Видится, что в данный момент степень разработанности проблемы правового регулирования института публичного договора и определения его сторон является достаточно высокой. Уровень законодательства с течением времени качественно вырос, впитав в себя новые разработки о месте публичного договора в системе российского права, разрешив ряд противоречий относительно его содержании и статуса сторон. Представляется, что в данный момент мы имеем четкий тезис о равенстве сторон договора с определенными изъятиями. Тот факт, что продавец является обязанной стороной договора, на котором лежит ответственность по соответствию ряду критериев, таких как установление равных цен для одной категории, обязательность ответа на все оферты со стороны клиентов, предоставление четкого обоснования реальной невозможности вступления в договорные отношения и так далее, не означает, что его права каким-либо образом нарушены законодателем. Конечно, видится, что нам потребуется немало времени для того чтобы привыкнуть к факту ограничения свободы воли одной из сторон как к обыденному явлению.
Нами определены основные критерии сторон договора - важно сделать акцент на том, что потребителем по смыслу норм о публичном договоре выступает не только физическое, но любое лицо, которое имеет намерение приобрети соответствующий товар или услугу. Это сделано для выравнивания положения сторон, так как любой потребитель в данном случае находится в заведомо невыгодном положении - он не имеет ни доступа к желаемым ресурсам ни, зачастую, специальных познаний для защиты своих интересов. В свою очередь, говоря о продавце, важно учитывать, что критерием отнесения его к стороне публичного договора не должна выступать организационно-правовая форма, что было стандартной практикой до внесения изменений в ГК РФ в 2008 году. Некоммерческая организация, занимающаяся деятельностью по систематическому извлечению прибыли, является столь же независимым экономически субъектом, способным диктовать условия на рынке, как и коммерческая организация. Существовавшая ранее ситуация оставляла незащищенными ту категорию граждан, которые обращались, например, в учреждения культуры или искусства и сталкивались с нарушением своих законных прав.
Также, представляется, что предстоит определенная работа законодателя в сфере усовершенствования законодательства. Напрмиер, нерешенным остается вопрос о трактовки деятельности как публичной - данная проблема остается на повестке дня для законодателя и по сей день. Также необходимость изменений касается позиционирования покупателя в качестве слабой стороны. Мы полагаем, продолжение тенденции принятия отдельных законодательных актов, предоставляющих возможность продавцам, невзирая на особый статус второй стороны отказаться от исполнения договора, который может повлечь вред имуществу или иным активам субъекта предпринимательства, является необходимым для исключения злоупотреблений со стороны потребителей и сохранения баланса интересов участников договора. Другим вариантом видится издание обобщающего практику акта Верховным Судом РФ с рядом самых часто встречающихся примеров, иллюстрирующих типичные случаи, в которых покупатель злоупотребляет своим положением и предоставляет данным поведением право продавцу отказаться от заключения или дальнейшего исполнения публичного договора. Начало - разрешение отказываться от заключения договора с предполагаемым клиентом, внесенным в специальный перечень авиапассажиров - уже положено. Четкое указание на такие ситуации как, например, необоснованные требования возврата денег за якобы некачественный товар, сопровождающиеся подлогом доказательств в судебном разбирательстве позволило бы продавцам чувствовать себя более защищенными.
ГЛАВА 2. ПРОБЛЕМНЫЕ АСПЕКТЫ ПРИМЕНЕНИЯ ПУБЛИЧНОГО ДОГОВОРА В ГРАЖДАНСКОМ ПРАВЕ РФ
2.1 Проблемные аспекты заключения публичного договора
В течение достаточно длительного времени функционирования института публичного договора в России исследованию подвергалось множество неясных, нечетких и двойственных для понимания положений. Особое место сред них занимает ограничение принципа свободы договора, которое, кажется, полностью расходится с теми началами гражданского законодательства, к которым мы привыкли. Тонкая грань между сдерживанием свободы действий продавца на благо потребителя и ущемлением его прав в целях, не отвечающих социальной направленности публичного договора, по-прежнему находится под пристальной оценкой со стороны правоведов и практиков. В этом параграфе мы постараемся рассмотреть, проанализировать и выявить определенные пути решения основных практических проблем заключения публичного договора, основываясь, в том числе, на ранее обобщенных сведениях об обязанностях сторон публичного договора.
Первым настораживающим фактом является равная защита абсолютно каждого лица, называемого «потребителем», причем в данном случае не уделяется никакого внимания опыту и образованности конкретного субъекта. Возможно, он обладает обширными познаниями в правовой сфере, а может быть его знания ограничены кругом вопросов, никак не связанных с защитой прав по гражданскому законодательству. На практике одинаковое отношение к этим лицам зависит лишь от того, в какой экономической роли они представлены в конкретном правоотношении См.: Белов В.А. Понятия "потребитель" и "слабая сторона": сравнительно-правовой анализ // Вестник арбитражной практики. 2018. № 3. С. 16.. Поскольку все возможные варианты развития событий нельзя предопределить, защита лиц с различными социальными и поведенческими характеристиками должна быть идентичной в связи с объективной несостоятельностью теории правовой регламентации абсолютно каждого аспекта деятельности общества. Именно поэтому все потребители-стороны публичного договора получают охрану со стороны государства, чтобы не было допущено нарушения баланса интересов профессионального субъекта на рынке услуг и рядового обывателя См.: Постановление Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 16 О свободе договора и ее пределах // Вестник ВАС РФ. 2014. Май. № 5. .
