Однако, несмотря на обилие и большой исследовательский потенциал всех второстепенных сюжетных ответвлений, целью данного анализа является именно первооснова - мультипликацонный фильм, который и послужил базисом для трансмедийного расширения нарратива. На наш взгляд, подобная концентрация внимания на анализе первоисточника, позволит наиболее полно исследовать интегрируемые мифологемы в оригинальном нарративе, в то время как дополнительные произведения служат лишь иллюстрирующим материалом трансмедийнного потенциала использования мифологического материала в мультипликации. Последовательно проанализировав план выражения, содержания, фабулу и детально рассмотрев актантную схемы, можно будет выделить мифические элементы, которые имеют первостепенное значение для анализируемого нарратива.
Протагонистом оригинального произведения является сакральный в прошлом супергерой Мистер Исключительный, который был объявлен вне закона в связи с множеством разрушений, судебных жалоб и исков, вызванных его активными действиями, носящими преимущественно деструктивный характер. Чтобы артикулировать повсеместность подобных явлений в анализируемом нарративе, следует упомянуть о важном сюжетном элементе - издании правительством анализируемой вселенной «Закона о супергероях», который официально объявляет всех носителей способностей вне закона, сообщая им таким образом виктимные признаки, исключая их из социума и превращая в своего рода изгоев, которые никак не могут реализовать свой потенциал в текущих условиях. Основные события фильма проходят через пятнадцать лет после вышеописанных действий. Мистер Исключительный, как и его жена, которая тоже является супергероем, создает себе новую личность и пытается полностью интегрироваться в социум, последовательно избавляясь от всей супергеройской атрибутики.
Следует отметить, что главный герой не в силах отказаться от своей идентичности, что приводит к постоянно растущему напряжению, фрустрации и увеличению энтропии. Основным сюжетным элементом является конфликт на работе, после которого Мистер Исключительный возвращается к супергеройской жизни.
Учитывая то, что способности в данной вселенной характеризуются как наиболее явный виктимный признак, репрессивный государственный аппарат старается преследовать и бороться со всеми проявлениями инаковости, сохраняя таким образом статус кво и поддерживая гармонию в существовании общества. Это можно охарактеризовать как абсолютную и полную победу государственного аппарата, который ставит своей целью унификацию всех и каждого, уничтожение любого проявление самости и индивидуальности. Можно проиллюстрировать это цитатой из программы антагониста, который планирует наделить абсолютно всех суперспособностями, ввергнув вселенную мультфильма в состояние обезразличенности: «А если супергерои все... То никто не супергерой» (Бадди, «The Incredibles» (2004), Brad Bird)
Поскольку супергерой представляет собой уникальное явление с неповторимыми способностями - его исключительность выделяется слишком явно, поэтому ее следует запретить. Помимо этого, предваряя будущие параллели и сближения, необходимым будет отметить деструктивное воздействие героев на социум: их помощь и те силы, которые они задействуют для решения проблем, с которыми способны справиться обычные граждане, приводят к уничтожению инфраструктуры и даже смертям и травмам среди обычных людей. Следует отметить, что способности супергероев в данном мультфильме не всегда связаны с их внешностью, и атрибутируются иным образом - через имя, псевдоним, костюм. Суперспособностью протагониста является значительно превосходящая среднего человека физическая сила, которая находит отражение в его внешнем виде: сопоставляя главного героя с другими персонажами вселенной, можно увидеть, что он в полтора раза превосходит обычного человека или иных героев, чьим атрибутом не является физическая сила. Такая наглядная демонстрация - его внешний облик полностью соответствует его силе, и он превосходит других людей, что иллюстрируется на протяжении всего мультфильма, когда он сопоставляется как с другими супергероями, так и с обывателями. В связи с этим явным отличием, он с трудом может обитать в мире, который построен из расчета совершенно других параметром, что еще сильнее артикулирует его инаковость и приводит к множественным разрушением случайного характера, которые являются закономерным следствием его отличия.
Из-за этого же отличия и постоянных разрушений, которые сопутствуют главному герою, его действия рассматриваются обычными жителями как негативные. Это позволяет эскалировать конфликт, который стал возможным благодаря инаковости персонажа, и актуализировать механизмы насилия, которые в данном произведении принимают формы изгнания или уничтожения, которое, впрочем, показано символически: супергерои обязаны проститься со своей атрибутикой и силами, получить новые личности, «убить» в себе супергероя и стать обычным человеком, который не обладает ни единой способностью.
