Следующей внешнеполитической акцией Эвмена II стало сближение с Каппадокией. Союз был скреплен династическим браком - правитель Каппадокии Ариарат IV выдал за Эвмена II свою дочь Стратонику.
Столь резко усилившееся влияние Пергамского царства в Малой Азии и дальнейшая активная политика Эвмена II привели к недовольству других анатолийских монархий. Самой радикально настроенной оказалась Вифиния, соперничающая с Пергамом еще со времен Первой Македонской войны. Предлогом к началу войны послужила спорная территория - Миссия, которую римляне пообещали отдать Вифинии, а в конечном итоге передали государству Атталидов. Активные вооруженные действия начались в 184 г. до н.э., когда Вифинские войска, поддержанные Македонией и галатами281, захватили Кион и Теон и начали угрожать Гераклее и Кизику. Боевые действия велись с переменным успехом и в итоге конфликтующие стороны передали дело на рассмотрение Риму, в результате чего спор был решен в пользу Пергама, который получал не только спорную Миссию, но и часть Вифинии, а также выходящий к Понтийскому царству город Тион.
Поворот в отношениях с Римом обозначился в ходе следующей войны Эвмена II, которую он в союзе с Вифинией, Каппадокией и южной Пафлагонией вел против царя Понта Фарнака I. Римская республика в ходе данного конфликта заняла выжидательную позицию, что заставило союзников справляться своими силами. В 179 г. до н.э. армии Фарнака было нанесено тяжелое поражение, вскоре за ним последовало мирное соглашение 283. По нему Фарнак I выплачивал союзникам контрибуцию в 1200 талантов (из которых 300 талантов шли персонально Эвмену II).
Данный конфликт показал качественное изменение в расстановке сил в данном регионе. Пергам стал проводить уже независимую от Рима политику. Хоть Эвмен II и подчеркивал своим обращением в Сенат проримскую направленность своей внешней политики, это было лишь внешним проявлением, так как наткнувшись на недвусмысленное нежелание римлян вступать в противостояние с Понтом, государство Атталидов все равно провело выгодную для себя политическую акцию, укрепив собственное положение в Малой Азии, сблизившись с Вифинией и налаживая дальнейшие связи с Каппадокией.
Следующим внешнеполитическим успехом Эвмена стало установление дружественных отношений с Сирией в лице Антиоха IV, которому Пергамский царь помог утвердиться на троне.
Следующим поворотным моментом в пергамской внешней политике стало начало Третьей Македонской войны 171-168 гг. до н.э.. В ходе этой войны противоречия между Римом и Пергамским царством все усиливались. В результате инцидента с тайными переговорами Эвмена II и македонского царя Персея отношения между Пергамом и римской республикой оказались на грани разрыва. Хотя ситуация была разрешена, подозрительное отношение к Эвмену осталось до конца его жизни. Показательной была также и неоднозначная деятельность римских послов в тот момент, когда отсутствием большей части войск в Малой Азии воспользовались галаты и напали на некоторые греческие полисы.
Примечателен тот факт, что римляне в некоторой степени опасались дипломатического таланта Эвмена II, что иллюстрирует следующий, описанный Полибием случай. Удостоверившись, что выступления его брата Аттала касательно «галатской проблемы» не возымели в Сенате должного действия, в 167 г. до н.э. Эвмен II принял решение самостоятельно съездить в Рим и выступить перед сенаторами. Однако до пункта назначения пергамский царь не доехал - в порте Брундизий. римский квестор сообщил Эвмену, что Сенатом было принято постановление, согласно которому царям запрещается въезжать в Рим.
Следующим откровенно недоброжелательным действием римлян по отношению к Пергамскому царству стало принятое в 166 г. до н.э. по ходатайству галатских послов решение о независимости области галатов от Пергама 288. Однако, несмотря на практически открытое противодействие Рима, Эвмену II удалось сохранить большую часть влияния на эту область. Пергамский царь в очередной раз доказал действенность невоенных методов внешней политики - тесные дипломатические связи и многочисленные дары храмовой общине Пессинунта позволили Эвмену II сохранить контроль над Галатией.
Надо отметить, что это был не единичный случай использования религии во внешней политике пергамскими царями. В какой-то степени это можно признать специфической чертой их внешней политики - завоевывая все больший авторитет и влияние в эллинистическом мире, Атталиды старались военные достижения подкреплять культурными. Как мы уже говорили в первой главе, религиозный фактор имел значительное влияние в эллинистическом мире. Особое место, помимо общепочитаемого храма Аполлона в Дельфах, имело общество технитов Диониса, которые имели известность не только в своем полисе, но и далеко за его пределами. Техниты привлекались многими царями и полководцами для организации игр и праздников по поводу побед - их услугами пользовались Филипп II, Антигон290, Лукулл291. Большое значение имел региональный филиал этого культа в Малой Азии - союз технитов Диониса Ионии и Геллеспонта. Династия Атталидов оказывала значительную поддержку этому союзу.
