В настоящее время существует три подхода к изучению пары оптимизм-пессимизм, это: диспозиционные концепции таких ученых как Ч. Кравер, М. Шейер, К. Муздыбаев и т.д., подход атрибутивного стиля М. Селигмана, К. Петерсона и д.р.); третий подход заключается в попытке разглядеть положительный аспект пессимизма и критично подойти к оптимизму, занимаясь поиском его отрицательных свойств.
Основополагающей для диспозиционной теории является модель «ожидаемой ценности» Аткинсона, содержащая в себе идею о том, что цели человека могут быть сформулированы им самим как желательные (конкретные), так и в качестве нежелательных, так называемых, анти-целей (семантически структурированные через частицу «не»). В связи с формулой кодирования они имеют разную ценность и определенность (осознанность желаемого). В течение процесса достижения этой цели/анти-цели, соответственно, индивид переживает и разные чувства: уверенность в достижении ее, если говорить о цели желаемой; опасения и тревога от ожидания, если говорить об анти-цели. Из этих когнитивной и эмоциональной установок личности по отношению к мотивам также следует и успешность их достижения: способность сформулировать желаемое позволяет составить четкий план, а уверенность служит триггером к активизации ресурсов организма. И наоборот, сложности в четкости осознания того, что конкретно надо, а не того, чего хотелось бы избежать, не дают возможности улучшать жизнь и развиваться, а лишь, избежать нежелаемое; а сомнения препятствуют активизации действий и потенциала человека [87].
Как два диспозиционных полюса на одной оси восприятия будущего (и событий в целом) оптимизм и пессимизм интерпретирует и отечественный ученый К. Муздыбаев. Разное восприятие происходящего вокруг в объективной реальности определяет, соответственно, и разные эмоциональные реакции от прогнозирования грядущего. Как пишет исследователь, пессимист, ориентируясь на избегание нежелаемого, автоматически, избегает и желаемое, чем лишает себя намного большего удовлетворения и радости от успехов в своей жизни. Также, пессимист прилагает меньше усилий к достижению целей, у него слабее развиты волевые качества и упорство при встрече с препятствиями [43]. Исследования К. Муздыбаева демонстрируют зависимость реальными успехами и достижениями человека и полюсами оптимизм-пессимизм: надежда на благоприятный исход и ожидание худшего, действительно, находят свое отражение в жизнях оптимиста и пессимиста [43].
Одним из наиболее ярких представителей второго подхода к проблеме оптимизма является М. Селигман, который пытается разрешить ее в парадигме атрибутивного стиля. По его мнению, оптимизм и пессимизм, являясь некими базовыми установками по отношению к миру, экстраполируются во всех жизненных ситуациях и проявляются во взглядах на них. Оптимизм, например, сочетается с такими личностными характеристиками как уверенность в себе, надежда, вера в высшие силы. Пара оптимизм и пессимизм в его работе выступают жизненными позициями, основополагающей системой координат для жизненного пути. Для оптимиста неудачи лишь временные помехи, тогда как победы, успех и достижения являются универсалиями, обязательно существующими, из которых, как бы, соткана реальность. Пессимист же, напротив, замечает в основном только негативное, препятствия и проигрыши, считая, что в них и заключается жизнь [59].
В последнее время, активно развивается третий подход к вопросу оптимизма, который носит название «защитный пессимизм», где наиболее ярким представителем данного направления является Б. Хелд. В ее трудах содержатся идеи, касательно переоцененности обществом оптимизма и позитивного мышления [81, 82]. Ученый считает, что тенденция всегда демонстрировать хорошее настроение и стремиться к его переживанию, которая сложилась в западном обществе, несет в себе деструктивное последствие для людей. Мнение, часто выраженное в шаблонных лозунгах (например, «Смотри на мир позитивно и все будет хорошо»), что позитивное мышление способно избавить от всех бед, ошибочно, и снижает критичность, приводя к неоправданным ожиданиям и притязаниям; а также, приводит к подавлению негативных состояний, развитию неврозов [81].
Зарубежные психологи J. Norem и E. Chang, исследовав защитные механизмы тревожных личностей, приходит к выводам, что такие стратегии как «остерегайся плохого, хорошее придет само» достаточно продуктивны для таких людей [84]. Таким образом, положение об абсолютной продуктивности оптимизма для всех и в каждых условиях, лежащее в концепциях позитивной психологии, ошибочно. Так, H. Aucote и N. Weinstein вводят понятие «нереалистичный оптимизм», феномен которого лежит в недостаточной оценке возможных опасностей, переоценке своих возможностей, что приводит к разрушительным последствиям как для самого человека, так и для общества [79; 90].
