Материал: 2161

Одновременно следует отметить, что изменение (увеличение) стимула интенсивности сигнала в определенной степени выразилось в изменении структуры связей со стороны типологических особенностей проявления свойств нервной системы. Это подтверждается следующими данными, полученными нами (табл. 11).

Таблица 11

Связь показателей быстроты с типологическими особенностями проявления свойств нервной системы

Так, время простой двигательной реакции на свет и звук различной интенсивности короче у лиц со слабой нервной системой по возбуждению в сравнении с сильными, однако достоверные различия наблюдаются только во время реакции на сильный световой сигнал. Следует отметить, что на другой выборке испытуемых (r = 33) мы получили отрицательную корреляцию между силой нервной системы, определенной по кривой, полученной в ответ на звуковые сигналы, и временем реакции на сильный звук (r =-0,454, Р < 0,01). Это значит, что при большей силе раздражителя у лиц с сильной нервной системой короче время реакции по сравнению со слабыми. Такое извращение связей силы нервной системы со временем реакции объясняется схемой, поясняющей зависимость величины и быстроты реагирования сильных и слабых от интенсивности раздражителей. Дело в том, что в зоне сильных раздражителей время реакции у слабых увеличи-

146

вается, а для сильных эти величины раздражителей еще оптимальны, и поэтому они реагируют на сигнал быстрее (Н.И.Пейсахов,1974; Н.И. Чуприкова, 1977). Различия во времени двигательной реакции характерны и для лиц, различающихся по внешнему балансу; у лиц с преобладанием возбуждения время реакции короче в сравнении с уравновешенными, однако различия достоверны только при реагировании на сильный свет (см. табл.11). По внутреннему балансу и по подвижности возбуждения определенной тенденции в различиях не выявлено.

Латентное время напряжения (ЛВН) короче у лиц со слабой нервной системой по возбуждению в сравнении c сильными и у лиц с преобладанием возбуждения по внешнему балансу по сравнению с уравновешенными (см. табл.11). Латентное время расслабления (ЛВР) достоверно короче у лип, обладающих инертностью торможения, в сравнении с лицами с достаточно подвижными нервными процессами. В остальных случаях различия не достоверны. Учитывая важность рассматриваемых характеристик НМА для спортивной деятельности, необходимо отметить, что расслабление как функция торможения зависит от типологических особенностей, характеризующих не возбудимые системы, а тормозные. Все это дает основание предположить, что способность быстро на условный сигнал выполнять сокращение обусловлена разными свойствами нервной системы, при этом для сокращения – это свойства, которые характеризуют возбуждение, а для расслабления – торможение. Наличие подобной связи, как отмечает Е.П. Ильин (1979), не случайны, так как ранее было доказано, что степень произвольного расслабления мышц (т.е. снижение их тонуса ниже уровня покоя) выше у лиц с преобладанием торможения по обоим видам баланса.

Определенный интерес представляет сопоставление показателей нервно-мышечного аппарата (ЛВН, ЛВР), тестируемых в вызванном варианте сокращения с типологическими особенностями. Так, ЛВН в вызванном варианте отрицательно коррелирует с подвижностью возбуждения (r=–0,31 при Р < 0,05) и положительно с силой н.с. по возбуждению в зрительном анализаторе (r =0,30), т.е. у лиц подвижных и слабых по возбуждению ЛВН короче. Следует отметить и среднегрупповые различия у лиц, различающихся сильной нервной системой в двигательном анализаторе, при этом у слабых и сильных ЛВН короче в сравнении с лицами со среднесильной нервной системой (0,038, 0,037 м/с, в сравнении с 0,055 при Р < 0,05).

ЛВР в вызванном сокращении коррелирует с внутренним балансом

иКЧСМ (r =0,39; r=0,33, Р< 0,05), т.е. у лиц с преобладанием торможения

именее лабильных короче время вызванного ЛВР. При этом следует отме-

тить корреляцию ЛВР при произвольном и вызванном сокращении: r =0,30 при Р < 0,05. Не вызывает сомнения, что скорость сокращения и особенно расслабления является внешним физиологическим фактором,

147

при этом присутствуют разные мнения – одни считают важным учитывать эти характеристики на этапе совершенствования, другие – и на более ранних этапах. Чаще это касается показателей произвольного сокращения. Так, Г.А. Шувалов (1975) отмечает, что более совершенный механизм расслабления мышц уже вначале систематической тренировки обуславливает повышение спортивных результатов. По Н.В.Высочину (1982), рост квалификации спринтеров от III до I разряда главным образом связано c сократительной способностью мышц, а на этапе от I разряда до МС – в основном за счет повышения скорости расслабления мышц. В другом случае в беге на более длинную спринтерскую дистанцию (400 м и 400 м с барьерами), где существенным является уровень скоростной выносливости, ведущим фактором, определяющим и регламентирующим рост спортивных результатов на всех этапах спринтерскогомастерства, являетсяскоростьрасслаблениямышц.