Это обуславливалось тем, что уже при Аттале I, была провозглашена версия происхождения династии от бога Диониса. Поэтому покровительство пергамскими царями этого культа было закономерно. В царствование Эвмена II на основе технитов Диониса и из их же числа стал формироваться культ династии Атталидов. Делами этого культа занимался некий Кратон, сын Зотиха 292. Деятельность союза, получившего название коллегия Атталистов, к сожалению, известна нам весьма смутно. Единственное, что можно сказать в точности, это то, что Кратон и подотчетное ему ведомство делали «все, относящееся к чести и славе для Диониса, и для других всех богов и для царей, цариц и братьев царя Эвмена 293 ». Коллегия Атталистов, созданная при Эвмене II продолжала свою деятельность и при его преемнике - Аттале II, сведения о ней исчезают лишь с аннексией Пергамского царства Римом.
Эти союзы и коллегии занимались прославлением Диониса и царского дома Пергама, занимались распространением этих культов за пределами царства Атталидов. Еще одним деянием Эвмена II в области культурной политики стало учреждения праздника Никефорий в честь Афины Никефоры, храм которой покровительствовал Пергаму. Атталид приложил немало усилий, чтобы сделать этот праздник общегреческим и преуспел в своем начинании.
Помимо этого, при Эвмене II активно развивается строительство в самом Пергамском царстве. Именно в его правление был возведен знаменитый алтарь Зевса, призванный увековечить многочисленные победы Эвмена. Большие средства выделялись на строение храмов, гимнасий, театров. Активно пополнялось собрание Пергамской библиотеки, что, в конце концов, даже спровоцировало династию Птолемеев, раздраженную тем фактом, что у Александрийской библиотеки появился конкурент, запретить вывоз папируса за пределы страны.
Однако конец царствования Эвмена II оказался богат на проблемы. Пергам беспокоили ухудшающиеся отношения с римской республикой, которая все более недоброжелательно относилась к государству Атталидов. Критической точкой стал инцидент, когда Сенатом были отправлены в Малую Азию послы с целью слушать жалобы полисов на царя Эвмена II. Осложняло ситуацию и то, что в это же время умерли правители Сирии и Каппадокии, бывшие верными союзниками Пергама, в этих государствах сложилась напряженная обстановка.
Эвмен II умер в 159 г. до н.э. передав власть своему брату Атталу II. Искушенный в управленческих и военных делах, тот деятельно принялся за решение возникших в середине II в. до н.э. проблем. Среди них можно выделить следующие направления: сохранение союзнических отношений с Сирией и Каппадокией, сглаживание противоречий с Римской республикой, урегулирование конфликта с Вифинией.
И.П. Вейнберг придерживался мнения, что Аттал II проримски настроен и с его восшествием на престол Пергам потерял львиную долю своей независимости, действуя исключительно в фарватере римской политики 296. Мы склонны придерживаться другой точки зрения. Тот факт, что Аттал II старался сохранить союзнические отношения с Римом, не поддается сомнению, однако его политика по отношению к Каппадокии и Вифинии показывает, что в первую очередь новый царь заботился о собственных интересах, защищая которые он действовал ии вразрез с постановлениями римского сената.
Первым на что обратил внимание Аттал II,стала сложившаяся после смерти Ариарата IV ситуация в Каппадокии. Там развернулась борьба за престол между двумя претендентами - Ороферном, которого стал поддерживать новый сирийский царь Деметрий I Сотер, и Ариаратом V. Пергамский царь поддержал последнего и помог Ариарату V изгнать соперника и утвердиться на престоле297. Атталид пошел на этот шаг вопреки решению Рима о разделе Каппадокии между двумя царями. Тем не менее, это решение было выигрышным - оно обеспечило Аттала II надежным союзником, который поддерживал пергамскую политику в дальнейшем.
Следующей проблемой, требующей немедленного решения, стало вторжение вифинских войск на территорию царства Атталидов. Вифинцам удалось продвинуться далеко вглубь Пергамского царства, по пути разграбляя храмы и святилища298. В ходе этого конфликта Рим в очередной раз показал свое недоброжелательное к Пергаму отношению - когда Аттал II послал в сенат своего посла с жалобой на происходящее, римляне никак на это вопиющее нарушение границ не отреагировали299. В очередной раз осознав, что помощи от Римской республики ждать не следует, Аттал II, заручившись поддержкой более постоянных и надежных союзников - Каппадокии, Кизика и Родоса, смог установить контроль в Пропонтиде, после чего нанес удар по Вифинии. Рим вмешался, только когда стало ясно, что Прусию II не избежать разгрома. По настоянию римских посланников в 154 г. до н.э. Вифиния выплатила Пергаму гораздо более скромную суму, нежели в случае окончательного разгрома, после чего конфликт вроде бы был исчерпан.
