Материал: Pavlov_A_V__Ponomarenko_E_V_Sovremennye_probl

Сегодня общественное сознание активно ищет и формирует новую идеологию, способную объединить общество. Формирует не осознанно и не целенаправленно, идея должна подняться «снизу», если она будет спущена «сверху», с нею произойдет то же, что с коммунизмом. Идея складывается в жизни, по крайней мере, трех поколений. Главное же требование, которое предъявляется будущей идеологии, что ожидается от нее - она должна быть такой же разветвленной и теоретичной, как и советская. Нужна не просто новая идеология, и уж тем более, не размытые идеалы, нужна теория, придающая идеалам отчетливо зримый облик.

Поиски идут в разных направлениях: от старого позитивизма и коммунизма до православия, восточных культов, язычества, оккультизма Е.Блаватской и новых мистических озарений. На помощь привлекаются и досоветская философия России, и даже такие, явно бесчеловечные, антигуманные идеологии, как нацистская и расистская.

Каждая социальная группа предлагает свое мировоззрение как общую систему ценностей: чиновники, «силовики», предприниматели, «олигархи», «независимые политики», пенсионеры, журналисты, «бюджетники», рабочие, молодежь, литераторы и т.д. Каждый бежит к общей Вавилонской башне со своим краеугольным камнем, стараясь, при этом, выбить камень, только что заложенный соседом.

Но все эти «программы» обосновываются средствами строгой логики и принимают концептуальную форму, они как бы копируют естественную науку и привычный диалектический материализм, беря их за образец. И все эти программы тяготеют к одному центру: основной идеей России является сама Россия, различие же между программами состоит в разном понимании того, что такое Россия. Поэтому между ними сегодня идет острый, временами доходящий до конфликта диалог, в котором интегральный образ России уже начинает проступать из тумана.

Растерянность ведет к переосмыслению понятия о Миссии. Еще недавно она была Великой Исторической Миссией Советского Народа, состоявшей в строительстве коммунизма, в особом российском понимании жизни и распространении этих взглядов на весь мир. Это была миссия освобождения «угнетенных народов» и пролетариата всех стран. Советскую идеологию не смущало нежелание пролетариата освобождаться по-советски, как не смущало в XIX веке англичан и французов нежелание Османской империи, Африки или Индии европеизироваться. Теперь же эта Миссия потеряла смысл.

Тем не менее, утрата старой Миссии не ликвидирует мессианский характер современной России. Новая российская Миссия, на мой взгляд, сегодня состоит в активном экзистенциальном диалоге со всеми без исключения культурами и цивилизациями. Диалог ведется, конечно, для выживания России, но не в качестве отсталой страны, и даже не как великой державы, а в качестве культуры, имеющей общечеловеческое значение и в качестве государства, равноправного с другими.

Сегодня Россия соединяет, пока только в своей культуре, ценности всех основных цивилизаций: Европы, Северной Америки, Арабского мира, Китая, Индии и т.д. Она ведет внутренний диалог, все больше распространяя его на другие, на внешние культуры. Есть надежда, что эта миссия ей удастся и она сумеет стать узлом, связывающим мировые цивилизации в одно целое, предоставив каждой право быть самой собой.

С.Хангтингтон выпустил книгу «Столкновение цивилизаций». Он многое описал вполне правдоподобно. Сомнение вызывает пафос книги, вольно или невольно говорящей о неизбежности такого столкновения и нацеливающий Запад на жесткую оборону. Между тем, культура создается людьми, и она становится такою, каковы ее творцы, каковы ценности создающих ее людей. Поэтому конфликт цивилизаций неизбежен только для тех, кто его провоцирует и сам является носителем и источником такого конфликта.

Межцивилизационный период разрушает ценности предшествующей эпохи, вместе с идеологией неизбежности конфликта, унаследованной от еще недавней холодной войны. Все начинается заново, и в этом метафизическое значение таких времен. Они, конечно, не самое легкое и приятное место для жизни, но именно здесь становится ясно: хочешь быть, умей вести диалог, а с этого начинаются новые книги.

7.8.2. Цивилизация

В современной науке сложились разные взгляды на цивилизацию. Независимо от того, как представлять цивилизацию: как культуру или как особую структурную единицу истории и пространства, это понятие на опытном уровне обозначает одно – порядок общественной жизни человека. Ее источник – привычка или убежденность в необходимости определенного порядка. Экзистенциальный диалог интегрирует разнообразие взглядов, и в обществе утверждается общезначимое представление о порядке.

