Материал: Баранский, Николай Николаевич. Экономическая география. Экономическая картография [сборник статей]

т. е. все такие элементы, которые ни к каким естественным ком­ плексам сведены быть не могут.

Что касается второй выдумки — экономико-географической, то она гораздо ближе к делу, и это по той прежде всего причине,

Из экономико-географа получить страноведа, надо полагать, проще и легче, чем из флзико-географа; однако к тому моменту, как он станет страноведом, т. е. подведет под себя необходимый для страноведа «природный фундамент» и обзаведется «антресо­ лями» и «балкончиками», т. е. культурой, бытом, этнографией, и станет настоящим знатоком данной страны,— он уже в значи­

иэкономико-географической — заключается в расчете на «вы­ мораживание» своего «визави».

Допустим, что физико-географическая утопия осуществилась

иописания стран и районов стали делаться по ее рецепту. Что отсюда получится?

Всилу явной недостаточности и неудовлетворительности тех «прирезок» на тему «хозяйственого использования ландшафта», которые согласно этой утопии будут физико-географами даваться взамен экономико-географической части описания, неизбежно

начнут появляться на свет из-под пера узких отраслевиков эко­ номистов или статистиков описания отдельных отраслей хозяй­ ства, от каковых описаний уже ни малейшей комплексности ожидать не приходится.

То же самое —vice versa— неизбежно произошло бы и в случае осуществления утопии экономико-географической: физико-гео­ графическая пустота стала бы заполняться очерками по отдель­ ным элементам природы, выходящими из-под пера узких специа­ листов геоморфологов, климатологов, гидрологов, от которых требовать увязки между элементами и не полагается.

Отсюда ясно, что правильного выхода из положения ни та, ни другая из этих утопий не дает.

В попытках заполнения пропасти, образовавшейся между географией физической и географией экономической, намечает­ ся еще и третья линия — линия на их сближение и даже сра­ щение в виде так называемой «общей географии».

Суть географии сторонники этого решения вопроса видят в познании природы и человека, в их глубоких связях и взаимо­ действиях. Настаивая на необходимости включения человека в «географический синтез», они аргументируют это не только тем,

.что иначе природа получается «бесчеловечной», т. е. такой,

155

какой бывает только первобытная природа, но также и тем, что изучение развития человеческой жизни под влиянием природной среды и, с другой стороны, изучение изменений, произведенных человеком в первобытных условиях природы, является одним из самых необходимых и тонких критериев для понимания строя

ижизни каждой данной местности (страны, района). Сторонники «общей географии» считают, что в этой «общей

географии» они будут, кроме природной среды (но в тесной связи с нею), изучать также и результаты прямого и опосредствован­ ного влияния природы на человека и те неизгладимые черты в природе, которые произведены в ней рукой человека.

По нашему мнению, такая «общая география» — если бы она даже так или иначе осуществилась — никак не ликвидирует само­ стоятельного существования ни географии физической, ни гео­ графии экономической. Ибо и у той и у другой имеется своя соб­ ственная внутренняя закономерность.

Природа на земле была до человека и без человека; и в настоя­ щее время, как ни увеличилась роль человека в качестве «гео­ агента», однако на громадных ареалах земной поверхности чело­ века или нет совсем, или роль его близка к нулю. Да и там, где роль человека в переделке природного окружения даже наиболее значительна, она все же не может заслонить собой закономер­ ности физических процессов, остающихся основными.

С другой стороны, необходимо отдать себе отчет и в том, что экономическая география — география не только в силу того, что хозяйство строится на земле в определенном природном окру­ жении, и потому на пространственные различия в хозяйстве крупное влияние оказывают пространственные различия в при­ родном окружении. Экономическая география является геогра­ фией также и потому, что каждый исторически данный «рисунок» размещения хозяйства имеет внутренние, ему присущие, зако­ номерности, состоящие в определенном пространственном соот­ ношении, сочетании и взаимодействии элементов самого хо­ зяйства... При этом эти «узоры» хозяйственной географии любой страны или района вырисовываются на фэне не только опреде­ ленного природного окружения, но и предшествующей хозяй­ ственной географии, и этот второй фон во многих и многих слу­ чаях — особенно в странах и районах уже старых — нередко оказывается для понимания современной хозяйственной геогра­ фии не менее важен, чем фон чисто природный.

Ограничивать исследование географии хозяйства причинами одного лишь природного порядка не остроумно уже потому, что сначала необходимо найти причины данной географии хо­ зяйства, и только тогда будет видно, какой они природы...