Развитие этого конфликта представляется в виде закономерного конфликта с органами власти, которые ранее воспринимались супергероями как что-то внешнее (из-за их инаковости). Невозможность перенесения этой позиции в условия символической смерти персонажа как супергероями, приводит к фрустрации протагониста. Неспособный более воспринимать государство как сторонний, существующий параллельно с ним и не влияющий на него институт, Мистер Исключительный вынужден подчиняться его правилам до определенного предела, не имея больше права чужеземца на пренебрежение государством. Символическая смерть супергероя приводит к вполне реальной утрате власти и передаче субъектности и доле своих прав государству, что углубляет и усиливает конфликт, который должен, в свою очередь, закончиться либо окончательным уничтожением героя, либо его возвращением в супергеройское состояние через символическое обновление и смерть. Таким образом из описания контекста, в которые помещены герои, можно выделить следующие сюжетные элементы, которые позволяют предварительно категоризировать героев «Суперсемейки» в качестве героев архаического типа:
1. Герои воспринимают государство как параллельный, чуждый орган, который, однако, начинает оказывать на них воздействие в момент их возвращения в социум и символической смерти в героическом качестве. Становясь частью большинства, герои вынуждены подчиняться решению данного большинства.
2. Воздействие героев на мир деструктивно, но в меньшей степени, чем у хтонических героев. Они разрушают пространство не за счет своей чуждости той реальности, которая сконструирована в мультфильме, но за счет своих способностей, которые не позволяют им интегрироваться в общество.
3. Описанные конфликты существуют в рамках одной мифологической реальности, которая исключает войну героев с другими мирами, хтонических сущностей, что позволяет сделать вывод об отсутствии эсхатологически-космологических мифологем в данном нарративе.
Основные герои повествования представлены следующими персоналиями со следующими функциональными ролями:
Мистер Исключительный - главный герой-протагонист.
Эластика, Виолетта, Шастик, Эдна Мод - второстепенные герои-помощники протагониста.
Бадди - антагонист. мультипликация герой мифический
Мираж - помощник антагониста, трикстер.
Описывать и анализировать функции и роль второстепенных героев в данных нарративах, как было описано выше, стоит для того, чтобы артикулировать роль главного героя и выделить его качества более контрастно, поэтому основное внимание в данном анализе будет уделяться пандану Герой-Антигерой или же Антагонист-Протагонист. В отличие от архаических мифов, в «Суперсемейке» герой не является подобием своего противника, как это можно наблюдать в сюжетах о змееборцах, которые имеют змеиное происхождение. Здесь можно наблюдать реверсивную каузальность: не герой является отражением и подобием антагониста, но антагонист пытается превратиться в героя, последовательно актуализируя миметические механизмы, которые приводят в итоге к обезразличенности и максимальному сходству героя и антигероя. Безусловно, миметические механизмы в полной мере присутствуют и в случае с более архаическими элементами, однако ключевым для мультипликации является факт отсутствия наследования и какой бы то ни было связи героя с хтоническими чудовищами и силами. Фигура антагониста так же в полной мере продолжает и поддерживает данную гипотезу, поскольку он более не является предком героя, предыдущим поколением, которое необходимо свергнуть. Наоборот, он является искаженной копией самого героя, его подобием с гипертрофированными отрицательными чертами, которого необходимо победить. В отличие от мифологических антагонистов, которые преследовали свои цели, которым старался помешать герой (что делает его в системе ценностей антагониста максимум помехой, но никак не единственной целью существования), в анализируемом источнике антагонист посвящает себя идее уничтожения главного героя, и не видит более ничего.
Для него герой является единственной целью, ради которой он живет, и он не в состоянии существовать, пока тот жив. Именно антагонист в данном случае выступает архаическим героем, что и позволило нам выдвинуть выше тезис о реверсивной каузальности современной мультипликации по отношению к архаическим мифам: ведь теперь именно протагонист заставляет героя действовать. Таким образом герой приобретает положительную характеристику не благодаря внешней атрибуции (хтонический облик антагониста, его отличие от человека), но благодаря моральным качествам и оборонительной позиции. Иными словами, такое поведение антагониста легитимизирует применение насилия по отношению к нему, поскольку он первым нарушает систему норм героя, позволяя таким образом герою уничтожить своего врага.