Современное российское представление о цивилизованности и цивилизации еще не сложилось. В нынешней общественной культуре можно наблюдать диалог между двумя разнотипными взглядами на общественный порядок, в равной степени унаследованными Россией: советским и западным. Победа любой из этих точек зрения в равной степени угрожает российской культуре. Единственную перспективу обещает только их синтез.

Предпосланное со времен СССР представление о порядке обозначалось понятием не цивилизации, а общественно-экономической формации. Идея цивилизации не была органично усвоена в Советском Союзе и относилась им, главным образом, к Западу, к господствующим в нем материальным ценностям.

Что касается формации, то ее сущность заключалась в редукции фундаментальных ценностей культуры к объективной реальности. Общество, культура, человек и его внутренний мир рассматривались как разные формы проявления движущейся материи. Поэтому и порядок общественной жизни считался материальным, независящим от людей и заданным самой природой мироздания.

В Западной же цивилизации возобладала точка зрения, в которой общественный порядок обусловливался не столько материальными, сколько, в первую очередь, субъективными причинами.

Сегодняшняя Россия в своей практике стремится преодолеть как советский материализм, так и западный идеализм, выровнять их и в синтезе субъективного с объективным найти собственный, комплементарный с Западом и с Востоком облик цивилизации.

Рассмотреть перспективу развития в России такой цивилизованности, значит, найти способ диалектической взаимосвязи Советской и Западной точек зрения на порядок общественной жизни людей. Такая взаимосвязь позволяет синтезировать предпосылки и найти «зародыш», из которого в будущем возможно развитие новой России.

Все точки зрения с разных сторон освещают цивилизацию, она сложна. Что же в ней главное, позволяющее отличать ее от культуры? Продолжим мысль О.Шпенглера, считающего цивилизацию овеществленной и умерщвленной духовностью⁷. Обращение к О.Шпенглеру обусловлено тем, что именно его концепция считалась в науке СССР и Германии исходной при анализе цивилизации. Хотя аналогичные точки зрения французская философская мысль развивала еще в XVIII веке, в России Н.Я.Данилевский разработал сходную теорию «культурно-исторических типов»⁸ лет за 80 до О.Шпенглера, а А.Тойнби в Англии почти одновременно со Шпенглером выпустил 12-томное «Постижение истории»⁹, где теория цивилизации была разработана значительно детальнее и оказала большее влияние на позднейшую науку. Задолго до Шпенглера прямые подходы к теории цивилизации содержатся в творчестве Ж.-Ж. Руссо, И.Канта, Г.Гегеля, и даже формацию К.Маркса нельзя трактовать так однозначно, как это делалось в советской науке.

Однако вернемся к О.Шпенглеру и попробуем интерпретировать его в категориях до сих пор фундаментального для российской культуры советского марксизма. Почему цивилизация - овеществленная культура? - Потому, что она представлена объективированными продуктами совместной человеческой деятельности, такими, какие возникли в ходе практики, лишены живой человеческой субъективности, творческого духовного начала, то есть, «мертвые».

Что это за продукты? – Это предметы и способы совместной деятельности, способы сосуществования людей, в частности, производства объективных условий жизни (потребительских благ, знаний и иных ценностей). При наличии соответствующего способа производства, предмет может быть изготовлен, поэтому, способы деятельности, производства, совместной жизни и т. д. - основное в цивилизации. А что такое способы, если вскрывать их социально-субъективный аспект? - Это организации, технологии, социальные институты (например, нравственности и права и т.п.). В чем проявляется организация, технология, нравственность для индивида, каковы ее признаки? - Это общепринятые нормы жизни и деятельности.

Цивилизация, это – нормативная культура, рассмотренная в единстве с ценностями, соответствующими общепринятым нормам.

По нормам мы можем судить о цивилизации. Нормы складываются в совместной, а не в частной жизни. Они субъективны по отношению к ментальности, но при этом, они как бы создаются социокультурным субъектом и производят полное впечатление независимости от человека. Их независимость заключается в их инертности, обусловленной социумом и гигантским многообразием социальных связей, взаимодействий, коммуникаций. Их субъективное происхождение позволяет человеку, все-таки, влиять на них. Но их социокультурный статус ведет к тому, что личность может их изменять с огромным, и не всегда оправданным трудом, например, создавая авторитарные институциональные механизмы, как это делалось в СССР или Германии в 20-30 гг. XX века. Субъективное изменение норм цивилизации возможно в ходе только единодушного порыва населения страны к переменам, которое в советской философии обозначалось термином «революционное творчество масс», и после обуздания и направления этого порыва авторитарными институтами. В противном случае, нормы складываются и оформляются в ходе экзистенциального диалога, то есть, как бы «сами собой».

