19
Профессиональная этика юриста
являясь внушением богов, добродетель заключается в обосно- ванном знании того, что действительно хорошо и что делает человека способным жить, не тесня других, а относясь к ним справедливо: способным служить обществу, а не себе одному.
Без этого общество немыслимо.
Еще более глубоко сущность нравственного объяснил ученик
Сократа – Платон (428–348 гг. до н.э.), считавший, что в природе существуют идеи добра и справедливости наряду с множеством злого и несправедливого. Полагая, что основы нравственного за- ключены вне мира – в Идее, заложенной в устройстве мировой жизни и пронизывающей весь мир, все мироздание, в том числе и человека, Платон пришел к заключению, что искание человеком чего-то лучшего, чем обыденная жизнь, искание Добра и Справед- ливости, имеет свое объяснение и опору в чем-то находящемся за пределами нашего познания, чувств и опыта. Таким образом, Пла- тон внес в этику идеальное понимание нравственного.
Итогом античных достижений в этой области явилась этика
Аристотеля (IV в. до н.э.), который первым систематизировал ее как теоретическую науку о добродетелях и дал ей имя [42].
Аристотель разделил добродетели человека на два больших класса: этические, относящиеся к характеру, темпераменту, и диа-
ноэтические, относящиеся к разуму, которому он отводил огром- ную роль в выработке нравственности, в сдерживании страстей.
Все этическое учение Аристотеля делится на три части: учение о высшем благе; учение о добродетелях вообще; учение об отдель- ных добродетелях,
Этические добродетели Аристотель называет приобретенны- ми свойствами души. Он обращает внимание на то, что они в решающей степени являются делом привычки. Кроме того, Ари- стотель определяет добродетель как известного рода середину.
Речь идет о знаменитой «золотой середине» Аристотеля, который отмечал, что есть как бы три душевных состояния, два из них по- рочны, одно в силу избытка, другое – в силу недостатка. И только третье, среднее состояние, есть душевное расположение добро-
20
Титова Е.В.
детели. Например, мужество есть середина страха и отважности, умеренность есть середина бесстрастия и невоздержанности, ще- дрость есть середина скупости и расточительства. Но середина эта не арифметическая. Добродетель хоть и середина, но отстоит от крайностей на разных расстояниях. Так, например, умерен- ность ближе к бесстрастию, чем к невоздержанности, мужество ближе к безумной отваге, чем к страху. У каждого действия есть своя середина. Если действия совершаются вовремя, при соот- ветствующих обстоятельствах, направлены на лиц, которые за- служивают таких действий, возникли из причин и существуют в подобающей форме, то они соответствуют середине, являются совершенными, добродетельными.
Аристотель считал, что справедливыми являются только те дей- ствия, которые совершает справедливый человек. Недостаточно действиям иметь определенные добродетельные качества, чтобы их можно было назвать справедливыми. Для этого надо выяснить, не являются ли эти действия случайными для человека, стремился ли он к этим действиям сознательно. Нравственный поступок есть поступок нравственного человека, добродетельными или пороч- ными могут быть конкретные люди, но не поступки сами по себе.
Аристотель, несомненно, был прав, когда говорил, что по от- дельному поступку нельзя судить о нравственных достоинствах человека. И хороший человек иногда может совершать что-нибудь дурное. Да и несчастного человека мы не назовем счастливым, если он прожил счастливо всего один день.
В учении о добродетелях Аристотель углубил представление о морально совершенной добродетельной личности. Такая личность не является рабом наслаждений, а подчиняет свои страсти голосу разума, придает страстям разумный вид. Аристотель создает эти- ку добродетельной личности. При этом он, как и его предшествен- ники, рассматривает личность в живой взаимосвязи с другими людьми, с государством. Так, он считает, что для счастья нужно обладать определенными внешними благами (здоровьем, богат- ством и т.д.), пользоваться благосклонностью судьбы. Но наиболее
21
Профессиональная этика юриста
важное значение имеет мнение Аристотеля о неотделимости сча- стья личности от счастья общества, по его мнению, стремление к благу общества дает гораздо высшее, гораздо более «прекрасное»
«блаженство», чем стремление к удовлетворению своих личных порывов [98].
