Материал: Ширяева Т.И. Концептуальные основы участия юридического лица в качестве потерпевшего

Возможность причинения юридическому лицу имущественного вреда не вызывает сомнений ни у кого из ученых-процессуалистов, и, толкуя это понятие, они единогласны в том, что имущественный вред – это вред, причиненный имущественным правам и интересам физических или юридических лиц (утрата или повреждение собственности, материальные затраты, понесенные вследствие преступления)1. Возможность причинения имущественного вреда юридическому лицу вытекает и из гражданско-правового законодательства: ст. 48 ГК РФ определяет, что юридическое лицо «имеет обособленное имущество», и при причинении такому имуществу вреда деянием, предусмотренным УК РФ, организации причиняется имущественный вред. При этом под имущественным вредом следует понимать совокупность объективно происшедших в результате совершенного преступления негативных изменений в имущественной сфере физического или юридического лица2.

Вранее действовавшем УПК РСФСР наряду с термином «имущественный вред» (ст. 53 УПК РСФСР) использовался термин «материальный ущерб» (ст. 29, 30, 54 УПК РСФСР), что приводило к спорам среди ученых-процессуалистов о тождественности указанных терминов. УПК РФ избежал подобного раздвоения терминологии,

ив нем нашел закрепление только термин «имущественный вред». Представляется, что данное обстоятельство может быть расценено

как положительное, поскольку понятием материального вреда охватывается не только имущественный, но и физический вред3. Подобная конкретизация терминологии может повысить правовую культуру нормативных актов, сделать их более простыми и понятными для

практиков-юристов и граждан, а также позволит избежать в теории споров «о словах»4.

Вюридической литературе традиционной является точка зрения, что в рамках уголовного процесса подлежит возмещению лишь реальный имущественный вред, причиненный преступлением; сугубо

1См.:Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под ред. И. Л. Петрухина. М., 2003. С. 80.

2См.: Танцерев М. В. Потерпевший и его функция в уголовном процессе России: дис. … канд. юрид. наук. Томск, 1999. С. 12.

3См.: Мисник И. В. Указ. соч. С. 46.

4См.: Поляков И. Н. Имущественный вред, причиненный преступлением: понятие, проблемы возмещения // Сов. гос-во и право. 1989. № 6. С. 53–54.

41

гражданско-правовые категории (например, упущенная выгода) установлению не подлежат и должны возмещаться в порядке гражданского судопроизводства1. В противном случае вследствие постановки и решения в уголовном судопроизводстве несвойственных для него гражданско-правовых вопросов этот процесс может существенно затянуться. По нашему мнению, подобная аргументация является недостаточно убедительной, и, рассматривая категорию «вред» в уголовном процессе, следует согласиться с мнением Б. А. Протченко, который пишет, что вред, причиненный гражданину преступлением, нельзя считать юридическим фактом (деликтом), порождающим гражданские правоотношения. Охрана общественных отношений, личности, прав и свобод граждан от преступных посягательств – задачи уголовного законодательства2.

В словаре русского языка С. И. Ожегова «вред» определяется как «ущерб, порча»3, «ущерб» – как «потеря, убыток, урон»4. То есть понятие «вред» включает в себя понятие «убыток». Следовательно, имущественный вред находит свое выражение в определенных убытках юридического лица, на имущество которого было совершено преступное посягательство.

Законодательное определение убытков содержится в ч. 2 ст. 15 ГК РФ, согласно которой под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

1См.: Волосова Н. Ю. Процессуальное положение потерпевшего в российском уголовном процессе: дис. ... канд. юрид. наук. Оренбург, 1999. С. 30; Колдин С. В. Защита прав и законных интересов потерпевшего по Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации: дис. … канд. юрид. наук. Саратов, 2004. С. 33; Танцерев М. В. Указ. соч. С. 16; и др.

2См.: Протченко Б. А. Потерпевший как субъект уголовных правоотношений // Гос-во и право. 1989. № 11. С. 78.

3См.: Ожегов С. И. Словарь русского языка: 70 000 слов / под ред. Н. Ю. Шведовой. 23-е изд., испр. М., 1991. С. 106.

4Там же. С. 844.

42

Еще юристы Древнего Рима в понятие имущественного вреда включали два элемента: 1) dumnum emergens – положительные потери, т. е. лишение того, что уже входило в состав имущества данного лица; 2) lucrumcessans – или, говоря другими словами, непоступление в имущество определенного лица тех ценностей, которые должны были поступить при нормальном течении обстоятельств (при отсутствии обстоятельства, послужившего основанием возмещения)1. В период действия Закона РФ от 9 июля 1993 г. № 5351-I «Об авторском праве и смежных правах»2 суды общей юрисдикции также взыскивали упущенную выгоду по делам о преступном нарушении авторских и смежных прав (ст. 146 УК РФ) с «пиратов»

впользу правообладателя, используя при этом формулировку: «учи-

тывая снижение покупательского спроса на реализацию легальной видеопродукции правообладателя»3 (ст. 49 Закона «Об авторском праве и смежных правах»4). Поэтому необходимость подобного понимания сущности имущественноговреда имеется и в настоящее время.

