Безусловно, важно отметить тот факт, что в последнее десятилетие интерес ученых, представляющих различные отрасли и направления научного знания к исследованию отцовства - несомненно возрос.
Ещё один подход в исследовании вопросов отцовства - это изучение роли отца в развитии ребенка, которое активно реализуется и в настоящее время, причем как в отечественной, так и в зарубежной психологии. К примеру, известный отечественный ученый И.С. Кон считает, что «в традиционном обществе отец чаще всего позиционируется как:
) кормилец;
2) дисциплинатор;
3) пример для подражания;
4) непосредственный наставник сыновей (но не дочерей) в общественно-трудовой деятельности».
В свою очередь О.Г. Калина и А.Б. Холмогорова провели анализ зарубежных исследований роли отца в развитии ребенка. В результате указанными авторами были зафиксированы акцентуации исследований на нескольких аспектах такого влияния. Так, обнаружено, что роль отца велика в процессе сепарации ребенка от матери. Зарубежный исследователь проблем отцовства М. Маркс отмечает, что «по сути отец начинает содействовать психологическому отделению ребенка от матери еще до рождения: присутствие рядом любящего мужа означает для будущей матери, что есть еще кто-то, кому вынашиваемый ею ребенок не безразличен. Уже на первом году жизни отец содействует формированию у него чувства идентичности. Стимулирование отцом исследовательской активности ребенка и освоения окружающего пространства ведет к постепенному переходу от исключительных отношений с матерью к общению в триаде, способствует формированию образа тела». Важно отметить вывод М. Маркса о том, что отец обретает свое значение для ребенка, не в противовес влиянию матери, а благодаря ее посредничеству.
В целом ряде исследований подчеркивается значение отца в процессе возникновения у ребенка ощущения своей принадлежности к мужскому или женскому полу. В первых исследованиях в этом направлении изучалась роль отцовской маскулинности в становлении гендерной идентичности сына. Такие исследования носили корреляционный характер, то есть сопоставлялись уровни мужественности отца и сына. Но обнаружилось, что не столько уровень маскулинности отца имеет значение для формирования адекватной полоролевой идентичности, сколько уровень теплоты и эмоциональной вовлеченности отца. Исследования показали, что когда сыновья чувствуют отцовское принятие, то они были более склонны к проявлению типичных мужских черт, независимо от степени маскулинности отцов. В последнее время было обнаружено, что отец необходим не только для формирования маскулинности сыновей, но и женственности дочерей. Было обнаружено, что фемининность девочек коррелирует с маскулинностью их отцов.
Еще одно направление исследований роли отца в становлении гендерной идентичности - это сравнение детей, которые воспитывались в семьях с отцом (полных) и в семьях без отца (неполных, или после развода). Результаты этих исследований обнаружили, что отсутствие отца может нарушать становление гендерной идентичности мальчиков, но не обязательно.
Есть исследования, показывающие, что эмоционально вовлеченные отцы в значительной мере способствуют когнитивному развитию своих детей. Было обнаружено, что дети с эмоционально вовлеченными отцами имеют лучшие показатели когнитивного развития, а также лучшие показатели школьной успеваемости. Так, выяснилось, что чем больше отцовская забота, тем в большей степени сын будет интернализировать отцовские способы мышления и разрешения проблемных ситуаций. Есть среди ученых мнение и о том, что поскольку отцы проводят с детьми гораздо меньше времени, чем матери, то они хуже знакомы с языком своих маленьких детей, и поэтому говорят с ними на «взрослом» языке, что может стимулировать языковое развитие ребенка.
Результаты некоторых исследований свидетельствуют о том, что качество отцовства имеет значение для формирования правильного или нарушенного поведения ребенка. Так обнаружилось, что поведение детей, чьи отцы проявляют грубость и физическую агрессию в отношениях с ними, чаще имеет черты асоциальности, чем поведение детей, чьи отцы большую эмоциональную теплоту и вовлеченность. Считается, что равнодушный отец препятствует развитию эмоциональной регуляции у ребенка. Возбужденный ребенок, чей отец не может помочь ему справиться с напряжением, вынужден в итоге пытаться справиться со своими эмоциями сам, что может приводить к агрессивным срывам.
