Четвертым источником военной силы было городское ополчение столицы и других полисов Пергамского царства. О.Ю. Климов предполагает, что значительную роль в этих ополчениях играли объединения эфебов и юношей, так как в Пергаме было распространено строительство специальных гимнасий для них, где присутствовала доля боевой подготовки314. Л.П. Маринович, анализируя эпиграфические источники, смогла установить, что процент граждан Пергама в армии государства довольно велик - около 17%315. Мы склонны согласиться с ее мнением, что данное обстоятельство, отличающее Пергамское царство от остальных малоазийских государств, объясняется спецификой его возникновения. Пергам на начальных этапах своего существования был одним из полисов и только позже развился в территориальное государство, поэтому значительная роль граждан столицы в пергамской армии может быть обусловлена именно этим фактом.
Сухопутная армия государства делилась на конницу, тяжелую и легкую пехоту. Верховное командование осуществлялось царями или их ближайшими родственниками. Традиционным вооружением было следующее: шлем афинского типа, панцирь, щит, поножи, копья и мечи.
Пергам также активно использовал военные машины: баллисты, катапульты.
Огромное значение имел флот, который, судя по договору Эвмена c наемными воинами появился еще в конце III в. до н.э., как только Пергамское царство получило выход к морю 319. В пергамский флот входили пентеры, квадриремы, беспалубные корабли, гиппагоги 320, а также грузовые судна. Главным портом государства Атталидов был город Элея.
Однако если рассматривать военно-политическую историю Пергамского царства на протяжении II в. до н.э., мы должны отметить, что несмотря на то, что армия количественно возросла в несколько раз, она не стала серьезной силой, о чем свидетельствуют многочисленные неудачи сухопутных подразделений Пергама во время различных войн. Гораздо успешнее действовал флот, но мы должны признать, что определяющее значение в успехе внешней политики государства Атталидов имел все же не он, а дипломатические способности царей Пергама.
Давая общую характеристику периоду правления Эвмена II и Аттала II, мы не можем не отметить значительных успехов, которых добились эти выдающиеся политические деятели своего времени. Именно за 59 лет их царствования Пергам из маленького государства превратился в одного из основных игроков на мировой арене и распространил свое влияние на весь эллинистический мир. Однако союзнические отношения с Римской республикой, на которых пергамские правители выстраивали свою политику в начале века, после значительного возвышения Атталидов на политической арене влекли за собой и негативные последствия, как для Пергама, так и для всего эллинистического мира. Нейтрализовав с помощью Рима своих основных противников - Македонию и державу Селевкидов, Пергамское царство, тем не менее, не успело достигнуть такого уровня развития, чтобы стать противовесом Риму в Азии. Пергамские правители это осознавали, поэтому даже после охлаждения отношений, стремились не вступать в прямое противостояние с Римом, продолжая поддерживать римлян в тех случаях, когда это прямо не задевало интересы Атталидов. В результате Римская республика осталась единственным центром силы, и больше не стеснялась навязывать эллинистическим государствам свои правила межгосударственных отношений.
3.3 Положение на международной арене, направления внешней политики и ее отличительные черты Понтийского и Вифинского царства во II в. до н.э.
Новый, качественно иной этап в развитии Понтийского царства и его роли в системе международных отношений Средиземноморья начинается во II в. до н.э., когда когда к власти приходит Фарнак I. Несомненно, мы не можем не отметить преемственность задач, которые стояли перед Понтом. Однако общему внешнеполитическому курсу царства пришлось претерпеть существенные изменения, в первую очередь обусловленные появлением на внешнеполитической арене региона нового элемента - Римской республики.
В конце III -- начале II в. до н.э. ситуация в Малой Азии претерпела серьезные изменении: рост могущества Антиоха ЙII, территориальные претензии Вифинии и Пергама, активизация Македонии и ее вмешательство в события региона привели к значительному изменению картины расстановки сил в регионе.
В 216 г. в результате успешных действий против Ахея Антиох III вернул себе Великую Фригию, которая была объектом пристального внимания царей Понта, традиционно считавших область великой Фригии своим наследственным владением. В результате, между крупнейшими царствами Малой Азии началось обострение противоречий. На Фригию претендовали сразу Держава Селевкидов, Пергам, Вифиния и Понт. Ситуация осложнялась стремлением Сирии и Македонии к гегемонии в эллинистическом мире. Также сильнейшие государства восточного Средиземноморья беспокоило все большее влияние Рима в регионе, что добавляло новый элемент в уже существовавший клубок противоречий. В результате на рубеже III--II вв. Прусий I выступил вместе с галатами на стороне Сирии и Македонии против Пергамского царства. Антиох III, готовясь к войне с Римом и ища для этого противостояния союзников, санкционировал расширение вифинской территории: Вифинии была передана Малая Фригия.