Существенное фактическое неравенство сторон помещает потребителя в психологически невыгодную ситуацию, при которой неравенство переговорных возможностей сторон, предложение заранее выработанных договорных форм, большая осведомленность продавца о предмете и условиях заключения договора, отсутствие профессиональных познаний клиента в конкретной области и даже ограниченная рациональность покупателя способны создать невозможность полноценной самозащиты обратившегося для заключения договора лица См.: Клочков А.А. Стандартные (общие) условия договоров в коммерческом обороте: правовое регулирование в России и зарубежных странах: Диссертация кандидата юридических наук. М.2002. С. 38.. В судебной практике известно множество ситуаций, когда потребитель признает отсутствие реального выбора: вступать в договорные отношения с конкретным экономическим субъектом или нет. Дело в принципиально различной мотивации сторон - для потребителя главной задачей является получение товара либо услуги для удовлетворения потребностей, а для субъекта предпринимательства на первый план выступает намерение получить прибыль. Поэтому наибольшую заинтересованность и гибкость при заключении публичных договоров мы можем встретить именно у слабой стороны.
Ситуация неравенства переговорных возможностей является одним из общепризнанных и широко распространенных аргументов в пользу введения столь серьезных ограничений свободы договора для продавца. Например, Конституционным Судом Германии спектр переговорных инструментов субъекта предпринимательства признается настолько масштабным, что явная диспропорциональность возможностей влиять на исход переговоров, которые рискуют трансформироваться в диктат, предоставляет основание для безусловной защиты слабой стороны См.: Ширвиндт А.М. Ограничение свободы договора в целях защиты прав потребителей в российском и европейском частном праве // Вестник гражданского права. 2013. № 1. С. 10..
По мнению А.Г. Карапетова и А.И. Савельева, институт публичного договора является логичным развитием патерналистского отношения государства к слабым участникам договорных отношений. Однако, немаловажно чтобы тенденция продвижения идеи всеобщего благосостояния и борьбы с несправедливыми условиями гражданских правоотношений не причиняла ущерб продавцам, не создавала неоправданного «перевеса» на стороне клиентов, способствующего злоупотреблениям первом и извлечению необоснованных выгод См.: Карапетов А.Г., Савельев А.И. Свобода договора и ее пределы: в 2 т. М.: Статут. 2012. Т. 1: Теоретические, исторические и политико-правовые основания принципа свободы договора и его ограничений. С.273..
Защите покупателя, степень осведомленности которого, как правило, достаточно невысока, способствует также тезис о необходимости наращивания темпов экономической деятельностиСм.: Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. 3-е изд., стереотип. Серия: Классика российской цивилистики. М.: Статут, 2001. С. 154.. Сейчас - век глобализации, диктующий определенные модели поведения, которые государства стремиться перенять для более интенсивного развития, формирования новых рабочих мест, поддержания достойного уровня жизни граждан, внедрения информационных технологий для оптимизации экономики. Все это невозможно сделать без стимулирования лиц к обмену ресурсами, желанию направить денежные средства на регулярное приобретение товаров и услуг различного назначения. Но какой потребитель будет принимать активное участие в экономической сфере жизнедеятельности, если в любой момент имеется высокий уровень риска столкнуться с обманом и недобросовестным поведением продавцов? С целью вселения в сознание потребителей чувства социальной защищенности, разработка законодательства вот уже несколько десятилетий проходит с использованием аргумента уверенного поведения потребителя (the confident consumer agreement). Суть его состоит в следующем: чем более защищенным чувствует себя покупатель, тем более активно он вносит вклад в развитие экономической системы государства См.: Андреев Ю.Н. Договор в гражданском праве России: сравнительно-правовое исследование: монография. М. НОРМА. ИНФРА-М. 2017. С. 23.. Таким образом объясняется отнесение публичного договора к категории социально-экономических. Означает ли это, что к таким видам договоров приковано повышенное внимание законодателя, проведён всесторонний анализ норм и выявлены все недостатки, которые могли бы породить отклонения от намеченной цели и различные неудобства для продавцов?
Действительно, на наш взгляд, была проведена достаточная работа для разрешения проблем, которые могут возникать на стадии заключения публичного договора, что подтверждается такими примерами как положения концепции развития гражданского законодательства РФ и ряд изменений, активно вносимых в ГК на протяжении последних лет См.: Концепция развития гражданского законодательства Российской Федерации (одобрена решением Совета при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства от 7 октября 2009 г.) // Вестник ВАС РФ. 2009. № 11.. Однако, при этом все еще сохраняется риск использования положений о публичном договоре с целью нанесения ущерба деятельности продавцов, которого практически невозможно избежать в полной мере См.: И.З. Аюшеева, И.С. Богданова, Е.С. Болтанова. Реформирование гражданского законодательства: общие положения о сделках, обязательствах и договорах: монография и др.; отв. ред. В.В. Долинская. Москва: Проспект. 2018. С. 129..