В тех же исследованиях было показано, что «контролирующий отцовский стиль воспитания связан с пониженной социальной компетентностью ребенка, а эмоционально теплый - с повышенной. Мальчики и девочки, чьи отцы проявляли высокую увлеченность игрой с детьми и проявляли высокий уровень позитивных чувств во время ее, пользуются популярностью среди сверстников. Было выявлено, что уровень популярности ребенка связан с уровнем директивности отца во время совместной игры: чем директивность ниже, тем выше социометрический статус ребенка в группе сверстников».
О.А. Калина и А.Б. Холмогорова ссылаются и еще на один важный аспект значения отца для ребенка. Знание о своем «отце по рождению» имеет важное значение для формирования того аспекта идентичности, который связан с представлением о себе как о наследнике и продолжателе фамилии.
В тоже время, следует отметить важную роль для современной науки, которую являют собой выводы и умозаключения, приведенные в исследовании К.Н. Белогай. Данный автор изучала гендерные различия в структуре родительского отношения. Ей удалось выявить различия в мотивационно-потребностной, поведенческой и функциональных сферах материнства и отцовства. Например, в ее исследовании обнаружилось, что главными мотивами отцовства являются мотивы самоизменения, а мотивами материнства - мотивы, связанные с развитием отношений с партнером. Кроме этого, женщины значительно чаще, чем мужчины видят в ребенке смысл своей жизни. Есть различия и в родительском поведении матерей и отцов. Мамы проводят с ребенком значительно больше времени, чем отцы. Установки на взаимодействие матерей и отцов значительно развиваются: матери в большей мере побуждают словесные проявления ребенка, а отцы в большей мере направлены на поощрение активности своих детей. Сами родители обнаруживают различия и в функциональном назначении материнства и отцовства: матери приписываются функции любви и заботы, отцу - защиты и воспитания.
Результаты исследования Е.А. Чикаловой также
показали, что по параметру отцовской вовлечённости, отражающему доступность
отца для ребёнка, у молодых людей, ориентированных на модель модернизированной
маскулинности, превалируют представления о том, что поведение отца должно
характеризоваться высоким уровнем эмоциональной близости и психологической
доступности, а для молодых мужчин, ориентированных на модель традиционалистской
маскулинности, более характерны представления, отражающие эмоциональную
дистанцированность отца по отношению к ребёнку. Согласно данным
исследовательницы, анализ специфики распределения родительских обязанностей
выявил различия в представлениях о степени ответственности отца и матери за
заботу о маленьких детях. Мужчины, демонстрирующие приверженность
модернизированной модели маскулинности значительно чаще разделяют представления
о важности равного участия отца и матери в заботе о маленьких детях, что менее
характерно для мужчин с высокой степенью приверженности нормам
традиционалистской маскулинности (они чаще придерживаются представлений о том,
что уход за маленькими детьми - это сфера ответственности матери). Полученные
Е.А. Чикаловой данные позволяют говорить о том, что модель традиционалистской
маскулинности не позволяет мужчине в полной мере реализовать себя в роли отца,
роль «настоящего мужчины» и роль «отца» находятся в конфликте друг с другом.
1.2 Отцовство как социальный
институт, определяющий требования и ожидания общества по отношению к
родительской роли мужчины
Прежде всего, следует подчеркнуть тот факт, что в современной психологической науке отцовство, как правило, рассматривается с точки зрения двух подходов. В рамках первого подхода, отцовство рассматривается как социальный институт, который определяет требования и ожидания общества в отношении роли мужчины как родителя. С другой стороны, отцовство, как таковое, проявляется в каждодневной практической деятельности мужчины в процессе воспитания детей и ухода за ними, что описывается таким понятием, как «отцовские практики» или же понятием «стили воспитания». Такая научная традиция объясняет характерное для отцовства различие между отцовством как родительским статусом и отцовством как родительским поведением и идентичностью. Большинство исследователей данной проблемы считает, что непосредственно факт рождения ребенка, а также взаимоотношения с ребенком, и дают мужчине шанс социализироваться самому, придают мотивацию к саморазвитию и самосовершенствованию мужчины. Следует также отметить, что в древних культурах мужчина до рождения своего первого ребенка считался отроком. Для мужчины - это проблема личностного развития, проблема принятия своих чувств и их самоконтроля. Подрастающий ребенок становится продолжением мужчины, удовлетворяет потребность в ученике, в собственной значимости. В целом, существует определенное количество качественных эмпирических исследований отцовства, в основном - узких направлений. В качестве теорий дающих материал для исследования факторов оптимизации развития личности ребенка, и мужчины, выросшего в условиях неполной семьи, можно выделить таковые:
) теория жизненного пути (которая исследует, как мужской опыт отцовства изменяется в связи с различными периодами жизни);
) социальная описательная теория (которая подчеркивает, что отцы усваивают культурные образцы и роли);
) теория социальной идентичности (которая сосредотачивается на том, как мужчины воспринимают идентичность отца относительно их других социальных ролей).
