Материал: Ширяева Т.И. Концептуальные основы участия юридического лица в качестве потерпевшего

вольно определять момент признания лица гражданским истцом по уголовному делу представляется необходимым совершенствование правового регулирования данного аспекта посредством указания

вч. 1 ст. 44 УПК РФ на незамедлительность оформления данного решения соответствующим процессуальным актом. Реализация данного предложения приобретает особую значимость в условиях возможности заявления гражданского иска не только непосредственно потерпевшим, но и иными лицами в интересах потерпевшего. По отношению к юридическому лицу такая ситуация может возникнуть, например, в случаях введения конкурсного управления в рамках процедуры несостоятельности (банкротства).

Отметим, что в п. 8 ч. 4 ст. 44 УПК РФ предусмотрено право гражданского истца иметь представителя. Следует также учитывать, что потерпевший и гражданский истец являются разными участниками уголовного судопроизводства, поэтому в случае признания юридического лица гражданским истцом по уголовному делу считаем необходимым предусмотреть в УПК РФ обязательность участия

вуголовном деле его представителя. Для допуска представителя гражданского истца к участию в уголовном судопроизводстве необходимо вынесение соответствующего постановления. Если в уголовном деле имеются документы, уполномочивающие представителя потерпевшего юридического лица заявлять и поддерживать гражданский иск в уголовном судопроизводстве, предъявления дополнительных документов на представление интересов юридического лица как гражданского истца в уголовном судопроизводстве не требуется. При отсутствии же в уголовном деле подтверждения наделения представителя потерпевшего юридического лица данным полномочием для признания его представителем гражданского истца требуется представление документов, наделяющих его (либо иное лицо) указанными полномочиями.

Данные положения необходимо закрепить в уголовно-про- цессуальном законе, внеся в него соответствующие изменения1. Кроме того, для изменения исковых требований или полного отказа

1Предметом настоящего издания является правовой статус потерпевшего юридического лица в уголовном судопроизводстве, в связи с чем представляется возможным ограничиться рассмотрением лишь общих условий признания юридического лица гражданским истцом и его правового статуса.

136

от гражданского иска представителем юридического лица также необходимо предоставить документы, подтверждающие наличие у него соответствующих полномочий (аналогичных указанным нами для наделения правом заявления гражданского иска).

Следующим подлежащим рассмотрению правом потерпевшего является отнесенное нами к материальным право на примирение с обвиняемым. Примирение потерпевшего с обвиняемым нашло свое выражение в уголовно-правовом институте освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим (ст. 76 УК РФ) и в соответствующем ему уголовно-процессуальном институте прекращения уголовных дел в связи с примирением сторон (ст. 25 УПК РФ). Однако нормативная регламентация указанных институтов в российском законодательстве не в полной мере позволяет их реализовывать1. На необходимость более подробной регламентации примирительных процедур в уголовном процессе неоднократно указывалось в юридической литературе2, однако данный вопрос до настоящего времени так и не нашел разрешения. Поэтому разработка процедуры примирения по уголовным делам, по которым потерпевшими являются юридические лица, – одна из задач настоящего научного издания.

Из буквального толкования ст. 25 УПК РФ следует, что ее применение возможно только при наличии определенных обстоятельств (условий): во-первых, признание юридического лица потерпевшим; во-вторых, совершение в отношении него преступления небольшой или средней тяжести; в-третьих, подозреваемое или обвиняемое в совершении преступления лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред; в-четвертых, наличие

1Более подробно см., напр.: Залозный А. В. О некоторых вопросах законодательной регламентации диспозитивных начал уголовного права // Рос. юстиция. 2007. № 9. С. 54.

2См., напр.: Воскобитова Л. А. Судебная власть и медиация. Идеи восстановительного правосудия // Юридические аспекты конфликтологии: сб. ст. / под общ. ред. И. В. Петровой. Ставрополь, 2000. С. 198–199; Воскобитова Л. А. Сущностные характеристики судебной власти. Ставрополь, 2003. С. 57; Рубинштейн Е. А. Нормативное регулирование института прекращения уголовных дел в связи с примирением сторон: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2004. С. 66; Шумский Г. А. Возможности использования медиации при прекращении уголовного дела (ст. 9 УПК РСФСР) // Юридические аспекты конфликтологии: сб. ст. / под общ. ред. И. В. Петровой. Ставрополь, 2000. С. 203–207; и др.

137

заявления о прекращении уголовного преследования в отношении такого лица.

В статье 25 УПК РФ определено, что основанием для принятия судом, а также следователем с согласия руководителя следственного органа или дознавателем с согласия прокурора решения о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон является заявление потерпевшего или его законного представителя. Из чего следует, что необходимым условием реализации института прекращения уголовного дела в связи с примирением сторон является наличие такого участника уголовного процесса, как потерпевший. То есть до момента признания пострадавшего от преступления юридического лица потерпевшим примирение сторон в уголовном процессе является неосуществимым.