Однако эти расчеты царя Сирии не оправдались: в ходе войны с Римом (192-188 гг. до н.э.) Прусий I остался нейтральным321. Римляне в 190 г., обещали Прусию сохранить за ним его владения322. Однако расчет Пруссия не оправдался - по Апамейскому мирному договору 188 г. вся Ликаония, Мисия, Иония, Великая и Малая Фригии были переданы ими Пергаму.
Недовольный таким решением, вифинский царь оккупировал спорные земли, что привело к вифино-пергамской войне 186-183 гг. до н.э323. На стороне Прусия I выступали царь Македонии Филипп V, галатский тетрарх Ортиагон, понтийский царь Фарнак I и карфагенский полководец Ганнибал.
Фарнак I был сыном и преемником Митридата III, однако, время его прихода к власти неизвестно. Для вступления на престол Фарнака I может быть выбрано два критерия. Первый -- война Пергама и Вифинии, которая, согласно последним датировкам, началась в 186 г., если принимать во внимание политическую ситуацию в Азии в то время.
Второй критерий - надпись из Телмесса, датированная 184 г. до н.э. В ней царь Эвмен назван победителем Прусия, Ортиагона, галатов и их союзников, среди которых был и понтийский царь Фарнак I.
Во время войны 186-184 гг. до н.э., в которой Пергам разбил вифинские войска, царь Понта поддерживал Прусия I с самого начала кампании327. Союз Понта и Вифинии был обусловлен тем, что Вифиния находилась в сопернических отношениях с Пергамом, которому была передана Великая Фригия. Понтийскому правителю, лелеявшему мечту о возвращении владений во Фригии, было выгодно вступить в союз с Пруссием. Однако союз Вифинии и Понта распался. По результатам войны спорная территория переходила во владение к Пергаму, а Пруссию по договору пришлось передать Эвмену еще и часть вифинских земель. Помимо этого Пергам получал еще Галатию.
В результате деятельности Т. К. Фламинина, Риму удалось вернуть Вифинию в число союзников328. В этих обстоятельствах Фарнак I уже не мог рассчитывать на возвращение Фригии и Галатии дипломатическим путем. Дело усугублялось еще и сближением Пергама и Каппадокии, что позволило государству Атталидов окружить Понт со всех направлений.
Это стало толчком к переходу Фарнака к достижению целей открытыми военными действиями. Причины войны 183-179 гг. до н.э. в первую очередь заключались в стремлении Понта остановить расширение владений Пергама и Вифинии и желании возвращения земель, исторически принадлежавшие династии Митридатидов - Фригии и Галатии329. На восточных границах аннексия земель рассматривалась как дело второстепенное.
Захват Синопы в 183 г. до н.э. вызвал недовольство Родоса 331. Между Родосом и Пергамом были серьезные разногласия, что впоследствии позволило Фарнаку удержать Синопу, которая не интересовала Пергам, жаждавший ослабления родосцев.
Из описания Полибием хода переговоров Рима с послами воюющих сторон создается впечатление, что действия Рима были направлены на затягивание войны332, а Фарнак пытался этим воспользоваться.
Через два года после начала войны было заключено перемирие, одним из главных условий которого был отвод войск. Фарнак, видя стремление Рима затянуть войну и ослабить положение Атталидов, пошел на передышку с целью консолидации сил для решающего наступления. Фарнак послал одно войско в Галатию, а сам решил вторгнуться в Каппадокию. Синопа, Тий и Пафлагония находились в руках Фарнака, Галатия также присоединилась к Понту. На стороне Фарнака готовился выступить Селевк IV, но не решился, опасаясь гнева Рима.
Пергамцы выступили в Галатию, где союзники Понта перешли на сторону Атталидов. Эвмен и Аттал начали преследовать понтийцев и соединились с войском Ариарата IV. Перевес явно стал клониться на сторону союзников, когда прибыли римские легаты "для замирения воюющих".
По просьбе Эвмена и Ариарата римские легаты склонили Фарнака на переговоры. Чувствуя потворство римлян, Фарнак хотел добиться своих целей, несмотря на то, что союзники готовы были на любые его условия ради заключения мира 335. После 188 г. позиция Рима по отношению к Пергаму и другим восточным союзникам стала более жесткой, поскольку римляне опасались усиления пергамских царей. Нежелание допустить сближения Понта и Македонии толкало римскую дипломатию на одобрение агрессии Фарнака, что находило отражение в стремлении предотвратить его военное поражение.
