Таким образом, имидж Трампа все же частично создан на основе определенных тематических тенденций, которые вне зависимости от их первоначального состояния, могут быть интерпретированы как с положительной, так и с отрицательной стороны. Однако все зависит от того, как это преподносит то или иное издание.
2.3 Вербальные приемы манипулирования образом
В данной главе будут рассмотрены вербальные приемы и элементы, используемые журналистами для конструирования и манипулирования образом Дональда Трампа. Другими словами, будет сделан упор на все составляющие текста, а также будут изучены слова и выражения, которые в данных текстах используются и тем или иным способом воздействуют на читателя.
Посредством сплошной выборки и анализа языкового материала статей, были выявлены две основные составляющие образа Дональда Трампа: Трамп - личность и Трамп - политик, которым присущ определенный набор дескрипторов, с помощью которых журналисты и описывают 45-го президента США.
Если говорить о первой составляющей Трамп - личность, то есть об описаниях его личностных качеств, поведения, характера и т.д., то тут наблюдается явное преобладание дерогативной лексики. Например, для многих статей достаточно частотными единицами в описании являются те, которые имеют следующие значения: «глупый», «бестолковый», «неумный» и так далее. Вот несколько примеров: «Mr. Trump even appears proud of his lack of learning» - «Мистер Трамп даже, кажется, гордится своим отсутствием знаний» (The New York Times, 31.07.2016), «[Headline] My Debate Nightmare? A Duller Donald Trump» - «[Заголовок] Мой ночной кошмар о дебатах? Еще более глупый Дональд Трамп» (The New York Times, 24.09.2016) или «You can promise voters something our narrow-minded President won't» - «Вы могли бы пообещать нашим избирателям то, чего не сделает наш недалекий президент» (The New York Times, 25.02.2020), где можно увидеть оценочную лексику «narrow-minded», которая, несомненно, обладает высоким прагматическим потенциалом. Все вышеприведенные примеры, без сомнения, показывают Трампа не с лучшей стороны, иными словами, недалеким, ограниченным и достаточно малосведущим человеком, что, конечно, удивительно для описания личности, занимающей такую высокую и ответственную должность.
Также особое внимание в выбранных американских газетах отводится словам с устойчивой эмоционально-оценочной коннотацией. Например, «angry», «furious» и «harsh», которые являются синонимами и прямо передают читателю качества и черты характера президента. Вот несколько примеров из анализируемых газет: «Trump, furious and frustrated, gears up to punch back at Comey testimony» - «Трамп, разъяренный и разочарованный, готовится ответить на показания Коми» (The Washington Post, 06.07.2017), «…an angry Trump looks to voters for vindication…» - «…разгневанный Трамп ищет оправдания среди избирателей» (The New York Times, 19.12.2019), «In the year since President Trump took office, voters have frequently seen the angry Trump…»- «В течение года с момента вступления Трампа в должность президента, избиратели часто видели его разъяренным…» (The Wall Street Journal, 30.01.2018), «Donald Trump directs another angry tweet to…» - «Дональд Трамп пишет очередной гневный твит (прим. сообщение) в адрес…» (USA Today, 18.10.2017), «President Trump used extraordinary harsh rhetoric to renew his call for stronger immigration laws…» - «Президент Трамп использовал необычайно жестокую риторику, чтобы возобновить ужесточение иммиграционных законов» (USA Today, 16.05.2018). Скорее всего, выбор журналиста пал именно на такие прилагательные и эпитеты неслучайно, так как они не только показывают Трампа как агрессивного, конфликтного и в некотором роде враждебного по отношению к другим людям человека, но и привносят в ту или иную статью достаточно высокую степень экспрессивности.
