· у Шварца мы видим, как в борьбе герой эволюционирует, становится личностью, поэтому драматург и меняет имя своему главному герою;
· обличение зла по Шварцу это еще полдела, нужно преодолеть пассивное отношение к нему;
· воскресив Христиана - Теодора, Шварц изменил «чужой сюжет»: иногда надо быть готовым пойти на смерть, чтобы справедливость восторжествовала;
· в пьесе видно присутствие автора, выражающееся через лирические монологи героев.
1.2 Сценическая история
Сюжет своей любимой андерсеновской сказки Шварцу подсказал режиссер Н.П. Акимов. Само создание пьесы соединяется с ее первой постановкой, так как пьеса была написана специально для Театра Комедии по идее режиссера Н.П. Акимова. Легко и быстро был написан Шварцем первый акт пьесы, далее несколько месяцев ушло на завершение пьесы. В 1939 году начались репетиции, на которых во время работы режиссера и актеров Шварц правил и дописывал пьесу.
Оформление спектакля было так же метафорично, как и сама пьеса. Режиссер проявил необыкновенную изобретательность при решении технических задач, поставленных пьесой. «Как играть людоеда? Как, по законам реализма, тень должна отделиться от человека? Как естественным жестом следует терять голову с плеч? Во всех этих случаях приходится, отложив театральные самоучители, опытным путем, прислушиваться к стилистике автора…угадывать решение».
12 апреля 1940 года состоялась премьера спектакля. Тогда же Театр Комедии печатает текст пьесы, дополняя сборник текстом пьесы в сценической редакции Театра, проиллюстрированный эскизами костюмов к спектаклю работы Акимова. Творческий союз драматурга и режиссера продлится четверть века. Н.П. Акимовым будет поставлено четыре пьесы Шварца. Режиссер не прекратит работу над пьесами драматурга и после его смерти: в 1960-ых выдут «Тень» и «Дракон», будут оформлены сборники пьес и книга воспоминаний «Мы знали Евгения Шварца». При этом их отношения нельзя назвать ровными: в ходе работы возникали трения и даже конфликты. Но несмотря на это, Акимов любил «Тень» и считал ее чем-то вроде «Чайки» Чехова для МХТ.
Вспоминая постановку 1960 года, актриса Вера Карпова говорила о том, как «интересно Акимов соединял героев. В «Тени» дал Воропаеву роль Ученого, и Милиндеру - роль его Тени. Оба красавцы, одного роста, однофактурные. Гена Воропаев, от которого в каждой роли шел свет, и рациональный Лева Милиндер. На лицо Тени режиссер нанес синий цвет. Зал замирал, когда вдруг Тень отделялась от Ученого. Эта сцена вписана в театральные скрижали». Эскизы афиш, декораций и костюмов работы Н.П. Акимова см. в Приложении 1-3.
В критических очерках Акимову постоянно указывали на то, что положительные персонажи у него получаются менее выразительными, чем отрицательные, за исключением образа Аннунциаты. Сам же главный герой Шварца, Ученый, «никогда не был фаворитом спектакля».
Так, Театр Комедии четырежды ставил «Тень» Шварца. В 1940 и в 1960 пьеса ставилась режиссером Акимовым, при его же декорациях. В 1984 году пьесу к показу восстановил режиссер Ю.Аксенов с художником М. Азизян. И уже четвертая самостоятельная редакция пьесы (2003 год) была поставлена режиссером Т.Казаковой в паре с художником Э.Капелюш.
У пьесы Е.Л. Шварца «Тень» богатая сценическая история. Пьеса неоднократно ставилась и другими театрами:
1958 - Московский театр сатиры, режиссер Эраст Павлович Гарин.
Эраст Павлович еще до постановки «Тени» в Театре сатиры имел опыт работы с драматургией Шварца: в Театре Комедии в «Тени» сыграл заглавного героя, в кинофильме «Золушка» сыграл роль короля и в Театре-студии киноактера в первой постановке пьесы «Обыкновенное чудо» также сыграл роль короля.
Перед постановкой своей «Тени» в Театре сатиры Гарин ездил за советом к Е.Л. Шварцу, в то время уже болевшему. Евгений Львович скончался за несколько месяцев до премьеры в Театре сатиры, но, по словам вдовы писателя, спектакль Гарина получился «таким, каким его хотел видеть автор».
Опыт работы в кино, а именно умение мастерски применять свет, использовался режиссером как мощное художественное средство, по-настоящему создающее атмосферу сказки. Атмосферу сказки создавали и чудом раздобытые режиссером разноцветные парики: рыжие, золотые и фиолетовые.
А для сцены объяснения Принцессы и Ученого Гариным был придуман специальный двигательный механизм, который начинал движение, как только герои на него вступали. И здесь любовная сцена начинала играть новыми красками.