Закономерным было то, что Аттал II остался недоволен данным исходом, да и проблема агрессивно настроенной Вифинии, угроза очередной войны с которой дамокловым мечом висела над спокойствием пергамских владений также не способствовала уходу от этого направления внешней политики. Поэтому, эффективна, Аттал II решил использовать ее в аналогичных случаях. Чтобы избавиться от Пруссия II, добрососедские отношения с которым казались маловероятными, Аттал II решил сделать ставку на его сына Никомеда, который был отослан в Риме и постепенно стал набирать влияние. Воспользовавшись организованным Пруссием II и обернув его против него же, Аттал II помог Никомеду занять вифинский престол, после чего между Пергамом и Вифинией, наконец, установились дружественные отношения.
Следующей «жертвой» жажды Аттала II «дружить домами» стала держава Селевкидов и ее царь Деметрий I. Узнав, что помимо несговорчивого Деметрия на сирийский трон претендует лояльный Пергаму Александр Балас, сын Антиоха V, пергамский царь развернул очередную кампанию по смене власти. После того, как юный Александр заручился разрешением сената на попытку отвоевать трон, Аттал II предоставил заговорщикам город Эфес, а после присоединился к набранному Баласом войску наемников301. В 150 г. до н.э. Деметрий был разбит, а Аттал II приобрел еще одного верного союзника в лице сирийского царя.
Урегулировав отношения со своими союзниками и бывшими врагами, Аттал II приступил к устранению взаимного непонимания, установившегося после Апамейского мира между Римской республикой и Пергамским царством. Несмотря на то, что царство Атталидов больше не было маленьким и слабым государством, а располагало уже достаточно мощной армией и флотом и имело множество союзников, его правители осознавали, что в случае прямой конфронтации с Римом они мало что смогут ему противопоставить. Примеры бесславных разгромов Македонии и Сирии все еще были живы в памяти эллинистических царей. Более того, в случае войны с Римом на союзников также рассчитывать не стоило, так как к середине II в. до н.э. римляне успели прочно утвердиться в эллинистическом мире, и добровольно ввязываться в конфликт с ними никто в здравом уме не пожелал бы. Поэтому нет ничего удивительного, что несмотря на все антипергамские акции сената, Аттал II стремился при любом случае, не противоречащим его интересам, показать, что он по-прежнему является «верным другом и союзником римского народа.»
Поэтому, в 149-147 гг. до н.э. в ходе Четвертой Македонской военные силы Пергама активно оказывали поддержку римлянам. В дальнейшем, Аттал II продолжал поддерживать Римскую республику в ходе прокатившихся по Малой Азии антиримских восстаний, стараясь, однако, при этом не упустить собственной выгоды. Так, в ходе разгрома восстания в Коринфе, в качестве военной добычи Пергаму досталось несколько ценнейших произведений искусства.
Аттал II полностью продолжил политику своего брата в области культуры и религии, продолжая выделять на развитие этой области значительные средства. Скончался он на 82 году жизни в 138 г. до н.э., после чего на трон Пергамского царства взошел последний представитель династии Атталидов - Аттал III.
В правление Эвмена II и Аттала II окончательно сложилась организация пергамских армии и флота. По версии О.Ю. Климова в этот период времени армия Пергама состояла из следующих частей: отрядов наемников, военных поселенцев (катеков), граждан столицы и других городов и отрядов, набиравшихся из малоазийского населения 304. Судя по данным источников, вплоть до Апамейского мирного договора армия Пергама была немногочисленной и состояла, скорее всего, преимущественно из наемников. Так, во время Македонских войн ни у Полибия, ни у Тита Ливия, ни у Аппиана нет сведений, где пергамский царь предоставлял отряды более 2-3 тысяч 305. После значительного территориального роста увеличивается и армия Пергама - в 171 г. до н.э. Пергам отправил для войны с Персеем уже 6 тысяч воинов.
Условия службы наемников были рассмотрены в предыдущей главе, поэтому перейдем сразу к анализу второй составляющей пергамской армии - катеков. Исследователи отмечают, что информации по устройству военных поселений Пергама недостаточно, однако что-то можно реконструировать по аналогии с другими государствами, в частности, державы Селевкидов 307. Внутренняя организация этих поселений отличалась от полисной, но имела черты общинной организации 308. Во главе такой общины стоял стратег. Катекам в государстве Атталидов предоставлялись земельные наделы (клеры), за пользование которыми они обязаны были нести военные повинности309. Размер наделов зависел от категории поселенца: первая категория получала 100 плетров310 земли и 10 плетров виноградника, вторая - ровно в два раза меньше. Кроме военных обязанностей катеки должны были также платить налоги.
Пергамские цари также привлекали к службе в армии местное население, наравне с державой Селевкидов, где это было широко распространенная практика 312. В случае необходимости набор производился в малоазийских поселениях, после похода эти солдаты возвращались домой. Однако точной информации о том, были ли это повинности местного населения или их привлекали к службе в качестве наемников, в источниках не имеется.