Материал: Современные лингвистические и методико-дидактические исследования. Фомина З.Е., Бородкина Г.С

Научный Вестник Воронежского государственного архитектурно-строительного университета

Гнев (раздражительность) в данном примере представлен как врожденное, то есть естественное для природы человека чувство. Тем не менее, человек озадачен тем, как можно контролировать гнев: укротить его, то есть приуменьшить его влияние на духовое состояние человека, подавить гнев, то есть полностью освободиться от его влияния. Отметим также, что гнев не представляет собой постоянное чувство, напротив, ему свойственна периодичность возникновения, нестабильность интенсивности (возникает вспышками). Гнев, проявляющийся в высокой степени, необходимо подавлять, что также сопряжено с усилиями человека, его контролем собственного эмоционального состояния, то есть сильный гнев трудно подавить. Менее сложной и посильной человеку задачей, по сравнению с подавлением гнева, является предупреждение его пейоративных последствий. Кроме того, в данном примере гнев – ощущение, которое легко поддается воздействию человека. Человек сам может сгенерировать данное ощущение в другом человеке, а также подавить его, то есть может управлять чувством гнева в другом человеке. Таким образом, гнев репрезентирован, как ощущение, подвергающееся манипуляции со стороны человека.

Как известно, эмоциональные состояния не возникают автономно, но совместно с другими переживаниями. Подобно многим эмоциям, гнев в философской картине мира Ф. Бэкона также представлен как часть системы эмоционального мира человека, и его возникновение обусловлено причинно-следственными отношениями. Так, гнев возникает в силу определенных причин (мотивов) (ср.: the causes and motives of anger (причины и мотивы гнева)), а также результаты (the effects of anger).

В целом, в рамках анализируемого произведения, нами были выявлены следующие причины (каузаторы) гнева: обида (hurt); репутация человека (a man's reputation); непри-

ятные известия (angry business); чувствительность к обидам (to be too sensible of hurt);

плохое расположение духа (frowardest and worst disposed) [The Essays, Of Anger, 166-167].

Таким образом, гнев в философском дискурсе Ф. Бэкона возникает в основном вследствие негативных душевных переживаний; ощущения переживания несправедливой ситуации, отношения, ухудшения представления об имидже человека в обществе, получения негативной информации, а также общим негативным внутренним состоянием, расположением духа.

Относительно последствий гнева необходимо отметить, что в процессе семантикокогнитивного анализа они (следствия) не были выявлены в качестве отдельного явления: вышеуказанные причины приводили к возникновению разной степени интенсивности проявления гнева.

Интересно обратить внимание на тот факт, что причины гнева, в свою очередь, могут выступать в качестве объекта гнева, и тогда каузатор и объект гнева являют собой идентичные явления. Так, объектом гнева у Ф. Бэкона является человек (angry with man (злой на человека)), качества которого послужили также и каузатором возникновения гнева, а также определенные обстоятельства: angry business (неприятное известие).

Рассмотрим пример, в котором природа гнева рассматривается с п о з и ц и и п р и - ч и н е г о в о з н и к н о в е н и я :

… the causes and motives of a n g e r , are chiefly three. First, to be too sensible of hurt; for no man is a n g r y , that feels not himself hurt; and therefore tender and delicate persons must needs be oft a n g r y … The next is, the apprehension and construction of the injury offered, to be, in the circumstances thereof, full of contempt: for contempt is that, which putteth an edge upon a n g e r , as much or more than the hurt itself. And therefore, when men are ingenious in picking out circumstances of contempt, they do kindle their anger much. Lastly, opinion of the touch of a man's reputation, doth multiply and sharpen a n - g e r [1*; c. 166-167]. - … причины и мотивы г н е в а главным образом сводятся к трем. Первая — слишком большая чувствительность к обиде, ибо человек не испытывает г н е в а , если он не чувствует, что его обидели. … Затем — восприятие и истолкование обиды: то, как она была нанесена, в каких обстоятельствах, нанесена ли с полным презрением. Ведь презрение является тем фактором, который разжи-

52

гает г н е в в той же мере или даже сильнее, чем сама обида. И поэтому, когда люди искусны в определении тех обстоятельств, которые свидетельствуют о презрении, они, действительно, очень сильно разжигают свой гнев. Наконец, мысль о том, что это затрагивает репутацию человека, умножает и заостряет гнев [2*; с. 481].

