Материал: Сборника М. Н. Ахметова, Ю. В. Иванова, А. В. Каленский, В

Литература:

1. 
   Аверин, А. Н. Социальное партнерство в сфере труда. — М: РАГС, 2011.
   
2. 
   Андрейченко, В. В. Социальное партнерство: Опыт, технологии, оценка эффективности. — М.: Алетейя. 2011.
   
3. 
   Барков, С. А., Зубков, В. И. Социология организаций. — М.: Юрайт, 2013.
   
4. 
   Иванов, А. П., Охотников И. В. Развитие и поддержка малого и среднего предпринимательства в России // Журнал для акционеров. — 2010. — № 9–10.
   

С
тремительное развитие информационно-компью- терных технологий и активное проникновение гло- бальной сети интернет во все сферы жизнедеятельности человека обусловили трансформацию рынка труда. Со- гласно докладу, на ежегодном саммите Всемирного эконо- мического форума в Давосе (ВЭФ, 2016), в период с 2015 по 2020 год мировая экономика переживет потерю 7,1 миллиона рабочих мест в условиях цифровой экономики. Такие деструктивные эффекты связаны с развитием авто- матизации, обеспечиваемой прорывными технологиями, включая робототехнику и искусственный интеллект. В те- чение того же периода экономика создаст всего 2 мил-

лиона новых рабочих мест.

ВЭФ также установил, что предстоящие изменения в сфере занятости в большей степени коснутся женщин. Это само по себе указывает на расширение гендерного раз- рыва в рабочей силе. В абсолютном выражении в условиях цифровой экономики, мужчины потеряют почти 4 мил- лиона рабочих мест, а женщины 3 миллиона, но мужчины получат около 1,4 миллиона рабочих мест, тогда как жен- щины могут получить всего 550000 рабочих мест. [1, c. 2].

Учитывая возможные негативные последствия техни- ческого прогресса в отношении занятости, рынка труда и неравенства, привлечение в пул женских талантов все чаще рассматривается как ключевая и перспективная об- ласть планирования рабочей силы. Однако, влияние тех- нологических изменений на занятость женщин еще не подвергалось большому вниманию исследователей, и эта статья является одним из немногих усилий, предпринятых в этой области.

Что можно сказать о новых категориях рабочих мест? Какие иные возможности могут возникнуть для женщин на рынке труда, в условиях цифровой экономики? Трудно обозначить области компетенции и профессиональные навыки, которые будут востребованы в еще не соз- данных отраслях, тем не менее основываясь на данных до- клада «Будущее рабочих мест» [2, с. 8] можно обосно- ванно предположить наличие повышенного спроса на профессии, которые позволяют разрабатывать, создавать и использовать технологические системы или работать в области заполняющих разрывы, возникающие в резуль- тате технологических инновации (Рис. 1)

Рис. 1. Перспективные сферы деятельности, 2015–2020 г.

Сотрудники (в тысячах) в 15 странах, занимающих ве- дущее положение в мировой экономике)

Главным вопросом в этом отношении остается доход от вложения времени и сил в выполнение функций, требу- ющих наличия технических возможностей, поскольку су- ществует риск того, что личные услуги и другие категорий специальностей, где сейчас доминируют женщины, оста- нутся недооцененными. В таком случае инновационные технологии углубят гендерные расхождения в исполь- зовании рабочей силы. Это станет негативным резуль- татом цифровой экономики, поскольку женщинам будет еще труднее эффективно использовать свои способности на будущем рынке труда. Кроме того, это усложняет про- цессы найма из-за ограниченности пула кандидатов, а также ставит под угрозу преимущества, которые органи- зации могут получать от стимулирования творческого под- хода и эффективности рабочих коллективов, сбалансиро- ванных по половому составу на всех уровнях.

Потеря работы имеет негативные последствия во многих отношениях, но кумулятивный эффект сокращения рабочих мест в целых категориях труда, которые традици- онно обеспечивали женщинам доступ на рынок труда, яв- ляется принципиальным вопросом. Говоря конкретно, это создает угрозу для домохозяйств с одним источником до- хода, обеспечиваемым женщинами, выполняющими низ- коквалифицированную работу, существенно осложнит жизнь для семей с двумя источниками дохода и усугубит ситуацию гендерного неравенства, которая уже сейчас вы- зывает серьезную обеспокоенность по всему миру.