Наглядной иллюстрацией угрозы превращения деятельности продавцов в экономический невыгодную при наличии недоработок законодательства служит обращение в Конституционный Суд РФ авиакомпаний «Полет», «Сибирь» и «ЮТэйр», совершенное в 2012 году с целью проверки конституционности содержания подп. 3 п. 2 ст. 106 Воздушного Кодекса РФ См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 20.12.2011 N 29-П. См.: Воздушный кодекс Российской Федерации от 19.03.1997 № 60-ФЗ // Собрание законодательства РФ. 24.03.1997. № 12. Ст. 1383.. Заявители обратили внимание суд на обнаружившуюся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли Конституции РФ норма, наделяющая пассажиров правом льготного провоза детей от двух до двенадцати лет. Представителями авиакомпаний разъяснено, что указанная норма является обременением со стороны государства, которое делегировало авиаперевозчикам исполнение своих функций по социальной защите, что по своей сути приводит к принудительному изъятию имущества для государственных нужд без предоставления какой-либо компенсации.
Поскольку договор между пассажиром и перевозчиком является публичным, авиакомпания не имеет возможности отказать потребителю по мотивам высокой запретности перевозок детей на льготных условиях. В то же время, возможности получить компенсацию от государства, которая восстановила бы финансовые потери компаний от выполнения навязанных законом правил также не представляется возможным ввиду отсутствия четкого прописанного механизма возмещения данных денежных средств. Ответ Конституционного Суда по данному кейсу является неоднозначным. С одной стороны, им признается правомочие государства устанавливать определенные льготы для поддержания возможности осуществления гражданами прав и свобод во всем их многообразии, а также для обеспечения баланса конституционно значимых интересов. С другой стороны, в постановлении указано на очевидное несоответствие цели деятельности коммерческих организаций - извлечение прибыли - и создавшейся ситуации, при которой на авиакомпании возложено безвозмездное исполнение обязательств публичного характера.
Завершилось рассмотрение дела представлением позиции суда, согласно которой признание неконституционным положения подп. 3 п. 2 ст. 106 Воздушного Кодекса РФ означало бы нарушение права граждан на пользование социально-экономическими гарантиями при авиаперевозках, которые порой являются единственно возможным путем передвижения между некоторыми частями России. Конечно, постановление содержит предписание федеральному законодателю о скорейшей разработки и принятии правовых актов, регламентирующих возмещение затрат авиакомпаний, которое вступило в силу немедленно после провозглашения. Однако, указанный механизм до сих пор не сформирован, что влечет за собой грубое нарушение прав и интересов авиаперевозчиков.
Показательным в этой связи является обращение в ВАС РФ о пересмотре в порядке надзора судебных актов со стороны авиакомпании «Сибирь», представители которой предприняли попытку защиты финансовых активов организации вследствие необоснованно возложенных на нее обязательств См.: Определение ВАС РФ от 03.03.2014 N ВАС-1731/14 по делу № А40-6350/2012 // СПС «Консультант Плюс».. В передаче дела в Президиум было отказано по причине того, что актуальное законодательство по-прежнему не предусматривает каких-либо вариантов возмещения денежных затрат, которые только за один год составили более четырехсот семнадцати миллионов рублей. Столь долгий процесс внедрения механизма компенсации денежных средств авиаперевозчикам не только негативно сказывается на деятельности компаний, но и создает не самый благоприятный экономический климат. Невозможность получения выплат в подобных случаях вполне может подтолкнуть субъектов предпринимательства к повышению цен на ряд предоставляемых услуг с целью оптимизации расходов. В конечном итоге мы встретимся с ситуацией, отрицательные последствия которой коснулись потребителей - той категории, во благо которой государством и были инициированы льготные режимы.
Видится, органам государственной власти следует производить мониторинг судебной практики с целью явления возможности внесения каких-либо дополнений в правовые акты и сохранения комфорта для ведения бизнеса на достойном уровне. Несмотря на то, что основной задачей публичного договора является сосредоточение внимания на нуждах покупателя как наименее защищенной стороны, не стоит забывать о правах и интересах продавцов, от успеха деятельности которых также зависит экономическое благополучие государства. Представляется, что сохранение справедливого распределения прав и обязанностей, понуждение к действиям в строго соответствии с понятиями добросовестности и уважения закона являются верными шагами к закреплению достигнутого успеха по регулированию отношений между продавцами потребителями. Это позволит уменьшить количество неясных, двойственных для толкования положений, которыми руководствуются стороны при заключении публичного договора и постепенно повысит правосознание участников рынка.