При всей сравнительной близости сторонников «общей гео­ графии» к позиции, нами защищаемой, нельзя не отметить важ­ ного различия. А именно — «общая география» в представлении ее сторонников должна быть наукой, которая должна заменить

156

и физическую и экономическую географию, тогда как выдви­ гаемое нами страноведение, не претендуя на роль особой науки, должно быть лишь организационной формой объединения раз­ носторонних знаний о той или иной определенной стране.

Страноведческие описания стран и районов могут созда­ ваться не путем рудиментарных, искалеченных и уродливых «на­ ращений» и не путем «общей географии», а путем создания н а- р я д у с физико- и экономико-географической специальностями, которые должны остаться и продолжать развиваться каждая по своей линии, еще третьей особой специальности — страноведче­ ской, имеющей своей задачей восстановить на новых началах синтетическое изучение стран и районов, охватывающее и при­ роду и человека во всем их сложном взаимодействии.

Такова суть нашего предложения.

Чтобы сделать его еще более четким и ясным, остается только отмежеваться еще с одной стороны, а именно — со стороны ста­ рого блаженной памяти страноведения, о котором шла речь в на­ чале статьи. Общего с ним у нас только одно название и ничего более. Синтез до и без анализа и синтез после и на основе анали­ за — это две совершенно разные вещи.

«Мышление состоит столько же в разложении объектов созна­ ния на их элементы, сколько в соединении родственных между собою элементов в единство. Без анализа нет синтеза» Ч

Частные географические дисциплины, аналитическим путем рассматривающие отдельные элементы природы или отдельные отрасли хозяйства в их пространственном размещении, соотно­ шении, сочетании и взаимодействии, совершенно необходимы для научного страноведческого синтеза уже потому, что они обога­ щают наше познание новыми и новыми сторонами природы и хо­ зяйства, новыми и новыми признаками и частными закономер­ ностями, без учета которых от всего этого познания остались бы одни лишь непосредственные, личные, преимущественно зри­ тельные, впечатления и представления...

Зачеркнуть все предыдущее развитие географии, шедшее пу­ тем дифференциации, было бы так же невозможно, как вложить уже родившийся плод обратно в чрево.

Таким образом, возврат к старому страноведению нельзя было бы квалифицировать иначе, как реакционной утопией.

Наше предложение в том виде, как мы его формулируем, вполне отвечает той общей концепции развития науки, которую дал покойный президент нашей Академии наук академик В. Л. Ко­ маров в своей речи на юбилейной сессии в 1945 г., завершив обзор истории Академии наук такими словами: «Сопоставив совре­ менный, третий период в истории Академии наук с предыдущими,

157

чества в наше время — это уже не энциклопедизм XVIII в. и не дифференциация, как в XIX в., а комплексная разработка научных проблем».

* * *

Из всего предыдущего изложения и особенно из того, что было сказано о состоянии географии у нас в настоящее время, совершенно ясно, что прежде чем получить настоящие страно­ ведческие описания и для того чтобы их получить, надо еще получить самих страноведов как специалистов по данной стране или комплексу стран.

Такие специалисты могут и должны подготовляться на базе общего географического образования на тех же географических факультетах, на которых готовятся физико-географы и эконо­ мике географы.

Что для этого надо?

Как составить учебный план страноведческого отделения? Из общих факультетских дисциплин, не считая общеунивер­ ситетских, сюда должны войти: общее землеведение, общий курс картографии, курсы физической и экономической географии; кроме того, страноведы должны получить ряд дисциплин физикогеографических, таких, как геоморфология и климатология, и ряд дисциплин экономико-географических или близких к ним, как статистика общая и хозяйственная, история общая и история хозяйственная, география сельского хозяйства, промышленно­ сти и транспорта. Сверх всего этого, специально для страноведов, должны быть поставлены новые для географических факульте­ тов дисциплины, касающиеся прежде всего населения, а имен­ но — этнография (или народоведение), статистика и география населения, а также география историческая и политическая, и, наконец, на старших курсах, где уже начинается специали­ зация, должен читаться ряд развернутых курсов по географии (физической, экономической, районной), а также по истории, государственному строю, культуре и т. д. соответствующей страны или цикла стран, на которых специализируется данная

группа студентов страноведческого отделения.

Само собой разумеется, что совершенно необходимым усло­ вием для зачисления студентов на страноведческое отделениедолжно быть знание языка соответствующей страны, позволяю­ щее свободно без словаря читать литературу. Для страноведов. еще в гораздо большей степени, чем для фязико- и экономикогеографов, необходимо широкое развитие, начитанность в лите­ ратуре философской, политической, исторической, экономиче­ ской и, кроме всего этого, еще некоторый литературный талант.

В число стран, подлежащих у нас в настоящее время углуб­ ленному страноведческому изучению, в первую очередь следует включить страны, наиболее для нас важные, скажем: Соединен­ ные Штаты Америки, комплекс славянских стран (Польша,

158