В вышеприведенном примере репрезентированы и четко определены три каузатора гнева:

1)чрезмерная чувствительность к обиде (to be too sensible of hurt);

2)обстоятельства нанесенной обиды, а именно, сопровождение обиды презрением

(the apprehension and construction of the injury offered, the circumstances thereof, full of contempt);

3)угроза репутации человека (opinion of the touch of a man's reputation).

Такое ограничение количества причин гнева, репрезентированных Ф. Бэконом, с одной стороны, некоторым образом упрощает природу гнева, делает это переживание более понятным и предсказуемым для человека. С другой - дает возможность рассмотреть гнев с применением научного подхода, придает его описанию больший академизма, представляя его не только как бытовое понятие, но как объект научного эксперимента, подвергающийся эмпирическому анализу. Данный вид «гнева» содержит следующий когнитивный признак: «обусловленность», что вербализовано следующей фразой: the causes and motives of anger – причины и мотивы гнева.

При рассмотрении первого каузатора гнева (to be too sensible of hurt) необходимо обратить внимание на корреляцию гнева с другими ощущениями человека, относящимися к переживаниям духовно-нравственного порядка, а именно:чувствительностью, щепетильностью, духовной слабостью. Интересным является выявленный факт корреляции гнева со слабостью человека, что представляет гнев в философском дискурсе Ф. Бэкона как проявление человеческой слабости, малодушия. Таким образом, гнев для Ф. Бэкона – прерогатива слабых натур.

Ощущение обиды, как каузатора возникновения гнева, связано с несправедливым отношением к человеку, оскорблением, что демонстрирует гнев как инструмент защиты, стремление восстановить справедливость, что приближает гнев в философской картине мира Ф. Бэкона к явлениям морально-правового характера.

Представим сущность данного вида гнева в виде следующего концептологического

ряда:

Концептологический ряд концепта “anger”, обусловленного чувством обиды.

Чувство

обиды

Гнев (возникает реже)

более крепкие натуры

Как демонстрирует приведенный концептологический ряд, каузатор гнева – чувство обиды - влияет на частотность возникновения гнева, причем слабость внутреннего мира человека и частотность его возникновения гнева находятся в обратной прогрессии: слабые натуры чаще испытывают гнев, нежели чем натуры с более крепким внутренним содержанием.

При анализе второй причины возникновения гнева – сопровождение обиды презрением – необходимо отметить, что презрение не только представляет собой благоприятное

53

Научный Вестник Воронежского государственного архитектурно-строительного университета

условие для возникновения гнева, но также является эмоциональным переживанием, интенсивность возникновении которого также прямо пропорциональна гневу. Ср.:

…for contempt is that, which putteth an edge upon anger, as much or more than the hurt itself - презрение является тем фактором, который разжигает гнев в той же мере или даже сильнее, чем сама обида [1*; c. 166-167]).

Таким образом, гнев выступает в качестве эмоционального переживания, родственного презрению, а также являющегося следствием презрения, что можно представить посредством следующего концептологического ряда: обида презрение гнев.

В качестве третьей причины гнева выступает угроза репутации человека (opinion of the touch of a man's reputation), что также представляет собой условие для эскалации гнева (doth multiply and sharpen anger). Данный каузатор гнева относится к явлениям моральнонравственного порядка, так как репутация (фр., от лат. reputatio размышление, рассуждение) связана с мнением о человеке в глазах окружающих. Изменение данного мнения в сторону ухудшения вызывает дискомфорт и агрессию у субъекта, что приводит к появлению гнева.

Помимо выявления причин, обуславливающих появление гнева, гнев в философском дискурсе существует также в рамках парадигмы «объект-субъект». При этом возникновение гнева также обусловлено определенными причинами, однако, акцентируется именно квалитативная характеристика субъекта, или объекта гнева, нежели на его каузатор.

Рассмотрим виды гнева, выявленные посредством соотнесенности с субъектом и объектом.