Одновременно динамика ЛВН и ЛВР (произвольное сокращение) в сопоставлении с типологическими особенностями является информативным показателем эффекта последействия при силовой нагрузке различной интенсивности. Анализируя динамику изменения ЛВР через 24 и 48 часов после интенсивной тренировочной нагрузки, отмечается, что быстрое восстановление происходит у лиц с сильной нервной системой и с подвижностью торможения в сравнении с лицами, имеющими слабость нервной системы и инертность процесса торможения (Р < 0,05). Достоверные различия в быстроте восстановления т/атлетов, различающихся по силе нервной системы (у сильных быстрее восстановление ЛВН), наблюдается по данным изменения в течение 24 ч, а после интенсивной нагрузки – 48 ч. В то время как после объемной тренировочной нагрузки имеющиеся различия в динамике восстановления длительности ЛВР и ЛВН статистически недостоверны (Р> 0,05). Все это дает основание предполагать, что одной из важнейших для спортивной деятельности характеристик движений является динамика расслабления мышц, которая характеризует скорее работу тормозных систем регулирования, чем возбудимых, последние более характеризуют ЛВН (В.А. Сальников,1976). Максимальная частота движений выше у слабых по сравнению с сильными, больше она у подвижных и уравновешенных. В то же время преобладание возбуждения препятствует развитию большей частоты движений. Это отмечается и другими авторами – Е.П. Ильиным, М.Н. Ильиной.

Одновременно частота движений выше у высоколабильных в сравнении с низколабильными, по данным В.А. Щиклейна, и у лиц с подвижностью возбуждения (Е.П.Ильин, М.Н.Ильина). В то время как В. С. Горожанин не нашел достоверных различий по этим свойствам в отношении максимального темпа движений. По мнению Е.П. Ильина (1978), не исключается влияние парциальноти проявлений свойств нервной системы. В другом случае можно связать это с подбором группы.

148

Связь максимальной частоты движений (кистью) с балансом нервных процессов показана М.М. Семеновым, Е.П. Ильиным, М.Н. Ильиной. При этом у уравновешенных максимальная частота была выше в сравнении с лицами, имеющими преобладание возбуждения или торможения. По всей вероятности, средний уровень активации является оптимальным для достижения максимума рассматриваемой функции.

Специфичными оказались связи с типологическими особенностями времени сложной реакции (табл.12). Так, оно оказалось самым большим у лиц со средней силой нервной системы и меньшим – у лиц с сильной и слабой нервной системой. Это, по всей вероятности, объясняется тем, что время сложной реакции складывается из двух компонентов: времени простой реакции и времени центральной задержки. Причем эти два компонента имеют разные связи одного и того же свойства нервной системы: так, центральная задержка длительнее у лиц со слабой нервной системой, чем у лиц с сильной нервной системой. Одновременно наблюдается связь времени центральной задержки с типологическими особенностями по обоим видам баланса, причем связи эти оказались разнонаправленными: наименьшая центральная задержка была у лиц с преобладанием внешнего торможения и внутреннего возбуждения (по внешнему балансу различия достоверные). Выявлено также, что у лиц с подвижностью торможения задержка короче, чем у лиц с инертностью возбуждения, т.е. связи оказались сложнее, наименьшая задержка была у лиц со средней степенью подвижности возбуждения (В.А.Сальников,1981).

Таблица 12

Время сложной зрительно-моторной реакции и центральной задержки у лиц с различными типологическими особенностями

149

Таким образом, приведенные данные показывают, что в большинстве случаев показатели быстроты двигательной деятельности обнаруживают связь с целым комплексом типологических особенностей, которые способствуют проявлению различных сторон качества быстроты. Следовательно, в реальной спортивной деятельности разные скоростные проявления будут зависеть от наличия у спортсменов разных типологических особенностей: выигрывая в одном направлении, например в быстроте реагирования на сигнал, спортсмен может проиграть в максимальной частоте, если у него имеется преобладание возбуждения по внешнему балансу. Подобное можно отметить и в отношении латентного времени напряжения и расслабления мышц: так, выигрывая в скорости расслабления (при наличия инертности торможения), спортсмен может отставать в скорости сокращения.

Скорость спортивных движений и типологические особеннос-

ти. Можно согласиться с Ю.В. Верхошанским (1988), отмечавшим, что скоростные движения отличаются высокой специфичностью физиологического механизма. Существенным фактором, обуславливающим разницу этих движений, является мощность потока импульса со стороны центральной моторной зоны. Не останавливаясь на многочисленных сопутствующих факторах (они достаточно полно представлены у Ю.В. Верхошанского (1988)), рассмотрим взаимосвязи с типологическими особенностями как общими компонентами качества быстроты. Полученные нами данные не дают однозначного ответа о характере взаимосвязей. Эти связи различаются в соответствии с возрастом: так, в 12–13 лет результат в беге на 60 м коррелирует отрицательно с подвижностью торможения (r =–0,486 при Р< 0,01) и силой нервной системы по возбуждению в слуховом анализаторе «наклон кривой» (r =0,344 при Р< 0,05), т.е. инертным и слабым свойственны более высокие скоростные качества. В то время как в 14-15 лет чаще эти связи касаются силы нервной системы по возбуждению в двигательном анализаторе (r =–0,497 при Р < 0,01) и силы нервной системы по возбуждению в зрительном анализаторе (r =–0,568 при Р < 0,01). В этом возрасте уже сильные имеют преимущества в скоростных проявлениях. На уровне среднегрупповых данных выявлены различия в беге на 60 му подростков 15–16 лет, различающихся лабильностью в зрительном анализаторе, при этом у более лабильных выше скорость целостного движения (Р < 0,05). Подобные различия наблюдаются и в литературных данных применительно к высококвалифицированным спортсменам. Так, по данным А.Г. Дрижики, В. Маримьян, Л. Шевцова (1976), скорость и степень концентрированности нервных процессов действительно являются общими типологическими свойствами скоростных способностей спринтеров и барьеристов, так как они имеют существенную связь с максимальной скоростью бега и лучшим спортивным результатом. По Е.П. Ильину (1979), это слабая нервная система по возбуждению и преобладание возбуждения по внешнему балансу.

150