Материал: Россия в контексте мировой цивилизации. философские и исторические проблемы взаимодействия. Душкова Н.А., Маслихова Л.И

УДК 314.8 ББК 60.54

ВЗАИМОСВЯЗЬ ДИНАМИКИ ЧИСЛЕННОСТИ НАСЕЛЕНИЯ С ВООРУЖЁННЫМИ КОНФЛИКТАМИ

А. А. Сараев, курсант, М. А. Чурсина, канд. биол. наук Военный учебно-научный центр Военно-воздушных сил «Военно-воздушная академия имени профессора Н.Е. Жуковского и Ю. А. Гагарина» (г. Воронеж)

Гипотеза о том, что численность населения взаимосвязана с вероятностью возникновения военного конфликта, часто подвергается критике. В данной статье мы рассматриваем обратную взаимосвязь между войной и народонаселением. Имеется обратная взаимосвязь между интенсивностью военных действий и численностью населения, тогда как обратная взаимосвязь не является столь очевидной.

Ключевые слова: численность население, война, динамические изменения.

RELATIONSHIP OF POPULATION DYNAMICS WITH ARMED

CONFLICT

A. A. Saraev, M. A. Chursina Military educational scientific center air force

«Air force Academy named after Professor N. E. Zhukovsky and Y. A. Gagarin» (Voronezh)

The hypothesis that the population is correlated with the probability of a military conflict is often criticized. In this article, we examine the inverse relationship between war and population. There is an inverse relationship between intensity of hostilities and population, while the inverse relationship is not so obvious.

Keywords: population, internal war, dynamic changes.

Многие учёные-социологи утверждают, что рост народонаселения приводит к увеличению риска начала военного конфликта. Согласно рассуждениям Томаса Мальтуса [1, 12] вооруженные конфликты являются таким же результатам увеличения численности человеческой популяции, как, например, пандемии и сокращение ресурсов питания. Позднее предположение о причинно-следственной связи между ростом населения и войной послужило одной из основ «теории войны» формирования государства [2, 182].

Другие учёные-антропологи высказывают сомнения на счёт существования подобных закономерностей. Американские исследователи отмечают, что один только факт роста населения не может объяснить увеличение количества внутригосударственных конфликтов и общее обострение обстановки [3, 284]. Данной точки зрения придерживались и другие ученые: так, в контексте исторического развития Кореи Канг [4, 876]

191

утверждал, что военным конфликтам в ряде случаев предшествовало уменьшение численности населения, а не увеличение.

Однако нельзя не согласиться, что многие данные всё-таки подтверждают наличие взаимосвязи между такими переменными как численность населения определённого региона и напряжённость военной обстановки в нём. Нельзя также и поспорить с тем утверждением, что военные конфликты ведут к сокращению популяции, как прямо, посредством уничтожения населения, так и косвенно, то есть приводят к недостатку продуктов питания и экономическому спаду. Исходя из этого, следует предполагать, что существует более сложная взаимосвязь между двумя данными переменными, чем просто линейная зависимость. Кроме того, нельзя упускать из внимания и другие факторы, оказывающие влияние на население, такие как культурные, экологические и исторические предпосылки.

Одним из возможных, хоть и приблизительных, описаний зависимости между численностью популяции и обострением военных конфликтов может являться наличие взаимосвязанных, но отстающих одно от другого колебаний этих параметров [5, 114]. Распространённой ошибкой при интерпретации результатов корреляционного анализа является перемена местами причин явления и его следствий. То есть наличия одной только отрицательной взаимосвязи между численностью населения и количеством вооружённых конфликтов явно недостаточно для того, чтобы экспериментально подтвердить выдвигаемую гипотезу, необходимо использовать более сложный анализ, чем простое вычисление корреляции.

Наличие явной взаимосвязи может быть выявлено, в основном, для вооружённых конфликтов, происходящих на относительно небольших, однородных по составу населения территориях, поскольку именно в таких условиях нарастание напряжения может непосредственно влиять на численность населения. Вот всех прочих случаях нельзя исключить влияния всех прочих факторов и с высокой долей достоверности утверждать, что на изменение численности популяции влияют по большей части вооружённые конфликты. Интенсивность военных действий между двумя разнородными группами людей во многом зависит от их внутренних особенностей, культурного уровня и уровня развития. Подобные ограничения имеются и при анализе вооружённых конфликтов, захватывающих более обширные территории: группы населения, включённые в них настолько разнородны, что нельзя достоверно объяснить возникновение конфликта одним только увеличением популяции в целом. Причины конфликтов между государствами тем более многообразны. Следует также учитывать, что во время вооружённого столкновения между странами может быть затронута лишь часть их населения, тогда как на демографическую ситуацию регионов, далёких от границ конфликта, влияют совершенно другие факторы. Исключением являются значительные военные катастрофы, которые приводят к мобилизации

192

большинства населения страны или к захвату противником основных районов побеждённого государства.