Учения Платона и Аристотеля резко расходились в понимании нравственного, имея в качестве общего представление о том, что нравственное и человеке – не случайное явление, оно имеет свою глубокую основу в природе человека и что существуют нравствен- ные понятия, свойственные всем человеческим существам. В по- слеаристотелевский период добродетельность личности отрыва- ется от гражданской, политической жизни, что явилось следстви- ем кризиса полисной организации античного общества. В III в. до н.э. появились две новые школы – стоиков и эпикурейцев. Стоики учили, подобно Платону и Аристотелю, что жить следует согласно со своей природой, со своим разумом и способностями, потому что только в такой жизни мы находим наибольшее счастье.
Причем, человек находит свое счастье не в погоне за внешними благами – богатством, почестями, а в стремлении к чему-то выс- шему, идеальному, в развитии душевной жизни для блага самого человека, его семьи и общества, и, главным образом, в достиже- нии внутренней свободы. В противовес стоикам софисты счита- ли основной чертой человека и всякого живого существа искание удовольствия, наслаждения, счастья (гедонизм). Однако они не акцентировали внимание на том, что могут быть всякие искания счастья – от чисто животного себялюбия до самого идеального са- мопожертвования, от узколичных стремлений до стремлений ши- роко общественных.
Задача этики состоит в том, чтобы разобрать эти различные виды искания счастья и указать, к чему они приводят и какую сте- пень удовлетворения дают те и другие. Эту проблему исследовал
Эпикур, живший в III в. до н.э. и достигший широкой известности в тогдашнем греко-римском мире благодаря разработанному им эвдемонизму – нравственному учению, построенному на искании
22
Титова Е.В.
счастья, но с выбором того, что лучше ведет к счастливой жизни.
Началом и концом счастливой жизни Эпикур называет удо- вольствие. В нем он видит критерий всякого блага. Эпикур, прежде всего, различает телесные и духовные наслаждения. Духовные он ставит выше телесных, характеризуя удовольствие как отсутствие телесных страданий и душевных тревог. Эпикур разделяет удо- вольствия на три типа: естественные и необходимые (не голодать, не жаждать, не зябнуть); естественные, но не необходимые (изы- сканная пища); неестественные и не необходимые (честолюбивые замыслы, стремление, чтобы награждали венками, ставили статуи).
Эпикур считал, что для добродетельной и счастливой жизни до- статочно естественных и необходимых желаний, так как они легко удовлетворяются. Человек, ограничивающий себя ими, получает независимость от обстоятельств и других людей. Если же брать же- лания в их полном объеме, то их, в принципе, нельзя насытить.
Ограничение желаний в этике Эпикура – это условие, позволя- ющее придать жизни нравственный смысл, а именно достичь без- мятежного состояния. Вообще, по мнению Эпикура, основой по- ведения человека должно быть то, что приносит ему наибольшее удовлетворение, но такой основой не могут быть поползновения к личной пользе, так как наибольшее счастье достигается согла- сованностью стремлений личности со стремлениями других. Сча- стье есть свобода от зол, но она не может быть достигнута, если жизнь каждого не согласована с интересами всех. Глубокий след в этическом мышлении оставила школа стоиков, развивавшаяся в
Древней Греции, а потом в Риме. Основателем ее считают Зенона
(IV–III вв. до н.э.), а затем в Римской империи эти учения развивали
Сенека (54 г. до н.э. – 36 г.н.э.), Эпиктет и Марк Аврелий (I–II вв. н.э.).
