Материал: Конфликтология

структурного функционализма наработан значительный методологический инструментарий, позволяющий прогнозировать и описывать социальные конфликты.

Один из наиболее значительных представителей обновленного варианта структурного функционализма, создатель «теории среднего уровня» Р. Мертон описывает социальную организацию в качестве интегрированной совокупности ролей (нормативных правил и ожиданий), подчиненной целям, которые могут ею и не осознаваться. Р. Мертон критически переосмысляет основополагающие тезисы функционального анализа. Изначально функциональный анализ постулировал внутреннюю связность частей системы, при которой действие каждой части функционально для всех остальных и не ведет к противоречиям и конфликтам между частями. Такое полное функциональное единство, возможное в теории, противоречит реальности. То, что функционально для одной части системы, дисфункционально для другой. Кроме того, принцип функционального единства предполагает полную интегрированность общества, основанную на потребности адаптации его к внешней среде, что также есть лишь теоретическое допущение. Критикуя этот принцип, Мертон вводит понятие дисфункции, которое выражает негативное, конфликтное взаимодействие частей системы, а также реально достигнутую степень интегрированности социальной системы.

Объектом критики Мертона выступает «универсальный функционализм», согласно которому все стандартизированные социальные и культурные формы имеют позитивные функции, т. е. все институционализированные образцы действия и поведения, в силу того, что они институализированы, служат единству и интеграции общества, и следование этим образцам необходимо для поддержания общественного единства. Введенное Мертоном понятие дисфункции позволяет рассматривать каждый образец в качестве институционализированного социального отношения в терминах баланса функциональных и дисфункциональных следствий. Таким образом, все действительные нормы функциональны постольку, поскольку их функциональные следствия перевешивают дисфункциональные.

Классический функционализм Т. Парсонса ввел понятие функциональных пререквизитов – определенных функций и соответствующих им культурных и социальных форм, существование которых обеспечивает целостность любой социальной системы. С точки зрения Мертона, такие функции

28

могут быть различными для разных обществ и социальных систем. Чтобы подчеркнуть их вариативность, специфичность, Мертон вводит понятие

функциональной альтернативы.

Структурно-функциональный анализ сосредоточивает свое внимание прежде всего на объективных последствиях действия, вызванного сознательным мотивом. Мертон вводит уточняющее различение между явными и скрытыми функциями. Явные функции – это объективные следствия действия, направленные на приспособление или адаптацию системы, которые интенциональны и осознаваемы участниками; скрытые функции следствия действий неинтенциональных и неосознаваемых.

Критическая работа Мертона позволила расширить возможности функционального анализа в описании дифференцированной социальной структуры и включить в него социальные конфликты в качестве факторов изменения элементов и структуры в целом.

2.7. Конфликтологическая парадигма

Термин «теория конфликта» как систематическая альтернатива «теории порядка» Т. Парсонса появился впервые в 1956 г. в работе Л. Коузера «Функции социального конфликта». Несколько позже этот термин был вновь использован Р. Дарендорфом в работе «Классы и классовый конфликт в индустриальном обществе». Наконец, теория конфликта в качестве концептуальной независимой модели была представлена в книге Дж. Рекса «Ключевые проблемы в социологической теории».

Л. Коузер, разрабатывая теорию конфликта в рамках обновленного структурного функционализма и отстаивая реформистский характер социологического знания, понимает порядок и конфликт как два равнозначных социальных процесса. При этом он апеллирует к классическому социологическому наследию, в частности к формальной социологии Г. Зиммеля, в рамках которой конфликт осмысляется в качестве столь же универсальной формы социальности, как и согласие.

Коузер ставит своей задачей описать условия, при которых конфликт позитивен или негативен. Он доказывает, что конфликт как социальный процесс и форма социального взаимодействия является способом формирования, стандартизации и поддержания социальной структуры, что он способствует установлению и сохранению границ между группами, что межгрупповой

29

конфликт способен реанимировать групповую идентичность, предохраняя группу от ассимиляции. С методологической точки зрения функциональный анализ не претерпел в интерпретации Коузера существенных изменений. Новым является представление о способности структур быть результатом социального конфликта и возможности их обновления, утверждения и поддержания путем конфликта внутри групп и между ними.

Р. Дарендорф разрабатывает конфликтную модель, сосредоточиваясь на проблемах дисфункции и насилия, характерных для современных обществ. Картина социального мира предстает как поле битвы: множество групп, борющихся друг с другом, возникающие, исчезающие и разрушающиеся альянсы. Социальная система описывается как «императивно координированная система», в которой существует господство, создающее условия для конфликта. Признавая, что функция господства, власти состоит в поддержании целостности, сохранении согласованности ценностей и норм, Дарендорф придает решающее значение ее неинтегративному аспекту, порождающему конфликтные интересы и соответствующие ролевые ожидания. Доминирующие заинтересованы в сохранении наличного положения, тогда как те, кто не обладает властью и влиянием, заинтересованы в их перераспределении. Эти интересы имеют объективный характер, поскольку включены во внутреннюю структуру социальных ролей.