В терминах Э. Эриксона отцовство повышает генеративность взрослых мужчин. Другие ученые применяли понятия экономических теорий, для описания решения отца вносить свой вклад в жизнь ребенка или уйти из семьи. Кроме того, большинство современных работ утверждает, что родительство не является просто личностным феноменом, оно во многом обусловлено супружескими отношениями. Эта идея не нова и для российских семейных психологов, однако в основном она постулируется в работах, основанных на практике семейной психотерапии. Теоретическое обоснование данного постулата дается в терминах системной семейной терапии. В американской традиции исследования отцовства выделяются те труды и исследования ученых, в которых акцент смещается на роль женщины-матери, как партнера мужчины-отца, во многом, по мнению зарубежных специалистов, и определяющего отцовское поведение последнего. W. Doherty, например, предлагает специально учить женщин «обучать» мужчин ответственному отцовству. Дж. Плек доказывает, что вовлеченность отца в жизнь ребенка прямо взаимосвязана с вовлеченностью матери. Дж. Плек высказывает идею о том, что собственная родительская идентичность может быть определена только в тесной взаимосвязи с оценкой своего партнера как родителя и с представлением об оценке себя как родителя в глазах супруга. Таким образом, то, каким мужчина является отцом, тесно связано: 1) с его прошлыми и настоящими взаимоотношениями с собственным отцом, который дает маскулинный образец (то есть, модель ролевого поведения мужчины; 2) с настоящими взаимоотношениями с супругой, в отношениях с которой эта модель реализуется, оценивается и трансформируется.
В этой связи совершенно особый интерес вызывает родительское отношение отчима к ребенку супруги. За рубежом исследования взаимоотношений отчимов и приемных детей являются весьма распространенными. Считаем, что для современного общества, сложившегося на данный момент в Российской Федерации такая постановка проблематики также является весьма актуальной, что несомненно подтверждается целым рядом исследований, проведенных в этом направлении.
Нельзя не отметить научную ценность и значимость предпринятого Ю.В. Борисенко пилотажного исследования, в котором приняли участие 40 мужчин-отцов (20 родных отцов и 20 отчимов), было направлено на выявление специфических особенностей родительского отношения отчимов по сравнению с родним (биологическими) отцами. Обе группы в рамках проведенного Ю.В. Борисенко исследования, были уравнены по образовательным и статусным характеристикам. Средний возраст мужчин 34 года. В рамках указанного исследования применялся метод глубинного интервью, а также следующие методики: Методика Р.Г. Овчаровой «Представления об идеальном родителе»; «Опросник принятия родительской позиции» Е.И. Захаровой, А.И. Строгалиной; Опросник «Измерение родительских установок и реакций» («PARI»); Опросник родительской идентичности Дж. Плека и специально разработанная анкета, направленная на изучение отношений родных отцов и отчимов с детьми. Согласно полученным данным, все исследуемые мужчины принимают родительскую роль в отношении родного ребенка и 86% респондентов принимают ее в отношении неродного ребенка. Мужчины считают, что главной родительской функцией является ответственность родителя. Отцами-отчимами описываются и другие родительские функции: руководство ребенком, поддержка в освоении социокультурных норм. Однако мужчины считают, что эти функции необходимо реализовывать в большей мере в отношении родного ребенка. Отцы-отчимы отмечают у себя низкий уровень потребности в заботе о ребенке, в общении с ним.
Согласно данным по методике «PARI», в родительском воспитании в семьях отцов доминируют установки на уравнение отношений между родителями и ребенком (89,8%) и развитие активности ребенка (85,5%); в семьях отчимов доминирует сверхавторитет родителей (87,8%). Проверка по t-критерию Стьюдента при 5 %-ном уровне значимости показала, что существуют значимые различия между мужчинами отцами и отчимами по следующим параметрам: ощущение самопожертвования и сверхавторитета родителей, стремление ускорить развитие ребенка, подавление сексуальности, подавление агрессивности, чрезмерное вмешательство в мир ребенка и исключение внесемейных влияний. Интересные данные дает сравнение иерархии родительских установок в двух группах, представленных а Таблицах 1 и 2.