Цель стоиков – дать человеку счастье, развивая в нем добродетель, которая состоит в жизни, согласной с природой, развитием разума и с познанием жизни вселенной. Они утверждали, что сама при- рода содержит в себе правила, а, следовательно, и образцы нрав- ственного – то, что люди называют нравственным законом, выте- кает из мировых законов, управляющих жизнью природы. Разум
23
Профессиональная этика юриста
человека, в учении стоиков, и наши понятия о нравственности – не что иное, как одно из проявлений сил природы. Зло в природе и в человеке – также естественное последствие жизни природы, как и добро. Все учение стоиков направлено на то, чтобы помочь чело- веку развить в себе добро и бороться со злом, тем самым достигая наибольшего счастья [43].
Таким образом, античная этика утверждает образ уравнове-
шенного, гармоничного человека и внутри себя, и в общении с миром.
Средневековая этика. Суть средневековой этики состоит в том, что она носит религиозный характер. Моральная концепция христианства замкнута на идею Бога. Человек подобен Богу, но не более. Он изначально греховен. Греховность человека непреодо- лима его собственными силами. Это достигается прямым и непо- средственным участием Бога. Выражением такого божественного вмешательства, призванного указать путь к спасению, является приход Христа. Первая, высшая и, в сущности, единственная за- поведь этики Христа есть заповедь любви к Богу, что требует всего человека целиком, все его мысли и дела. Характерные особенности средневековой этики мы рассмотрим на примере двух ее наиболее характерных представителей: Августина Блаженного и Фомы Ак- винского.
Августин Блаженный считал, что Бог – это начало, средоточие и цель всего, Он – отец блаженства и добра. Поскольку все созда- но Богом, то всё есть добро, зла не существует. Зло – это свойство ангелов и людей, которые отказались от Бога и сосредоточились на собственном бытии. «Радуйся Богу, но не пользуйся им, пользуйся земными благами, но не радуйся им», таков основной этический принцип Августина Блаженного. По его утверждению, греховны все люди. Однако некоторых из них Бог отмечает своей милостью.
Кроме того, в день страшного суда, когда Бог призовет всех для произнесения окончательного приговора, Он одних обречет на вечные муки, а других – на вечное блаженство, одних – низвергнет в ад, других – вознесет в небеса. Критерий, на котором основыва- ется Бог, принимая свои решения – это тайна Бога [20].
24
Титова Е.В.
Несколько иные взгляды присущи Фоме Аквинскому, который основывается на этике Аристотеля, но придает ей религиозную форму, переосмысливает ее через призму христианства. Человек, по его мнению, представляет собой такую ступень совершенства, когда он может отступить от своей благости, его деятельность бу- дет сопряжена в этом случае со злом. Все это становится препят- ствием на пути к блаженству. Человеку свойственно лишь частич- ное несовершенное блаженство, да и оно оказывается неустой- чивым, подрывается болезнями и прочими несчастьями. В своем чистом виде блаженство возможно лишь в загробном мире. Фома
Аквинский пытается дать рациональный ответ на вопросы, кото- рые по существу противоразумны. Он рассуждает о том, что едят ангелы, могут ли быть воскрешены одновременно тела людоеда, который питался человеческим мясом и его жертв, пытался дать однозначные ответы на все частные вопросы брачных отношений, воспитания детей [20].
Если античная этика исходила из убеждения, что нравственное совершенство человека доступно ему самому, что нравственность это совокупность добродетелей человека, то нравственные требо- вания средневековой этики выступают как заповеди Бога.
Этика Нового времени. Наиболее развернутую и типичную для этой эпохи концепцию морали создал Т. Гоббс. По его мнению, не мораль нуждается в объяснении, а мир рассматривается с точки зрения моральной оценки. Природа создала людей одинаковыми и в умственном и в физическом отношении. Равенство способно- стей порождает равенство надежд на достижение целей.