Исходя из изложенного, говоря о содержании имущественного вреда в уголовном процессе, следует согласиться с мнением ученых, полагающих, что восстановление имущественной сферы пострадавшего включает в себя не только взыскание реальных имущественных убытков, но и неполученных доходов, которые должны играть роль квалифицирующего обстоятельства. Ссылки же на трудность подсчета последних являются необоснованными, поскольку в современной следственно-судебной практике широко используется про-

ведение различных экспертиз, способных установить сумму убытков (т. е. реального ущерба и упущенной выгоды)5. Такая разновид-

1См.: Новицкий И. Б. Основы римского гражданского права: учебник / отв. ред. А. М. Белякова. 3-е изд. М., 1972. С. 185.

2См.: Закон «Об авторском праве и смежных правах» признан утратившим силу с 1 января 2008 г. Федеральным законом от 18 декабря 2006 г. № 231-ФЗ «О введении

вдействие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (См.:

Собрание законодательства Российской Федерации. 2006. № 52 (ч. I). Ст. 5497).

3Завидов Б. Д. Курина А. В. Правовое положение потерпевшего по Уголовнопроцессуальному кодексу РФ // Адвокат. 2002. № 8. С. 12.

4См.: ВедомостиСъезда народных депутатов РоссийскойФедерациииВерховного Совета Российской Федерации. 1993. № 32. Ст. 1242.

5См.: Завидов Б. Д. Задорожный В. И., Курина А. В. Современные проблемы возмещения вреда жертвам преступлений и пути их решения // Гражданин и право. 2006. № 3. С. 31; Поляков И. Н. Указ. соч. С. 54.

43

ность вреда, как упущенная выгода, должна подлежать возмещению при производстве по уголовному делу, если она находится в при- чинно-следственной связи с совершенным преступлением и бесспорно доказано, что потерпевший – юридическое лицо – могл получить указанные доходы.

Таким образом, подводя некоторый итог, следует отметить, что в российском уголовном судопроизводстве в понятие имущественного вреда наряду с реальным ущербом, выражающемся в утрате или повреждении имущества и расходах, которые лицо, пострадавшее от преступления, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенных преступлением прав, должна быть включена и упущенная выгода, т. е. неполученные доходы, которые данное лицо могло получить при обычных условиях гражданского оборота (если бы его права не были нарушены преступлением).

Иным видом вреда, причинение которого предусмотрено законом в качестве основания для признания юридического лица потерпевшим, является вред его деловой репутации. Защита деловой репутации юридических лиц предусматривает и гражданское законодательство (ст. 152 ГК РФ). Однако понятие «деловая репутация» ни в законе, ни в специально посвященном этому вопросу постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. № 3 «О судебной практике по защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц»1 не раскрывается. В связи с этим необходимо определить, что же следует понимать под деловой репутацией юридического лица.

В общепринятом значении понятие «репутация» неразрывно связывается с понятием «честь». Так, в словаре С. И. Ожегова «репутация» определена как «приобретаемая кем-чем-нибудь общественная оценка, общее мнение о качествах, достоинствах и недостатках кого- чего-нибудь»2, а «честь» (в одном из значений) – как «хорошая, незапятнанная репутация, доброе имя»3 . Сопоставляя указанные понятия, можно согласиться с мнением ученых-процессуалистов, которые считают, что понятие «деловая репутация» близко понятию

1См.: Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2005. № 4.

2Ожегов С. И. Указ. соч. С. 676.

3Там же. С. 880.

44

«честь» и полностью охватывается им1. При этом понятие «честь» более широкое, а «деловая репутация» является отдельным видом репутации, как родового понятия. Поэтому применительно к юридическим лицам как основным участникам деловых (предпринимательских) правоотношений целесообразно говорить о «деловой репутации», а не о «чести» вообще.

В науке гражданского права выработано определение деловой репутации как совокупности сведений, качеств и оценок, свидетельствующих об уровне профессиональных качеств и надежности лица, с которыми их носитель ассоциируется в глазах своих контрагентов и персонифицируется среди других профессионалов в своей области деятельности2. Представляется, что подобное определение деловой репутации приемлемо и в уголовном судопроизводстве.

Мысль о возможности требования юридическим лицом в рамках уголовного судопроизводства компенсации морального вреда, причиненного распространением сведений, порочащих его деловую репутацию, высказывалась некоторыми процессуалистами еще до принятия УПК РФ3. Поэтому законодательное закрепление вреда деловой репутации юридического лица в качестве самостоятельного основания для признания потерпевшим следует рассматривать как существенное достижение российского уголовно-процессуального права. По нашему мнению, вред деловой репутации нельзя относить к моральному вреду, поскольку причинение морального вреда возможно лишь человеку, обладающему наряду с имущественной и психофизиологической сферой, и любое преступное посягательство, нарушая нормальное течение жизни человека, причиняет вред его психоэмоционльной сфере.

1См.: Эрделевский А. М. Компенсация морального вреда / А. М. Эрделевский. М., 1996. С. 16; Мисник И. В. Указ. соч. С. 57.

2См., напр.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) / отв. ред. О. Н. Садиков. М., 1997. С. 334; Анисимов

А. А. Гражданско-правовая защита чести, достоинства и деловой репутации по законодательству Российской Федерации: учеб. пособие для студ. высш. учеб. заведений. М., 2001. С. 9; и др.

3 См.: Хатуаева В. В. Проблемы возмещения морального вреда в уголовном процессе России: автореф. дис. … канд. юрид. наук. Волгоград, 2000. С. 13–14; Брусницын Л. В. Потерпевший: уголовно-процессуальные аспекты // Гос-во и право. 1995. № 9. С. 70; и др.

45