Когда после срыва переговоров война возобновилась, то союзники без помощи римлян сумели разбить Фарнака. Понтийский царь был застигнут врасплох, понес жестокие потери и вынужден был подписать в 179 г. до н.э. мирный договор.
После войны 183-179 гг. Фарнак от жесткой политики перешел к дружественным связям с греческими городами. Это явилось следствием переноса столицы в Синопу, которая имела обширные контакты с эллинскими полисами Причерноморья и Восточного Средиземноморья, а также поражения Фарнака в войне. С помощью городов царь рассчитывал восстановить свой престиж, подорванную войной экономику и торговлю.
О переходе Фарнака к филэллинской политике свидетельствует афинский декрет, поставленный на Делосе при архонте Тихандре. О том, что царь Понта стал проводником филэллинской и филороманской политики, свидетельствуют также декрет из Одесса и двусторонний договор Фарнака с Херсонесом, который предписывал соблюдать дружбу с Римом.
Таким образом, во второй четверти II в. до н.э. политика Понта стала более лояльной Риму. Это выразилось в отходе от прежней жесткости по отношению к греческим полисам и в переходе к филэллинской политике, которую еще активнее претворяли в жизнь Митридат IV Филопатор Филадельф и Митридат V Эвергет, преемники Фарнака на понтийском престоле.
Митридат IV Филопатор Филадельф продолжил тенденцию к филэллинской и филороманской политике. Взойдя на престол, Митридат IV отплатил Риму за поддержку, заключив с ним договор о дружбе и союзе.
Выход Понтийского царства на восточносредиземноморскую арену при Фарнаке был тесно связан с захватом Синопы, превращением ее в столицу, опорой на другие греческие полисы причерноморского побережья. Новый царь отказался от вооруженной борьбы и стремился достичь внешнеполитически целей дипломатическими путями.
Во время войны Аттала II и Прусия II в 156--154 гг. Митридат IV поддержал Аттала337. Союз между Понтом и Пергамом стал возможен после того, как Митридат IV был объявлен «другом и союзником» римского народа338. Сближение с Римом способствовало установлению союзнических отношений с Пергамом. Это было возможно только при отказе от попыток силовым путем захватить владения Пергама во Фригии и Галатии.
Война 156-154 гг. до н.э. началась с захвата Пруссием II пергамских владений в Галатии, Мисии и Фригии. Аттал II обратился за помощью к союзникам - Ариарату V Каппадокийскому и Митридату IV Понтийскому. Заинтересованность Митридата IV в результате войны Аттала II и Прусия II свидетельствует, что Понт по-прежнему пристально следил за положением во Фригии и Галатии.
Время и обстоятельства смерти Митридата IV неизвестны.
Первой самостоятельной акцией Митридата V была отправка в 149 г. до н.э. на помощь римлянам нескольких военных кораблей 339. Вся последующая деятельность Митридата V Эвергета была направлена на проведение проримской политики. Для этого он использовал связи Понтийского царства с греческими полисами Восточного Средиземноморья. Митридат V регулярно делал подарки греческим городам и храмовым общинам.
Покровительство ведущим греческим полисам и святыням было возведено в Понте в ранг государственной политики. Как следствие, после перехода к такой политике, межполисные отношения Северного и Южного Причерноморья стали налаживаться. Митридат V Эвергет расширял торгово-экономические контакты.
Причину столь выраженного грекофильства понтийской знати следует видеть в стремлении получить выгоды от торговой деятельности эллинов в Средиземноморье и Причерноморье. Одновременно поддержка греческой культуры должна была обеспечить поддержку царской власти со стороны зажиточных людей полисов. Что вело к более прочным связям с римлянами, игравшими всё возрастающую роль в Восточном Средиземноморье.
Митридат V пытался через союз с Римом добиться прав на наследственные земли. После того, как в 133 г. Аттал III, царь Пергама, в состав которого входила эта область, завещал свое царство Риму, его брат Аристоник поднял восстание. Среди поддержавших римлян эллинистических правителей них были царь Никомед II Вифинский, Ариарат V, царь Каппадокии, Пилемен И, царь Пафлагонии, и МитридатУ Эвергет340. В 130 г. до н.э. восстание Аристоника было подавлено. В 129 г. до н.э. по решению римского сената Митридат получил Великую Фригию341. Однако на эти земли претендовал и царь Вифинии Никомед II.