Поэтому, поскольку разные люди стремятся к обладанию од- ними и теми же вещами, между ними возникает недоверие, жажда славы, которые заставляют людей во имя наживы, безопасности и соображений чести нападать друг на друга. Т. Гоббс считал, что естественное состояние – это война всех против всех, игра эгои- стических наклонностей. Эгоизмом пронизана вся жизнь, отправ- ляясь в путь, мы вооружаемся, отправляясь спать, мы запираем двери, даже в своем доме запираем ящики. Из этого состояния
25
Профессиональная этика юриста
человек выходит только тогда, когда он бывает покорен другими, более сильными и более коварными или же, когда группа людей, видя опасность взаимной борьбы, заключает соглашение между собой и основывает общество. Поэтому суть нравственного зако- на, по Т. Гоббсу – «в случае согласия на то других, человек должен согласиться отказаться от права на вещи в той мере, в какой это необходимо в интересах мира и самозащиты, и довольствоваться такой степенью свободы, какую он бы допустил бы у других людей по отношению к себе» [22].
Т. Гоббс прямо ссылается на так называемое золотое правило нравственности: «Не делай другому того, что не хотел бы, чтобы делали тебе». Полагая при этом, что только «общественный до- говор» будет способствовать становлению нравственности и за- конности в человеческом обществе. Отрицая абсолютный харак- тер нравственных требований, Т. Гоббс полагал, что соблюдать их нужно только тогда, когда вам отвечают взаимностью. Соблюдать нравственные правила по отношению к тем, кто сам им не следует, неразумно. Поэтому Т. Гоббс приходит к выводу, что нужна власть, которая создает общественную нравственность под страхом на- казания, и этой власти отдельного человека или собрания людей должны подчиняться все. В государстве, как и в природе, сила создает право. Воля государства – верховный закон. Мирное сосу- ществование достигается только подчинением силе всемогущего государства. Несмотря на то, что личность всегда руководствуется своими собственными выгодами, заключает Т. Гоббс, человек тем не менее приходит к пониманию, что его прямой интерес состоит в возможно большем развитии общительности и мирных взаимных отношений. Иначе, чем Т. Гоббс, подходит к пониманию морали
Б. Спиноза, хотя он также отрицает ее внеприродное происхож- дение. Бог, по мнению Спинозы, есть сама природа, причина всех вещей, который действует только по законам своей природы. В природе вещей нет ничего случайного, а все заранее определено божественной природой к существованию и к действию извест- ным образом [51].
26
Титова Е.В.
То, что люди называют Богом, есть сама непонятная челове- ком природа. То могущество, которое толпа приписывает Богу, заключает в себе бессилие. Освободившись от христианской мистики, Б. Спиноза утверждал, что без всякого вмешательства чувства страха перед верховным существом или перед правителя- ми, разум человека, вполне свободный, неизбежно должен прийти к нравственному отношению к другим людям, потому что, делая это, человек находит высшее блаженство, таковы требования его свободно и правильно мыслящего разума. В природе нет ни добра, ни зла. Добро и зло, по мнению Б. Спинозы, это ситуации челове- ка. Они подвижны и изменчивы. Абсолютного добра и абсолют- ного зла не существует, поскольку мы называем добром и злом то, что полезно или вредно для сохранения нашего существования, то, что увеличивает или уменьшает, поддерживает или стесняет нашу способность к деятельности.
Задача этики, по мнению Б. Спинозы, состоит не в том, чтобы осмеивать человеческие недостатки, а в том, чтобы их изучать.
Б. Спиноза строил свою нравственность на эвдемонистическом начале, на искании человеком счастья. Человек, как и все другие существа, стремится к наибольшему счастью, и из этого стремле- ния его разум выводит нравственные правила жизни, но при этом человек не является свободным, так как он не может делать то, что необходимо вытекает из его природы [22].
Первым и единственным основанием добродетели является стремление к самосохранению. Польза, расчет, выгода – это дви- жущая сила человеческих действий. Справедливо то, что необхо- димо для поддержания и увеличения своей выгоды, своего досто- яния. Чужой интерес человек защищает постольку, поскольку это соответствует его собственному интересу. Добро тождественно пользе человека, а зло – это то, что препятствует достижению лич- ной пользы.