Рассмотрим положение женщин в секторе услуг. К 2015 году в данной сфере трудилось чуть более половины ра- ботающего населения мира (50,1%). В глобальной сфере услуг работает намного больше половины всех женщин: начиная с 1995 года доля женщин, работающих в сфере услуг, возросла с 41,1% до 61,5%.

Однако в последнее время из-за глобальной конку- ренции и технического прогресса сокращение количества рабочих мест произошли именно в сфере услуг. В США, например, в универмагах работают в 25 раз больше ра- бочих, чем в угледобывающих компаниях. И поскольку клиенты все чаще приобретали товары через Интернет, средняя занятость в первые четыре месяца 2017 года сни- зилась на 26800 по сравнению с тем же периодом про- шлого года [3, c. 2]. Таким образом, учитывая сосре- доточенность женщин в этой сфере, технологические изменения в торговле делают женщин более уязвимыми к неизбежным потерям работы.

Кроме того, в течение следующих пяти лет прогнози- руется высвобождение персонала занятых офисной и ад- министративной деятельностью (–4,759 тыс.) поскольку качественные проверки, онлайн-продажи и автоматизи- рованные процессы отчетности становятся более распро- страненными. За ними последуют категории занятых в до- бывающей и обрабатывающей промышленности (–1,609 тыс.). А такие профессии, как юристы, кассиры, бухгал- теры или библиотекари могут быть частично или полно-

стью автоматизированы значительно раньше, чем предпо- лагается.

Следуя этой тенденции, вполне вероятно, что женщины, которых все еще несоразмерно много среди «служащих, работников сферы обслуживания и торговли» и «неквали- фицированных работников», в большей степени подвер- жены потерям рабочего места при автоматизации низко- квалифицированной и монотонной работы. Это особенно относится к развитым странам, где женщины составляют свыше 60% и почти 50% от общего числа занятых в этих двух самых низкооплачиваемых категориях занятий.

За последние двадцать лет технологические инновации усугубили профессиональную и отраслевую сегрегацию, в частности, в развитых странах и странах с формиру- ющейся рыночной экономикой. По данным МОТ рабо- тающие женщины непропорционально представлены в узком круге секторов и занятий. В странах с уровнем до- хода выше среднего более трети женщин заняты в оптовой и розничной торговле (33,9%) и обрабатывающей. про- мышленности (12,4%). В странах с высоким уровнем до- хода основным нанимателем женщин является сектор здравоохранения и образования, в котором трудится почти треть всех работающих женщин (30,6%) [4, c. 5].

Между тем, 75% самых быстрорастущих рабочих мест в мире требуют знаний и навыков в области науки, техники, инженерии и математики (STEM — Science, Technology, Engineering and Math). Так как мужчины про- должают доминировать в компьютерных науках, матема- тических и инженерных специальностях, то повышенный спрос на специализированные технические навыки может усугубить гендерное неравенство. Как упоминалось выше, в соответствии с прогнозами мужчины потеряют более 1,7 миллиона рабочих мест в промышленной отрасли, но рас- считывают получить более 600000 рабочих мест в области архитектуры и инженерии, в компьютерных науках и ма- тематике. Примечательно, что женщины потеряют только 0,37 миллиона рабочих мест в отраслях, где преобладают мужчины, но они получат чуть больше 100000 рабочих мест в области STEM в течение периода с 2015-по 2020 г. По оценкам экспертов, наибольшее количество кри- тики за отсутствие гендерного баланса поступило в адрес технологических компаний. Нехватка женщин в STEM — это не только проблема системы образования, правитель-

ства или соответствующей индустрии. Это и социальная проблема тоже. Проблема отсутствия женщин наблюда- ется и в ВУЗах. По всей Европе доля женщин, имеющих степень бакалавра по STEM специальности, ничтожно мала. Во Франции среди выпускников ВУЗов, занима- ющихся исследованиями в сфере STEM, доля женщин в 2015 году составила лишь 30%. В Германии и в Швей- царии этот показатель оказался еще ниже — 23% и 21% соответственно [5, c. 9]. На сегодня Россия лидирует, вы- пуская в год 454.000 специалистов в области машино- строения, производства и строительства, но, несмотря на это, по отзывам рекрутеров на рынке наблюдается не- хватка специалистов STEM.