быть отнесены к категории обязательств по возмездному оказанию услуг. Такая квалификация указанных правоотношений ранее уже признавалась в юридической литературе. Так, по мнению Е.А. Суханова, несмотря на некоторое сходство с договорами поручения, комиссии и агентским, договор доверительного управления не входит в группу договоров об оказании юридических услуга представляет собой вполне самостоятельную разновидность гражданско- правового договора, порождающего обязательства по оказанию услуг»
1
Ю.В. Романец подчеркивает, что договор доверительного управления имуществом обладает спецификой, отличающей его от других обязательств, направленных на оказание услуг. Квалифицирующий признак данного правоотношения заключается в том, – пишет он, – что доверительный управляющий оказывает услугу по осуществлению прав собственника в отношении определенного имущества»
2
Аналогичным образом рассуждает Л.Ю. Михеева, которая отмечает, что предмет договора доверительного управления имуществом представляют фактические и юридические действия управляющего, не преследующие самостоятельной цели создания какой-либо вещи, ее переработки. Сточки зрения классификации объектов гражданских прав…
есть все основания считать такие действия услугой…»
3
В пользу отнесения правоотношений, связанных с доверительным управлением имуществом, к категории обязательств по оказанию услуг свидетельствует и формальная позиция законодателя, установившего Гражданское право. Вт. Т. II. Полутом 2: Учебник. С. 118.
2
Романец Ю.В. Указ. соч. С. 432.
3
Михеева Л.Ю. Указ. соч. С. 71.