Нормы цивилизации продуцируются самой культурой. Они выражают объективированные эталоны ее ценностей. В качестве эталонных объективаций, нормы по отношению к индивидам имеют принудительный характер и поддерживаются всем социальным организмом как целым. Поэтому нормы цивилизации инвариантны для всех явлений каждого отдельного культурного организма и выполняют функции законов культуры. Онтологически нормы закрепляются в различных структурных проявлениях социокультурной парадигмы.

Социальная культура характеризует совместную жизнедеятельность людей. Это может быть экономическая культура, нравственная, научная и т.д. В ней существует социокультурный субъект. Он и создает ее внутреннюю ритмичность, выступающую для людей нормами общественной жизни: экономики (например, нормы торговли), права (законы), политики (нормы государственного управления), морали (нормы этики), технологии (нормы производства), науки (методы познания), управления (нормы организации) и т.д.

Для индивида цивилизация выступает как вся совокупность общезначимых норм его социальной культуры

Цивилизация – порядок общественной жизни людей. Так как она – сторона ментальности и является формой культуры, то в разных культурах она может принимать различный облик. Для современной России (как и для США) цивилизация, это - совокупность технологий общественной жизни человека, она проявляется в нормах жизни и мышления человека в обществе. В России, со времен СССР, преобладает политическая технология, в США – экономическая технология. Основной ценностью и опытным уровнем норм технологии, доступным для непосредственного исследования являются привычки к определенному порядку жизни.

Технологией называется сумма знаний о способах производства ценностей вместе с материальными и институциональными средствами производства. Таковы технологии изготовления товаров, избирательные технологии, технологии манипулирования общественным мнением, изготовления законов, создания произведений массового искусства и т.д.

Нормы - можно упрощенно трактовать как: а) исторически сложившиеся обычаи и традиции, б) искусственные правила.

Традицией (tradicio - лат., предание) называют форму передачи социокультурного опыта от поколения к поколению. Это - субъективно усвоенные нормы, воспринимающиеся человеком как естественные и лично осмысленные. Традиции выражают степень соотнесенности отдельных членов общества с социокультурной парадигмой.

Традиции являются, главным образом, предпосылками современности. Они существуют в силу того, что любой человек рождается и вырастает в определенных культурных условиях, с младенчества их усваивая, и приспосабливаясь к ним.

Обычаи - усвоенный индивидом стереотип бытового поведения, передающий групповой опыт от одного члена группы к другому. Глубокое различие между обычаем и традицией проводится редко. Обычай выступает воплощением и преломлением традиции в условиях конкретного образа жизни социальной группы, а традиция - обычай большого общества в определенную культурную эпоху его жизни. Обычай создает традицию, это ее пространственное измерение, а традиция воспроизводит обычай, будучи его временным аспектом. Например, традицией является день праздности и отдыха после труда, а обычай - отдыхать в воскресенье, в субботу, или иметь два выходных дня, где как принято.

И обычаи, и традиции проявляются в законах жизни и нормах нравственности, в этикете, обрядах и ритуалах, и т.п. формальных нормах, непосредственно определяющих порядок действий, в котором совершается, закрепляется и проявляется традиция, и вместе с нею, и обычай. Обряд и ритуал являются элементами цивилизации и, вместе с нею, характеризуют форму культуры. Но заметим, что как обряд, так и ритуал может быть лишенным традиции и обычая в своей основе и существовать без них. Тогда они, по существу, являются пустыми правилами.

Когда говорят об угасании традиций, на самом деле, замечают то, что обряды и ритуалы теряют смысл и превращаются в игровое, театрализованное действие.

Традиции живут, развиваются и гибнут естественным путем и по своим причинам. Их невозможно ни искусственно восстанавливать, ни закреплять. Бессмысленная традиция, лишенная культурного начала, становится рассудочной. Ее смысл лишается человеческого содержания и заключается в ее воспроизводстве посредством игры. Человек, для которого такая традиция, все-таки, смысла не лишена, чаще всего, игрок, а в его мышлении разум вытесняется рассудком.