Создание рациональной этики, основанной не на изучении человеческой природы и наблюдении над жизнью и поступками людей, а на отвлеченном мышлении, поставил себе целью вели-
27
Профессиональная этика юриста
чайший немецкий философ ХVIII века И. Кант. Размышляя об основах нравственности, И. Кант пришел к убеждению, что та- кой основой является наше сознание долга, которое представляет собой свойство человеческого разума, который может создавать правила для поведения человека двоякого рода, одни из них услов- ны, а другие безусловны. К условным требованиям относятся все предписания поведения, основывающиеся на интересе, поэтому они не могут стать основой нравственности.
Нравственные требования должны иметь абсолютный харак- тер безусловного веления (категорический императив). Таким ка- тегорическим императивом и является сознание человеком долга.
Долг, по мнению И. Канта, в своей сущности имеет абсолютное значение и, поэтому, никогда не может быть только средством для чего-нибудь другого, но является в то же время и целью само по себе. Объект нравственного долга составляет свободная и разум- ная воля. Все вещи в мире, говорит И. Кант, имеют относительную ценность, и только разумная и свободная личность имеет безус- ловную ценность сама по себе. «Ты должен быть свободным и раз- умным» – таков моральный закон. Установив такой нравственный закон, И. Кант выводит далее первую формулу нравственного поведения: «Действуй таким образом, чтобы всегда признавать в себе и других свободную и разумную волю целью, а не средством».
Идеал, к которому стремится нравственность, есть республика свободных и разумных личностей, республика, в которой каждая личность есть цель для других. На основании этого И. Кант опре- деляет нравственный закон следующим образом: «Действуй так, чтобы правило, руководящее твоей волей, могло быть также осно- вой всемирного законодательства» [22].
В противовес предшествовавшим теориям, учившим человека быть нравственным потому, что он найдет в нравственном по- ведении или счастье, или пользу, И. Кант призывал вести нрав- ственную жизнь потому, что в этом заключается требование нашего разума. Абсолютное уважение к личности составляет, по мнению И. Канта, нравственное основание морали и права. Этика
28
Титова Е.В.
И. Канта включает в себя учение об «изначальном зле» в природе человека. Злом он называет эгоизм, свойственный природе че- ловека и проявляющийся в самых различных наклонностях. По мнению И. Канта, центр всех мотивов и целей – себялюбие, реаль- ный человек движим к стремлению к собственному счастью и это стремление неистребимо. В мире господствует эгоизм, корысть.
Не нужно быть врагом человечества, а достаточно быть просто наблюдательным человеком, чтобы увидеть, что в мире нет под- линной добродетели. Он утверждал, что мораль не выводится из чего бы то ни было, она содержит свою причину в себе. Поведение человека может и должно зависеть от морали. Мораль априорна.
Она существует несмотря ни на что и вопреки всему, И. Кант воз- вышает ее над миром и противопоставляет ее миру.
Заслуга И. Канта в этической теории огромна. Он четко вы- делил этику как отрасль философии, создав свою теорию этиче- ских взглядов, И. Кант показал, что этика имеет жизненно важ- ное значение и основанием является основанием государства и политики.
Совершенно противоположной кантианской теории морали создал свою этику известный немецкий философ ХIХ века Фри- дрих Ницше. В соответствии с взглядами И. Канта мораль возмож- на потому, что у человека есть свобода воли. Ф. Ницше утвержда- ет, что нет ни свободной, ни несвободной воли, а есть слабая и сильная воля. Это, прежде всего, воля к власти, которая является движущей силой жизни. Идеал Ф. Ницше – «человек воли», испол- ненный избыточных витальных сил и наслаждающийся любым проявлением своей «мощи» – как утверждающим, так и разруши- тельным. Падающего – толкни, униженного – унизь еще больше, оскорбленного – оскорби дважды, добейся того, чтобы он взбун- товался, и тогда убей по «праву сильного» [51].
«Человек воли» – преступник, он сам творит нормы своего по- ведения, переступая через общепринятое и общепризнанное. По мнению Ф. Ницше, любой гений – преступник, потому что он пе- реступает через то, что принято. Особенно Ф. Ницше оправдывает