1974 - Театр «Старый дом» (ранее «Сатирический театр» УПИ), режиссер Николай Стуликов.
2003 - РАМТ, режиссер Юрий Еремин.
На этот спектакль, состоявшийся в октябре, критики давали резкие комментарии. «Ученый (Сергей Рябцев) - существо совершенно невнятное. Его роль в спектакле - бегать и заниматься лучеиспусканием. По пути он дискредитирует истины, которые излагает, - уж больно жалкий человечек получился». «Все занятые в «Тени» актеры выглядят бледно, режиссер провалился, но по-настоящему жаль лишь убитый спектаклем текст». «Единственная удача спектакля - это декорации Валерия Фомина. Он перегородил сцену затянутыми тонкой белой бумагой ширмами, которые разделяют мир реальный и мир фантастический, потусторонний мир теней, своего рода зазеркалье».
2007 (2009, 2017) - Оренбургский кукольный театр, режиссер Вадим Смирнов.
Идеологический и философский характер пьесы Шварца наводит на мысль, что кукольный театр не совсем тот формат, который подходит для «Тени». Но режиссер оренбургского кукольного театра, заслуженный артист России, Вадим Смирнов полностью развеял этот миф, убедив зрителей в обратном. Куклы работы художника Марины Зориной, сделанные в человеческий рост, играют на сцене наравне с живыми актерами. (см. Приложение 4) И каждая из этих кукол в прямом смысле индивидуальность, личность со своим характером, темпераментом и манерой поведения. «Актеры владеют куклами виртуозно: пластика каждого полностью соответствует характеру персонажа, она видоизменяется в зависимости от обстоятельств, реакция кукол на события мгновенна, точна и выразительна». Сам спектакль богат на режиссерские находки и удачные сценические шутки. Например, мы видим стены, у которых в прямом смысле появляются уши. Спектакль настолько полюбился взрослой зрительской аудитории города, что был восстановлен к показу в 2009 и в 2017 г.
2017 - Ташкентский кукольный театр, режиссер Д.Юлдашева. Спектакль для взрослых зрителей поставлен в жанре мюзикла, в котором звучит более 20 песен в исполнении актеров ташкентских театров. Осуществлению этого проекта помогла региональная программа по поддержке культуры и искусства Швейцарского агентства по развитию и сотрудничеству в Узбекистане. В спектакле используется видео арт, планшетная система кукол, управляемая 2-3 актерами, а также плоскостные куклы, предметы и, конечно, актерские руки. (см. Приложение 5) По словам известного ташкентского театроведа Камариддина Артыкова, «это очень важная и очень нужная для современного зрителя, нашей молодежи, постановка».
Пьеса Шварца была дважды экранизирована. Первый раз в 1971 году экранизировала сказку с одноименным названием «Тень» Надежда Кошеверова, сняв в главных ролях Ученого и Тени актера Олега Даля. Через двадцать лет в 1991 году Михаил Казаков снимает музыкальный фильм «Тень, или может быть, все обойдется» с Константином Райкиным в главных ролях.
Отдельно стоит рассмотреть сценическую историю пьесы на подмостках ТЮЗов.
Театр для детей прошел более чем вековой путь развития. Вопрос об организации специального театра для детей и молодежи, где профессиональными актерами и художниками ставились бы в прекрасной доступной форме детские пьесы был поднят А.В. Луначарским еще в первые годы Советской власти.
Основоположником Советского детского театра стал А.А. Брянцев. Говоря о детском театре, как о «театре особого назначения», Александр Александрович подчеркивал, что детский театр формирует будущее и никто не должен забывать во имя чего работает.
Сегодня ТЮЗы, помня завет Брянцева, ищут свой художественный язык, наполняют репертуар, включая произведения, которые еще вчера считались «не детскими». Так в репертуаре ТЮЗов оказалась и «Тень» Е.Л. Шварца. Эта пьеса никак не была рассчитана автором на «юного зрителя», зрителя 14 -17 лет. Но дискуссия о репертуаре детского театра закончилась на том, что «упрощенная» драматургия не способствует развитию подростков, не передает жизненный опыт, следовательно, не учит самостоятельной жизни. Отсюда выбор пьесы Шварца вполне закономерен: Евгений Львович умел просто и ясно говорить о важных нравственных принципах, об основах бытия.
1965 - Государственный театр юного зрителя Латвийской ССР имени Ленинского комсомола Рига, Латвия. Режиссер Адольф Шапиро, ассистент режиссера А. Астров.
Спектакль рижских тюзовцев получился достаточно полемичным. Эта полемичность, по мнению театрального критика Валерия Стародубцева, буквально во всем: в желании освободиться от сказочности, в выборе режиссером смысловых акцентов в спектакле, в попытке решить пьесу Евгения Шварца приемами эпического театра Б. Брехта.