Оптимизм тесно связан с уровнем нейротизма и тревожности. Люди, чья нейродинамическая система обладает высокой подвижностью, нестабильностью воспринимают стрессовое воздействие особенно чутко, как следствие, они склонны к тревоге, беспокойству за будущее, переживанию неуспеха, чувствительности к наказанию. Такие индивиды готовы видеть жизнь в негативных тонах, формируя у себя отрицательную жизненную перспективу [39].
Также оптимизм коррелирует с отрицательной самооценкой. Люди склонные видеть себя в негативном свете, сравнивая себя с другими выделять минусы своего характера и внешности, так или иначе со временем будут ожидать наудачу в социальном сфере, у них образуется выученная беспомощность. Индивид с заниженной самооценкой чаще подвержен стрессам, обладает меньшей резистентностью к ним, меньше готов брать ответственность на себя и выбирает обычно позицию ухода от проблемных ситуаций. Этот выбор не может не приводить к ситуациям потери, проигрыша и неудачи. Люди с заниженной самооценкой упускают шансы в жизни, а затем, долго переживают об этом. В конце концов, формируется порочный круг в страхе за исход принимаемых решений, которой подкрепляет сам себя же. Люди с высокой адекватной самооценкой, активные, инициативные, деятельные, наоборот, склонны чаще достигать своих целей, не зависимо от экстра-интраверсии, а значит положительно прогнозировать свое будущее. Кроме того, они нацелены на анализ проигрыша, нежели на его избегание; главный мотив для них - решить ситуацию. В каком-то смысле, отрицательная оценка собственной личности это пессимизм по отношению к себе, своим поступкам и результату своей деятельности в будущем [39].
Как уже упоминалось, выученная беспомощность один из факторов оказывающих влияние на оптимизм. Выученная беспомощность - это феномен ожидания неудач, вера в свою собственную недееспособность в определенных вопросах, или, как подход к себе в целом. Этот продукт, как заниженной самооценки, так и процессов саморегуляции человека. Как подчеркивает Л.И. Анцыферова, экстерналам, людям, ищущим ответственность за личную жизнь во внешней среде, свойственно перекладывание ответственности, ожидание неудач. Интерналам же, напротив, вера в собственные силы и благополучное преодоление сложной жизненной ситуации. Последние более склонны различать в неоднозначных ситуациях нюансы, точнее определяют связи между явлениями в ситуации, т.к. в своем личном опыте всегда полагаются на себя. В вязи с чем, они воспринимают трудность как источник новой информации, способной при переработке послужить ресурсом для достижения цели. Эти тенденции способствуют повышению уверенности в исходе ситуации, в будущем в целом [8].
Считается, что людям с оптимизмом всегда везет, что они постоянно в жизни «вытягивают счастливые билеты». Безусловно, это несколько преувеличенное мнение, однако, в нем имеется и идея, отражающая реальное положение вещей. Обычно позитивно воспринимающие жизнь люди обладают следующими личностными чертами: приписывают себе ситуации успеха, а не неудачи; реагируют на стимулы вознаграждения, а не наказания; обладают отличным чувством юмора, что позволяет им обесценивать негативное влияние «судьбы», анализировать его, не останавливаясь, без тревоги и смущения двигаться по своему жизненному и профессиональному пути дальше. Оптимизм предполагает некоторый установку, фокус, призму в когнитивной сфере, через которую воспринимается все окружающая (и внутренняя) реальность человека, сформированную или в рамках мировоззрения, например, религиозного («все, что со мной происходит - все для меня хорошо: бог лучше знает, что мне нужно»), или в рамках перенесения тяжелых жизненных ситуаций («все, что не убивает меня делает сильнее»), или возникнуть, как бы, сама собой, в результате нейродинамических и личностно-характерологических особенностей человека («все будет хорошо, почему - не знаю, просто верю») [64].
Оптимизм положительно влияет на состояние физического здоровья. У оптимистично мыслящих людей меньше шанс развития заболеваний психосоматического спектра, выше способность сопротивляться заболеваниям. Такая связь с вероятность развертывания патологических состояний связана с тем, что оптимисты менее подвержены экстремальным воздействиям (стрессу). Пессимизм намного более выражено коррелирует со всеми аспектами психологического неблагополучия. Здоровый оптимизм и отсутствие пессимистического взгляда на жизнь залог счастливой и здоровой жизни людей [64].
Активность - это понятие, раскрывающее присущее всем живым организмам стремление приспособиться к окружающей среде ради биологического выживания. У людей активность проявляется в желании изменить реальность для удовлетворения своих потребностей, и отличается тем, что осуществляется процесс приспособления к ним [47].