Объективные интересы структурируют мир на потенциально конфликтные группы, которые при определенных условиях превращаются в реально конфликтные. Возможность конфликта, как и возможность согласия, основаны на ролевой структуре. Ролевые ожидания являются одновременно и функциональными, и дисфункциональными. Ролевая структура дихотомична: включает в себя интересы поддержания порядка и его переустройства. Следовательно, действие индивида в пределах ролевого поведения в конечном счете основывается на его личных характеристиках. В этом пункте Р. Дарендорф апеллирует к традиционной либеральной идее обоснования социального порядка индивидуальным выбором.

Конфликтологическую парадигму определенным образом разделяют и представители социологии действия, например, А. Турен – французский социолог, теоретик акционализма. Он изучает процессы увеличения мощи, влияния, возрастания субъектности сообществ и встраивания новых общностей в существующие социальные структуры. Выявленные посредством ана-

30

лиза элементы механизма конструирования новых ассоциаций составляют фундамент мобилизационных концепций. Первое, что удалось выявить теоретикам социальной мобилизации, – это обратная, отрицательная логика искусственной мобилизации общества. Оказалось, что наиболее действенным механизмом консолидации является не единство целей, а наличие общего врага. Другими словами, общности скорее объединяются не «за», а «против». Поэтому первое необходимое условие мобилизации – обеспечить возможность осознания противника, а не апеллировать к общим целям, интересам и ценностям. В этом проявляется фундаментальное значение социального конфликта как формы социального отношения.

Но особенно ярко новые тенденции в исследовании конфликта проявились в новом институционализме. В последнее время исследователи в области конфликтов обратили пристальное внимание на проблемы создания и функционирования локальных социальных образований, именуемых полями, аренами или играми. Объяснение конфликта «классическими» теориями стало считаться неадекватным и слишком абстрактным. Новые институционалисты (Бурдье, Гидденс, Скотт, Флигстайн) пришли к выводу, что конфликт объясняется соперничеством старых институтов с претендентами на отдельных полях, их переходом в смежные поля, следствием чего является изменение позиций. Конфликты в этих условиях ориентированы на достижение того или иного конкретного результата. Теория нового институционализма, таким образом, означает пересмотр традиционной концепции «конфликта субъектов». Теперь важно понять, как участники конфликта ориентируют свои действия относительно друг друга. Конфликтующие субъекты учитывают множество действующих лиц, интерпретируют намерения последних, моделируют собственные действия и убеждают окружающих действовать с ними заодно. Правила взаимодействия на полях, принятые участниками конфликта, определяют границу возможного, позволяют уточнить свои интересы, установить, что делают остальные, и выработать собственную стратегию. Поле – это игра, которая зависит от культуры участников, их возможностей использовать социальные технологии, «читать» намерения соперников и уметь убеждать союзников в необходимости содействия. Словом, для участия в такой игре требуется «социальный талант» (Н. Флигстайн), т. е. способность активных участников добиваться соучастия, содействия, иногда манипулируя стремлением других удовлетворять собственные интересы. «Социально ода-

31

ренные» люди – это люди, наделенные способностью понимать членов своей группы, их интересы и стремления, а также то, что думают по конкретному поводу представители других групп. Когда группы видят перспективы, тогда

иоткрываются новые поля. Кризис новых полей означает, что не установились стабильные правила взаимодействия и группам угрожает ликвидация. Действующие лица, наделенные социальным талантом, будут строить свои действия в целях стабилизации положения своей группы и ее отношений с прочими группами. Тут-то активные, социально одаренные участники, т. е. те, кого именуют «предпринимателями», могут предложить оригинальные культурные концепции и придумать «новые» институты. Они в состоянии образовать политические коалиции на основе достаточно узких коллективных интересов других участников с целью создания новых институтов. Если поле устоялось, то те же самые «предприниматели» используют правила для воспроизводства своего привилегированного положения, либо, если они «претенденты», – для борьбы с доминирующими группами. Если искусные «стратеги» занимают властные позиции в доминирующих группах, их энергия будет направлена на активное участие в игре. «Социально одаренные» участники строят свои действия так, чтобы удержать или улучшить позиции своей группы на поле. Поля могут претерпевать кризисы из-за воздействия внешних факторов, в том числе в результате влияния других полей. Кризисы могут иметь место в результате умышленных или случайных действий политических сил либо вторжения на данное поле посторонних групп. В таких обстоятельствах доминирующие группы стремятся усилить свое положение, чтобы сохранить статус-кво. Периферийные группы могут взять сторону «претендентов» или вступить в коалицию с правительством с целью перестройки поля. Социальная текучесть ситуации допускает возможность сделок

иновых соглашений, но их инициаторами скорее всего будут представители периферийных групп или «претенденты», поскольку ни те, ни другие не имеют обязательств перед существующим порядком. Такой подход к государству и обществу помогает понять динамику современной реальности. Доминирующие участники социального процесса стремятся воспроизвести себя

идезорганизовать тех, кто бросает им вызов, но они могут оказаться жертвами кризиса, спровоцированного зависимостью государства от других полей или вторжением представителей соседних полей. Новые институциональные проекты рождаются как внутри одного общества, так и в нескольких обще-

32