Как показали результаты проведенного исследования, субъектами гнева в философской картине мира Ф. Бэкона выступают обобщенные, не конкретизированные образы людей, которые, однако, являются представителями разных социальных и гендерных групп, а именно:

люди (men, persons);

дети (children); женщины (women);

нездоровые люди (sick folks).

Человек (люди), как субъекты гнева, могут погружаться в состояние гнева:

in anger (быть в гневе),

ощущать гнев как некое «бремя», тяжесть: carry anger (испытывать, «не-

сти» гнев), испытывать гнев: man is angry (разгневанный человек).

Объектами гнева являются более обобщенные и абстрактные явления: человек (абстрактный образ) (a man, another).

Рассмотрим пример, в качестве субъекта гнева в котором приводятся люди, обла-

дающие определенными качествами: чрезмерной восприимчивостью к обиде (вследствие направленного на них презрения):

And therefore, when men are ingenious in picking out circumstances of contempt, they do kindle their a n g e r much [1*, Of Anger] – … поэтому люди, всюду умеющие усмотреть к себе презрение, более других подвержены г н е в у [2*, с. 141].

Субъектом гнева в приведенном примере выступает человек, обладающий определенными перцептивными качествами: чрезмерно восприимчивый к презрению, чувствительный, склонный замечать негативное отношение к себе со стороны других людей. Таким образом, данный вид гнева зависит от психологических особенностей человека, а именно от степени его восприимчивости, и выступает в качестве защитной реакцией человека на презрение в его адрес. Каузатором данного вида гнева является презрительное,

критическое отношение к человеку.

54

Интересно отметить, что данное презрительное отношение со стороны окружающих может иметь место и может быть детерминировано человеком, но может и остаться незамеченным. Кроме того, чувство презрения может ощущаться человеком в силу его мнительности, тенденции видеть негативную сторону явлений, что дает основание предположить, что не само негативное отношение к человеку, а осознание им негативного отношения со стороны окружающих вызывает гнев, связанный с осознанием его собственного несовершенства в глазах других. Также отметим, что гнев рассматривается как эмоциональное переживание, варьирующееся по степени интенсивности и частотности. Можно предположить существование большей и меньшей степени гнева, возникновение которой зависит от восприимчивости людей к презрению в свой адрес. Сила и частотность возникновения гнева зависит от того, насколько часто человек ощущает (осознает) презрение. В зависимости от трех вариантов восприятия гнева у людей можно выявить его изменение по интенсивности и частотности (they do kindle their anger much). Предста-

вим условия, влияющие на степень возникновения гнева в виде следующего концептоло-

гического ряда:

люди, не замечающие презрение меньшее проявление гнева;

люди, замечающие презрение большее проявление гнева.

Как показано выше, гнев представлен в одном концептологическом ряду с презрением, что является проявлением не только корреляционных связей данных пейоративно маркированных эмоциональных переживаний, но детерминирует характер представленных связей как прямую зависимость: большая степень осознанности презрения приводит к большему гневу человека.

В приводимом примере выявляется такой признак гнева как «корреляция с духовной слабостью», «варьирование степени интенсивности».

Отметим, что в вышеприведенном примере гнев рассматривается как ощущение человека безотносительно определенного объекта гнева, в силу того, что объектом гнева являются люди в целом. Отсутствие конкретизации, апеллирование к обобщенным объектам в качестве источника и цели проявления эмоциональных состояний является характерной особенностью философского дискурса Ф. Бэкона [16; 17]. Так, следующий пример демонстрирует специфику гнева через характеристику объекта гнева, в роли которого также выступает обобщенный образ человека:

There is no man doth a wrong, for the wrong's sake; but thereby to purchase himself profit, or pleasure, or honor, or the like. Therefore why should I be a n g r y with a man, for loving himself better than me? [1*, Of Revenge] - Нет никого, кто делал бы зло ради него самого, но все творят его ради выгоды, или удовольствия, или чести, или тому подобного; почему же я должен с е р д и т ь с я на человека за то, что он любит себя больше, чем меня [2*, с. 360]?