Весьма показательным также является тот факт, что схваток с антагонистом несколько: вначале герой побеждает «последователей антагониста» - роботов, что опять же представляет собой несколько измененный вариант мотива сражения со Змеем, которое повторяется трижды: в оригинальном сюжете герой побеждает Змея на расстоянии в первый раз, после чего уничтожает его в контактном бою, а впоследствии истребляет детенышей Змея. В случае «Суперсемейки», все начинается с построенных антагонистом роботов, которых герой уничтожает в контактном бою, после чего антагонист погибает от своих действий во время схватки с протагонистом, а последний из роботов уничтожается дистанционно. Таким образом сохраняется последовательность из трех схваток с постепенным усложнением боя (последний робот был настолько силен, что уничтожить его можно было только через перчатку антагониста - все остальные методы были бессильны), в котором протагонист восстанавливает порядок.
Следует также отметить, что после победы происходит своего рода легитимизация героя в глазах социума: устранение угрозы приводит к восстановлению героя в статусе спасителя общества с последующей интеграцией, снятием всех обвинений за счет восстановления в статусе защитника миропорядка и гармонии.
Можно провести формальную параллель между мотивом воскрешения героя после битвы, поскольку таким образом он восстанавливает свою идентичность в качестве героя, снова становясь самим собой и возвращаясь к своей прежней жизни в качестве спасителя и защитника. Это воскрешение также последовательно и требует определенных действий: сначала герой восстанавливает свой статус для себя, используя свой старый костюм и старые навыки, после чего происходит перерождение - супергерой во вселенной «Суперсемейки» неотделим от своего костюма - этот атрибут позволяет идентифицировать его как героя, показывает его отличие от общества (костюм скрывает лицо и делает героя функциональным следствием своих способностей, деперсонализирует его). Поэтому для того, чтобы переродиться, Мистеру Исключительному необходимо найти новые атрибуты, которые позволили бы ему восстановить свой статус героя.
Переход к новому костюму также показывает его функциональную значимость в нарративе - старый костюм не справляется с новыми испытаниями и противниками, поэтому герою необходим качественно новый «волшебный предмет», способный восстановить его силы.
Более того, фетишизация костюма является не просто важным элементом повествования и супергеройской идентичности - в случае с антагонистом костюм выполняет заместительную роль способностей - он позволяет Бадди сражаться с героем, делает его подобным Мистеру Исключительному не только на формальном и внешнем уровнях, но и на более метафоричном уровне. Используя костюм со способностями, антагонист доводит миметическое противостояние до максимального уровня, в котором сближение становится настолько очевидным, что первоначальные различия кажутся невероятными.
Таким образом, антагонист превращается в негативную карикатуру на героя, победа над которым призвана восстановить разделенный мир и возвратить его в состояние до конфликта: миметический конфликт на своем пике поглощает окружающую реальность и подчиняет всех участников конфликта себе, с целью как можно скорее разрешиться, и главный герой заимствует идею антагониста, превращая их борьбу в свою главную цель. Эта идея уничтожения двойника с целью восстановления гармонии встречается во множестве культур и мифологий: используя заместительную жертву в общество возвращается гармония, вызванная конфликтом двойников. В некоторых культурах двойники соединяются, чтобы совместно противостоять другим угрозам, однако в большинстве случаев подобные конфликты заканчиваются уничтожением антагониста и возвращением героя своего статуса-кво, как можно наблюдать на примере «Суперсемейки».
2.1.2Анализ мультфильма «Девять»
Мультфильм является полнометражным развитием сюжета короткометражного фильма, созданного в 2005 году. Мультфильм «9» является классическим образцом стичпанка, вырос из одноименной короткометражки Шейна Акера, представленной в 2005 году. В центре сюжета -- противостояние живых кукол роботам, которые похищают души при помощи «артефакта». Впоследствии эта история получила развитие и была экранизирована в качестве полнометражного мультфильма, а сам фильм стал основой такого жанра, как «Стичпанк» и определил основное поле тем и жанров.
Можно выделить следующие элементы, присущие стичпанку:
Полное отсутствие, либо незначительное пребывание человечества в мире.
Мрачная атмосфера разрушенного мира.