Теоретически численность населения и интенсивность внутренней войны должны колебаться с длительными периодами (в пределах от одного до трех веков) [5, 124]. Кроме того, военные действия должны негативно влиять на темпы изменения численности населения, в то время как увеличение численности население должно оказывать положительное влияние на темпы изменения численности населения. Чтобы проверить эту гипотезу, необходимо рассматривать данные в динамике. В качестве примеров здесь можно привести позднесредневековую и раннюю современную Англию, древний и средневековый Китай и, наконец, Римскую империю.

Наиболее подходящим примером является Англия 1450–1800 гг. Динамика численности населения здесь была восстановлена Ригли и соавторами [6]. Для оценки взаимосвязи между данными переменными была проанализирована информация, приведённая в работе Тилли [7]. В рассматриваемом историческом периоде можно выделить ряд стадий, в течение которых усиление социально неблагоприятных факторов приводило к уменьшению прироста населения: это «Война Алой и Белой розы» (конец XV века) и Английская гражданская война (XVII век) (Рис. 1). В данные периоды отмечается отсутствие прироста населения. Достоверный рост популяции приходился на шестнадцатый и восемнадцатый века, которые могут быть описаны как политически стабильные.

Рис. 1. Население Англии, 1450–1800 гг.

Анализ временных рядов этих данных дает убедительные доказательства взаимного влияния населения и нестабильности внутренней обстановки друг на друга: нестабильность отрицательно влияет на численность населения, а численность населения положительно влияет на нестабильность.

193

Сходные выводы можно сделать и при рассмотрении динамики численности населения в Китае в 600–1000 годы. Этот период характеризовался социально-политической нестабильностью, во время которых как динамика внутренних конфликтов, так и численность населения подвергались постоянным изменениям (Рис. 2).

Рис. 2. Динамика численности населения (Н) и внутренних войн(В) в Китае, 600–1000 гг.

В заключение необходимо отметить, что гипотеза, высказываемая исследователями в отношении взаимосвязи обострения военных конфликтов с численностью населения, имеет под собой определённые основания, однако данный процесс может быть описан линейной взаимосвязью только в том случае, если речь идёт о локализованных, однородных группах населения. При рассмотрении более обширных территорий и при выведении общих закономерностей нельзя упускать из внимания и прочие процессы, происходящие в такой сложной системе, как общество.

Литература

1.Malthus, T. R. An essay on the principle of population [Текст] / T. R. Malthus. – London. – Dover Publications, 1798. – 160 p.

2.Carneiro, R. L. The muse of history and the science of culture [Текст] / R. L. Carneiro. – New York. – Kluwer Academic, 2000. – 307 p.

3.Wright, H. T. Population, exchange, and early state formation in Southwestern Iran [Текст] / H. T. Wright, G. A. Johnson // American Anthropologist.

– 1975. – N. 77. – P. 267–289.

194

4.Kang, B. W. A reconsideration of population pressure and warfare: a protohistoric Korean case [Текст] / B. W. Kang // Current Anthropology. – 2000. – N

41.– P. 873–881.

5.Turchin, P. Population dynamics and internal warfare: a reconsideration [Текст] / P. Turchin, A. V. Korotayev // Social Evolution &History. – 2006. – N 5. – P. 112–147.

6.Wrigley, E. A. The population history of England: 1541–1871: a reconstruction [Текст] / E. A. Wrigley, R. S. Schofield. – Cambridge. – MA: Harvard University Press, 1981. – 820 p.

7.Tilly, Ch. European revolution: 1492–1992. [Текст] / Ch. Tilly. Oxford. – UK: Blackwell, 1993. – 284 p.

УДК 93

ББК 63.3

ТЮРЕМНЫЕ БУНТЫ В ВОРОНЕЖСКОЙ ГУБЕРНИИ 1905 Г. КАК РЕЗУЛЬТАТ ВНУТРЕННЕЙ ПОЛИТИКИ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА

М. А. Антонов, курсант, Э. В. Комолова, канд. ист. наук ФКОУ ВО Воронежский институт ФСИН России

В статье на примере Воронежской губернии рассматриваются события периода первой российской революции, которые отразились на уголовно-исполнительной системе и привели к всплеску насилия в тюрьмах.

Ключевые слова: тюремные бунты, тюрьма, арестантское отделение, Воронежская губерния, уголовно-исполнительная система.

PRISON REVOLTS IN THE VORONEZH PROVINCE OF 1905.

AS RESULT OF DOMESTIC POLICY

RUSSIAN STATE

E.V. Komolova, M. A. Antonov

Voronezh institute FSIN of Russia

In article on an example of the Voronezh province is considered events of the period of the first Russian revolution which were reflected in criminally-executive system are considered and have led to violence splash in prisons.

Keywords: prison revolts, prison, prisoner branch, the Voronezh province, criminallyexecutive system.

Движение по пути построения гражданского общества и демократического государства, в котором соблюдаются права человека, делают

195