Еще один распространённый дескриптор, используемый при описании данной политической фигуры, связан с его не совсем стандартным характером и поведением, а также с его странными и порой неординарными выходками. Описывая такие ситуации, журналисты зачастую используют эпитеты «strange» - «странный», «awkward» - «неловкий» и «bizarre» - «очень странный, диковинный»: «[Headline] Donald Trump's strange worldview» - «[Заголовок] Странное мировоззрение Дональда Трампа» (The New York Times, 27.04.2016), «…Trump, time and again, proves to be the master of awkward handshakes with world leaders» - «Трамп снова и снова показывает, что он мастер несуразных рукопожатий» (USA Today, 24.04.2018), «Nevertheless, Trump's bizarre plea shows just how blinkered his view of this whole scandal is» - «Тем не менее, странная просьба Трампа показывает, насколько глупо он смотрит на весь этот скандал» (The Washington Post, 03.10.2019) и так далее. Если слово «strange» -- это достаточно обыденное слово, то два других («awkward», «bizarre») в более сильной форме выражают удивление автора статьи, а также несут в себе журналистский упрек, что, безусловно, задает читателю некий ориентир восприятия. Кроме того, для описания данной черты его личности также распространено слово «erratic» - «эксцентричный»: «[Headline] The Trump question: What to do about an erratic president?» - «[Заголовок] Вопрос при Трампе: что делать с эксцентричным президентом?» (The New York Times, 17.10.2019) или «He is erratic» - «Он очень эксцентричный» (The New York Times, 16.08.2019) и т.д.
Непредсказуемости Трампа и его иррациональности также уделяется особое внимание в СМИ. Данные отрицательные качества зачастую переданы с помощью следующих единиц: «unsteadiness» - «неустойчивость», «unpredictability» - «непредсказуемость», «unstable» - «нестабильный», «shaky» - «шаткий, ненадежный», «irrational» - «нерациональный», т.д. «Confusion, paranoia, aggression, unsteadiness, severe mental shifts: These would seem to describe not just the president's actions of late but those of some top aides and allies» - «Растерянность, паранойя, агрессия, неустойчивость, серьезные психические сдвиги - все это, по-видимому, характеризует не только действия президента, но и действия некоторых его помощников и союзников» (The Washington Post, 25.04.2020), «[Headline] Donald Trump's shaky grasp on immigration» - «[Заголовок] Шаткая хватка Дональда Трампа в вопросах иммиграции» (The New York Times, 01.09.2015), «[Headline] Where Donald Trump's unpredictability could hurt him» - «[Заголовок] Где непредсказуемость Дональда Трампа может ему навредить» (The Wall Street Journal, 23.10.2017) и так далее.
Достаточно часто в статьях фигурируют и «blowhard» и «braggart», которые переводятся одинаково и их русский эквивалент - «хвастун». Таким выбором журналист подчеркивает хвастливый характер и поведение Трампа, что нормально для предпринимателя, но не для человека, который занимает пост президента, поскольку люди нуждаются в реальных действиях, а не в пустых словах и обещаниях. Вот как о данной черте его характера пишут в газетах: «Like most braggarts and bullies, Trump offers loud talk instead of real courage and boasts rather than quiet confidence» - «Как и все хвастуны и хулиганы, Трамп предлагает народу громкие разговоры вместо настоящего мужества и хвастовство вместо уверенности» (The Washington Post, 16.02.2016), «And our president is such a mercurial blowhard…»- «Наш президент такой непостоянный хвастун» (The New York Times, 22.06.2019), «The billionaire braggart known for saying unfiltered things…»- «Миллиардер-хвастун, который известен своей неспособностью фильтровать речь» (The New York Times, 15.08.2015) и т.д.