Гнев в данном примере направлен на человека (объект гнева) по причине его эгоистических чувств, а именно проявления большей любви к себе, нежели к субъекту гнева. Основополагающим признаком гнева, вербализованного в данном примере, является «наличие объекта гнева» (абстрактного образа человека), что объективирует фразеосочетание: be angry with a man – сердиться на человека. Лексема angry, как вербальный экспликатор концепта «anger» (гнев), входит в состав вопросительного предложения, являющегося риторическим вопросом, представляющим собой, скорее, утверждение, обращенное к предполагаемому субъекту гнева. Отметим, что в вопросе содержится информация о том, что гнев – это чувство, существование которого находится под вопросом, поскольку его причина (каузатор) представляется субъекту не достаточно весомым для его возникновения, репрезентируя мнение последнего о том, что большая степень любви человека к са-

55

Научный Вестник Воронежского государственного архитектурно-строительного университета

мому себе является естественным ощущением, a priori заложенным в природе человека, и не вызывает с его стороны недовольство. Гнев в данном случае существует лишь в размышлениях субъекта, задающегося вопросом о правомерности его существования, что является проявлением «имплицитности» данного вида гнева и вербализуется риторическим фразеосочетанием: why should I be angry… Имплицитность является ключевым когнитивным признаком гнева, репрезентированным в данном примере.

Необходимо также подчеркнуть, что данный вид «предполагаемого», гипотетически существующего гнева подчеркивает естественность и оправданность эгоистической любви. Гнев, представленный в данном примере, является менее сильным чувством, по сравнению с эгоистической любовью, которая в свою очередь редуцирует чувство гнева, не допускает его возникновение. Данный факт раскрывает обратно пропорциональный характер корреляционных отношений гнева и любви в философском дискурсе Ф. Бэкона, их взаимоисключающее существование: наличие любви предполагает отсутствие гнева и наоборот.

Отличительной особенностью гнева в философском дискурсе Ф. Бэкона является его способность коррелировать не только с пейоративными, но также с мелиоративными явлениями. Так, гнев для Ф. Бэкона является частью ассоциативного ряда таких пейоративных морально-нравственной категорией как низость, подлость: аnger is a baseness (гнев – это низость), презрение (contempt), страсти (passions), зависть (envy), страх (fear), но также с положительно маркированной категорией love (любовь). Данный факт свидетельствует об амбивалентности гнева как объекта философских рассуждений.

Интерес представляет факт ассоциативных параллелей, элементом которых выступает гнев в философской картине мира Ф. Бэкона, а именно, метафорической сравнение гнева с деструктивной реалией – рухнувшим домом: anger is like ruin (гнев подобен рухнувшему дому). Рассмотрим пример:

Seneca saith well, that a n g e r is like ruin, which breaks itself upon that it falls [1*, Of Anger] – Справедливо сказал Сенека, что «г н е в , подобно рухнувшему дому, обвалившись на что-нибудь, разрушается при этом и сам» [2*, c. 141].

Гнев в данном примере метафорически сравнивается с рухнувшим домом, посредством чего раскрывается его способность к саморазрушению: гневу свойственно исчезать, когда он направлен на кого-либо/что-либо. Такое поведение гнева демонстрирует конечность его природы. Гнев также выступает в роли субъекта, которому свойственно обрушиваться (на что-либо), также уничтожать самого себя.

Независимо от особенностей каузаторов, субъектов и объектов, а также характера выполняемых над гневом манипулятивных действий, гнев в философском дискурсе Ф. Бэкона также характеризуется как собственно эмоциональное переживание, обладающее определенными признаками, а именно:

1)нестабильность возникновения, предельные степени проявления, что выражается

влатентности гнева: anger fretting inwards (затаенный гнев); спонтанности, самопроизвольным характером гнева: a fit of anger (припадок гнева).

2)периодичность возникновения: естественность возникновения гнева: habit to be angry – (врожденная раздражительность).

Рассмотрим пример, демонстрирующий спонтанность, неконтролируемость, стихийность гнева:

The other, that you do not peremptorily break off, in any business, in a fit of a n g e r ; but howsoever you show bitterness, do not act anything, that is not revocable [1*, Of Anger] –

Во-вторых, не спешить в припадке г н е в а порывать деловые отношения и, как бы ни сильна была обида, не совершать ничего непоправимого [2*, с. 141].

56