Так смысловые акценты расставлены в спектакле таким образом, что внимание сосредоточено на нюансах в поведении второстепенных героев, а вот интерес к личности Ученого утрачен. Роль Ученого (артист - Ф. Дейч), по мнению многих, не удалась. Не удалось Дейчу создать образ молодого мечтателя, желающего всех людей сделать счастливыми, непрактичного, незлобивого. Создается впечатление, что артист не понял роли, он только выучил текст. И виной здесь не только молодость и неопытность актера, но и режиссерское невнимание к образу. Ученый, скажем так, сознательно принесен в жертву общему постановочному замыслу.
Образ Аннунциаты, сыгранный артисткой Л. Гусевой, так же далек от шварцевского. У Шапиро мы видим маленькую, наивную двенадцатилетнюю девчонку, вряд ли способную понять масштаб борьбы Ученого с Тенью.
Вызывает сомнение и образ Принцессы (актриса - Л. Шевченко). Это «скорее закаленная в боях на коммунальной кухне воительница, чем замечательная, но пораженная «злокачественным малокровием» изнеженная девушка», которая не оставляет Ученому ни одного шанса в нее влюбиться.
Значительных успехов в создании образа добился актер В. Плют, сыгравший Тень. Им тщательно разработан весь механизм продвижения к власти: обман, лесть, шантаж, угодничество. Очень убедительно его Тень идет к трону. Плют замечательно показал, как меняется поведение Тени по мере «карьерного роста»: он обретает твердость жестов, и в голосе его уже слышится металл. Единственное замечание, названное не одним критиком, это «безразличие к пластике». А ведь это так естественно для человеческой тени, ведь тень пластична от природы.
Без сомнения интересны и образы двух людоедов: элегантный, красивый, известный всей стране светский журналист Цезарь Борджиа (актер О. Водолагин) и хозяин захудалой гостиницы Пьетро (актер В. Жук). Оказывается, это лишь две стороны одной медали, одной людоедской сущности. Но это уже не просто сказочные людоеды, у Шапиро это современные людоеды, для которых съесть человека - не самоцель. Важно сохранить при этом с ними хорошие отношения.
Шварц современен как никто, поэтому излишне «осовременивать» его ни к чему. Отсюда вызывает досаду у зрителей следующий эпизод: Аннунциата рассказывает Ученому о завещании Короля. Ученый с иронией подхватывает последнее слово каждой фразы Аннунциаты. Затем слышатся их рыдания, которые переходят в первые такты «Аве Мария». «К чему это?» - задаются вопросом критики и зрители, ведь у Шварца и без того есть чему посмеяться.
А вот с оформлением ТЮЗу повезло. Атмосферу сказочной страны на сцене создала ленинградская художница М. Азизян. Ее декорации относительно просты. Все три действия проходят при одном и том же заднике, актеры играют на том же станке, но точно поставленный свет, найденные аксессуары, театральная мебель позволяют погрузиться в своеобразие театра Шварца.
Конечно «Тень» рижских тюзовцев - это спектакль контрастов. Порой отстаивая право на собственное видение, молодежный театр увлекается, вступая в сложные отношения с драматургией Шварца, «грешит» неточными режиссерскими разработками некоторых образов, сцен и характеров. Но есть в спектакле и настоящие победы: Ч.Э. Михневич в роль Министра финансов, В. Плют в образе Тени и др.
Желание театра ставить Шварца - это еще один шаг к интеллектуальному философскому театру, так нужного подросткам и молодежи.
1970 - Московский театр юного зрителя, режиссер Павел Хомский.
В 1970 году в МТЮЗе Павлом Хомским был поставлен ряд спектаклей: «Мой брат играет на кларнете», «Наташа», «Мужчина 17 лет», «Эй, ты, здравствуй». Итогом эстетических поисков режиссера является спектакль по пьесе Евгения Шварца «Тень».
По воспоминаниям зрителей, «Тень» поставлена «с праздничной непринужденностью, броско, изобретательно». Специфика детского театра отложила отпечаток на игру актеров.
Так Ученый, которого сыграл А. Ушаков, несколько напоминает мальчишку. Мальчишку по-детски искреннего и отважного, но и по-детски незрелого. Вот Ученый говорит о будущем счастье с Принцессой, а когда Доктор напоминает ему, что вместе с Принцессой он получит и корону, он подобно мальчишке-восьмикласснику, который любит прихвастнуть, не совсем понимая, о чем идет речь, отвечает: «А корону мы отвергнем». А далее Ученый еще более становится похож на мальчишку: при отсутствии доводов лезет в драку. Так, Ученый - Ушаков хватается за пистолет и стреляет в Тень. Исходя из «мальчишеского» образа Ученого, все последовательно и логично, но Ученый Шварца стрелять бы не стал (в пьесе он этого и не делает). У Шварца он ученый, а ученый должен понимать, что стрелять в тень бессмысленно.