Также в газетах и статьях про Трампа фигурирует словосочетание «the attention span», которое переводится как «объем внимания», что связано с предположением о неумении Трампа концентрироваться и выполнять одновременно несколько задач: «Trump doesn't have the attention span to fight coronavirus» - «Трампу не хватает внимания, чтобы победить коронавирус» (The New York Times, 24.03.2020), «Trump has the attention span of a gnat» - «Уровень концентрации внимания у Трампа схож с уровнем комара» (The Washington Post, 10.05.2019), «But it is hard to imagine that Trump, who in the best of times has the attention span of a hyperactive 8-year-old, can focus on strategy for Syria…» - «Сложно представить, что Трамп, который и в самой спокойной обстановке внимателен как гиперактивный 8-летний ребенок, может сосредоточиться на разработке стратегии для Сирии» (The Washington Post, 15.04.2018). Из подобных предложений читатель получает целый спектр посланий от автора, который не только подчеркивает ненадежность Д. Трампа в вопросах важных вызовов современного мира, но и акцентирует внимание на его непредсказуемом характере, что, например, очень хорошо чувствуется из комбинации метафоры и эпитета в последнем предложении «the attention span of a hyperactive 8-year-old», где 73-летнего Трампа сравнивают с маленьким и активным ребенком.
Что касается второй составляющей его медиаобраза - Трамп - политик, то здесь опять же характерно использование единиц пейоративного и провокационного характера. В качестве примера может послужить лексическая единица «disaster» - «катастрофа»: «[Headline] The Trump administration has been a personnel disaster» - «[Заголовок] Администрация Трампа потерпела кадровую катастрофу» (The Washington Post, 12.07.2019), «[Headline] Here's the real foreign policy disaster that Trump has created for the U.S.» - «[Заголовок] Вот настоящая внешнеполитическая катастрофа, которую Трамп создал для США» (The Washington Post, 14.10.2019), «Trump's actions in Syria have been a disaster» - «Действия Трампа в Сирии стали настоящей катастрофой» (USA Today, 22.10.2019), где в каждом примере отчетливо видно, что действия Трампа не привели ни к чему позитивному, за что его открыто критикуют написавшие статьи журналисты. В первом предложении, например, под «катастрофой» подразумевают сам процесс формирования команды Трампа и его неоднозначный выбор некоторых кандидатов, который иногда основывается на дружеских симпатиях и личных убеждениях, а не на рациональном и взвешенном подходе. Во втором и третьем предложениях речь идет о действиях Трампа в отношении других стран, в результате которых, США опять же остались в проигрыше, так как произошло сближение таких политических гигантов, как Китай и Россия. Более того, России удалось усилить свои позиции на Ближнем Востоке, что в рамках современного политического курса Америки полностью оправдывает использование такой лексической единицы как «катастрофа».
При описании политики Трампа бросается в глаза и следующая лексема - «chaos» («хаос»). К примеру, так репрезентируют его внутреннюю политику, которая ведет к негативным последствиям для Америки в международных масштабах: «Countries like China are already working to fill the global leadership vacuum the U.S. has left behind because of our own internal chaos and isolationist policies» - «Такие страны, как Китай, уже работают над тем, чтобы заполнить вакуум глобального лидерства, который США оставили позади из-за нашего собственного внутреннего хаоса и изоляционистской политики» (USA Today, 07.09.2018), внешнюю политику «[Headline] Trump's foreign policy has developed into chaos» - «[Заголовок] Внешняя политика Трампа превратилась в хаос» (The Washington Post, 17.09.2018), неправильные действия его администрации «It's the norm of an administration that has substituted chaos for coherent foreign policy» - «Это в порядке вещей для администрации, которая вместо последовательной внешней политики выбрала хаос» (The Washington Post, 17.09.2018) и т.д.
В статьях также частотны лексемы с семантикой: «confusion» - «путаница», «uncertainty» - «неопределенность», «racism» - «расизм», «resentment» - «неприязнь» и т.д. Приведем несколько примеров: «Commander of confusion: Trump sows uncertainty and seeks to cast blame in coronavirus crisis» - «Командир путаницы: Трамп сеет неопределенность и пытается свалить всю вину на ситуацию с коронавирусом» (The Washington Post, 03.04.2020), «Trump launched his presidential campaign by whipping up resentment against Muslims, Mexicans and migrants» - «Трамп начал свою президентскую кампанию с неприязни к мусульманам, мексиканцам и мигрантам» (USA Today, 15.07.2019), «[Headline] The deep confusion of Trump's foreign policy» - «[Заголовок] Глубокая путаница внешней политики Трампа» (The Washington Post, 14.05.2018) и так далее.