В российской педагогической энциклопедии активность устанавливается как деятельностное отношение к миру, способность производить социально значимые продукты материальной и духовной сред на основе человеческого исторического опыта. Активность проявляется в творчестве, коммуникации, волевых актах [57].
В психологической литературе понимается этот феномен понимается, как способность производить общественно важные преобразования в мире на основе присвоения богатств материальной и духовной сфер через волевую, творческую активность и общение (А.В. Петровский), интенсивность проявляющейся активности наиболее полной раскрывается в характере (К.К. Платонов), характеристики силы и слабости мотивов, целей, желаний, способность концентрации волевой деятельности (А.Ф. Лазурский) [73].
Также, К.А. Абульханова-Славская, исследуя активность, отмечает несколько типов личности относительно свойств самооценки и выделяет у них степень личностной активности:
- личность, самооценка которой строится относительно причин и следствий процессов, происходящих в общество (у такого человека активность имеет линейно нарастающий вид, он ищет и находит варианты участия в социальной жизни);
- личность, со склонностью мыслить субъективно, с тенденцией к эгоцентризму мышления, с неадекватным уровнем самооценки (у такого человека активность снижена, система носит застойный характер);
- личность, с тенденцией мыслить субъективно, неадекватностью самооценки, с застреванию на неудачах (комплексы неполноценности, тревожность, низкая самооценка практически полностью подавляют активность);
- личность психологически незрелая, инфантильная (приводит к застою системы, активность приобретает шаблонный характер и стереотипию).
Анализируя данную классификацию К.А. Абульхановаой-Славской, заключаем о невозможности понимания уровня личностной активности без учета ее взаимосвязи с социально необходимой деятельностью [2].
Например, в литературе педагогического характера понятие «активность» активности можно встретить, в целом, в следующих значениях: активность как состояние, связанное с осуществлением коммуникативного акта или действия; и активность как свойство личности, формирование которого задача процесса воспитания. Оба варианта трактовки содержат общие смыслы: без осуществления активности в форме деятельности и без удовлетворения социальных потребностей не реализуется активность как свойство личности [73].
Активность личности рассматривается в качестве важнейшей черты человека, благодаря которой он способен преобразовывать окружающую реальность, с помощью интеллектуальных усилий, напряжения психических процессов и физических возможностей, стремления к креативной деятельности влиять и изменять предметы, явления, различные системы [68].
В своем труде В.Т. Лисовский характеризует активность личности свойствами добровольности, сознательности, инициативности, способной реализовываться через творчество, с вектором направления на преобразование мира и внутренней среды личности. Исследователь пишет о том, что активность стоит у истоков формирования всех личностных качеств, к тому же, проявляется не только через идейность, ответственность, гражданственность, но, также, и через деловые качества, обеспечивает постоянное развитие личности к субъективному идеалу [34].
Понятие активности достаточно обширное, и включает в себя не малое количество смыслов и идей, отражающих разные стороны психо-социальной деятельности человека. Так, А.В. Зосимовским, Т.И. Конниковой, Т.Н. Мальковской активность понималась как основное и необходимое, предполагающее общественные отношения в характеристике субъекта таких отношений. Уже у Н.П. Аникеева, Н. Г. Огурцова, Е. С. Малаха проявлялась к мера социальной активности. Ю.П. Азаров, Л.М. Архангельский, Л.Ю. Гордин, С.М. Дудина рассматривали активность через проявление ответственности субъекта к трудовой деятельности, социуму, духовной жизни. Н.А. Половникова рассматривал как потенциал и желание к активному освоению и ассимиляции информации и знаний. Активность как преобразование окружающей действительности трактуется и у Л.П. Аристовой. Р.А. Низамов раскрывает понятие активности через познавательную деятельность с использованием волевой сферы психики. Педагог ученый Г.И. Щукина через призму своей профессии главным образом рассматривала сторону активности, касающуюся сил и волевых усилий к учебе у ученика. В. И. Орлов, подобно, видел активность как отношение учащихся к учебно-познавательной деятельности, которое описывается, как желание достичь поставленной цели в рамках ограниченного периода времени [23].
Ученые, затрагивая в своих работах феномен «активности», рассматривают его как:
- познавательную активность (М.У. Пискунов, Н.А. Половникова, Л.П. Аристова, Р.А. Низамов, Г.И. Щукина, Т.И. Шамова, А.А. Вербицкий, Т.А. Платонова, Л.В. Путляева, И.А. Редковец, М.Н. Скаткин);
- общественно-политическую активность (В.С. Боровик, И.З. Гликман, И.И. Шкурко, Т.М. Строкова, Г.В. Балахничева);