Таким образом, возможность лица, пострадавшего от преступления, осуществить акт примирения с лицом, совершившим данное преступление, и тем самым восстановить свои нарушенные права напрямую зависит от момента признания его потерпевшим. Несвоевременное признание юридического лица потерпевшим может повлечь ограничение доступа его к достижению акта примирения1. Ущемления права юридического лица на примирение, связанные с несвоевременным его признанием потерпевшим (непризнанием таковым вообще), имеют место и в правоприменительной практике. Так, по одному из изученных уголовных дел было установлено, что МОУ школе-интернату № 9 г. Ярославля был причинен имущественный вред, при этом потерпевшим на стадии предварительного расследования участвовала сотрудница, действовавшая на основании доверенности, оформленной от имени директора школыинтерната № 9. В суде же в качестве представителя указанной школыинтерната в процессе выступило иное лицо (документы, подтверждающие его полномочия на это, в уголовном деле отсутствуют). В ходе судебного заседания от данного лица поступило заявление о прекращении уголовного дела в отношении К. в связи с примирением, в котором указано, что претензий к К. не имеется. После чего данное лицо было признано потерпевшим по уголовному делу,

1 На это неоднократно обращалось внимание в научной процессуальной литературе. См., напр.: Абабков А. В. Указ. соч. С. 63–66; Василенко Н. Н. Указ. соч. С. 121; Танцерев М. В. Указ. соч. С. 10–11; и др.

138

и вынесено решение о прекращении уголовного преследования в отношении К. в связи с примирением с потерпевшей1.

Условием, необходимым для прекращения уголовного дела в связи с примирением сторон, согласно ст. 25 УПК РФ, является то, что лицо, подозреваемое или обвиняемое в совершении преступления, примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред. Примирение сторон в уголовно-процессуальном праве принято относить к процедуре восстановительного правосудия2.

Возможность освобождения от уголовной ответственности регламентируется не только ст. 25 УПК РФ, но и ст. 76 УК РФ. Поэтому вопрос о понятии примирения является дискуссионным не только в теории уголовно-процессуального, но и в теории уголовного права. Традиционно в теории уголовного права понятие «примирение» трактуется как односторонний отказ потерпевшего от привлечения лица, совершившего преступление, к уголовной ответственности3. В теории уголовно-процессуального права также существует мнение о достаточности одностороннего волеизъявления со стороны потерпевшего для освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением сторон4. Однако подобное понимание характерно для дел частного обвинения, где потерпевший распоряжается судьбой уголовного дела, и его волеизъявление обязательно для должностных лиц. При прекращении же уголовных дел частнопубличного и публичного обвинения в связи с примирением сторон доминирует принцип публичности уголовного судопроизводства, так как здесь волеизъявление сторон не влечет обязанности должностных лиц прекращать уголовные дела. Решение зависит от усмотрения должностных лиц, которые, в свою очередь, вправе при-

1 См.: Уголовное дело № 1-51/07 // Архив Заволжского районного суда г. Ярославля.

2См.: Василенко Н. Н. Указ. соч. С. 104. Более подробно о восстановительном правосудии см.: Головко Л. В. Альтернативы уголовному преследованию в современном праве. СПб., 2002; Воскобитова Л. А. Указ. соч.; и др.

3См., напр.: Аликперов Х. Д. Преступность и компромисс. Баку, 1992. С. 132; Келина С. Г. Освобождение от уголовной ответственности как правовое последствие совершения преступления // Уголовное право: новые идеи / отв. ред. С. Г. Келина, А. В. Наумов. М., 1994. С. 72; Наумов А. В. Российское уголовное право. Общая часть: курс лекций. М., 1996. С. 452–454; и др.

4См., напр.: Марфицын П. Г. Прекращение уголовного дела в связи с примирением спотерпевшим //Законодательствоипрактика. Омск, 1999.№ 2 (3).С.37;идр.

139

нять его только при наличии обоюдного (двустороннего) решения о примирении; и, если одна из сторон возражает против примирения

сдругой стороной, то должностные лица не вправе принять решение о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон. Здесь следует согласиться с Л. В. Головко, который замечает, что примирение «является не иначе как обоюдным волеизъявлением сторон, т. е. оно никогда не носит одностороннего характера. Если потерпевший выражает стремление к примирению, пусть даже облеченное в процессуальную форму заявления о прекращении уголовного дела, а его оппонент по делу против этого, в такой ситуа-

ции примирения нет, и соответственно дело не может быть прекращено ни по ст. 25 УПК РФ, ни по ст. 76 УК РФ»1.

Аналогичной точки зрения придерживаются и другие ученыепроцессуалисты. Так, Н. Н. Василенко считает, что «примирение все же следует понимать как обоюдный, двухсторонний акт участ-

ников криминального конфликта, мотивы достижения которого могут быть самыми различными»2.

Л. В. Головко под примирением понимает «обоюдное воле-

изъявление сторон, направленное на устранение конфликта, порожденного преступлением»3. Л. Н. Лянго под примирением понимает «осознанное, волевое решение лица, совершившего преступление, и потерпевшего (либо его законного представителя), выработанное их совместными усилиями и прекращающее конфликтный характер их отношений на основе взаимных уступок, имеющее в качестве

последствий прекращение уголовного дела в случаях и порядке, предусмотренных законом»4.

На основании изложенного можно сделать вывод, что под примирением сторон в уголовном процессе при участии в качестве потерпевшего юридического лица следует понимать обоюдное решение потерпевшего в лице руководителя организации и обвиняемого поуголовного делу об устранении последствий преступления и отсут-

1Головко Л. В. Прощение долга при прекращении уголовных дел по нереабилитирующим основаниям // Законодательство. 2000. № 5. С. 23.

2Василенко Н. Н. Указ. соч. С. 111.

3Головко Л. В. Указ. соч.

4Лянго Л. Н. Проблемы прекращения уголовного дела в связи с примирением

спотерпевшим: автореф. дис. … канд. юрид. наук. Волгоград, 2000. С. 8.

140