Вдобавок к уже перечисленным дескрипторам медиаобраза Трамп - политик, в материалах можно заметить еще и оппозицию между образом Д. Трампа и образом предыдущего президента США Б. Обамы, а также их векторами в политике. К примеру, это демонстрируется через сравнения «Obama's America» - букв. «Америка Обамы» и «Trump's America» - букв. «Америка Трампа» (USA Today 22.12.2019). С помощью таких элементов, например, подчеркивается нетолерантное отношение Трампа к различным социальным группам, будь это женщины, афроамериканцы, представители меньшинств и т.д. Хорошим примером в данной ситуации может послужить следующая фраза - «[Headline] Trump's America is a `White Man's Country'» - букв. «[Заголовок] Америка Трампа - это “страна белого человека”» (The New York Times, 15.07.2019).
Исходя из вышесказанного, можно отметить, что манипулирование образом Д. Трампа происходит в основном с помощью слов, которые выделяются яркой пейоративной семантикой, что создает определенный образ описываемой фигуре и репрезентирует мысли и личную позицию журналиста, который стоит за созданием той или иной статьи.
2.4 Визуальные приемы манипулирования образом
Вербальные средства манипулирования становятся еще более эффективными, когда используются совместно с визуальными, что было отмечено еще Н. Фэйрклафом. Именно поэтому в современных средствах массовой информации визуальным образам отводят особое место, и выбранные издания не являются исключениями. Фотографии Д. Трампа, которые подбираются авторами к той или иной статье, напрямую отражают их отношение к данной персоне и цели, которые они преследуют своими текстами. Поэтому хорошая, плохая или намеренно неудачно подобранная фотография - еще один способ манипулирования сознанием читателя и самим образом человека, который на ней запечатлен.
В случае с Дональдом Трампом характер манипулирования его визуальным образом достаточно прост и схож во всех четырех изданиях. В основном, в статьях распространенно использование комичных фотографий, где 45-й президент США выглядит откровенно неудачно и смешно.
Дональд Трамп на очередном новостном брифинге по COVID-19 (USA Today)
Как видно на фотографии выше, желаемый эффект может быть достигнут с помощью фотографирования Трампа с дальних ракурсов, что искажает его фигуру и несет в себе некий намек на незначительность его роли в некоторых важных вопросах.
Также зачастую Д. Трампа специально помещают на второстепенный или задний план, чтобы сравнить с другой фигурой или автоматически перенести центр внимания. Стоит отметить, что подобная тактика широко распространена в демонстрации Трампа вместе с его противниками и просто коллегами по сфере деятельности. Например, ниже представлена достаточно свежая фотография с пресс-конференции Трампа по коронавирусу, где центральное место занимает губернатор Нью-Йорка Эндрю Куомо, представленный на экранах, а сам президент Дональд Трамп скромно стоит с краю. Такой кадр сделан и использован далеко не случайно, поскольку в принятии решений против распространения нового вируса, Куомо действовал и продолжает действовать намного эффективнее Д. Трампа, а иногда он и вовсе не подчиняется указам главы США, что мгновенно сделало его новым национальным героем. Исходя из этого, данная фотографией может намекать на некую солидарность редакции газеты с большинством американцев, которые уверены, что во время пандемии политик-дипломат показывает себя намного более сильной и сознательной личностью, чем Трамп, на чьих плечах и лежит полная ответственность за здоровье граждан и страну.
19.04.2020: Трамп на пресс-конференции по COVID-19 (The Washington Post)